Алые звезды Прованса - Ксения Баженова

– Прекрасно, просто прекрасно! – Знакомый, с истерическими нотками голос резко выдернул ее из рая. Мелодия оборвалась. Таня перевела взгляд и увидела разъяренное лицо мадам Аннет. – Ты перешла все границы! Иди вон отсюда! И чтобы завтра от тебя не осталось в моем доме даже воспоминаний! – За спиной мадам с выражением лица: «Прости, но я ничего не могу сделать» и извиняющейся улыбкой стояла Мари. Тане показалось, что при этом в глазах ее будто мелькнул торжествующий огонек. Но она отбросила эту мысль. В этот момент в ней зрела другая, пока еще очень робкая. Таня пыталась поймать ее, это сейчас было очень важно, очень…

– Ты что, меня не слышишь? – Мадам Аннет пересекла комнату, как шаровая молния, и схватила Таню за руку. – Сейчас тебя выволокут отсюда охранники и сразу депортируют домой, как воровку!

Она уже тащила несопротивляющуюся Таню по коридору. Белые халаты, офисные воротнички снова проплыли, как в замедленной съемке, гроза, запах пыли, потом сырой земли… Ответ рядом, совсем рядом, стоит только протянуть руку, взять мадам за шею…

Таня очнулась от душераздирающего визга. Ее схватили два парня, а мадам держалась за шею, Мари и фея с ресепшен суетились возле нее, с двух сторон предлагая воды. Мадам отшвырнула ближний стакан, и тот отлетел, разбившись.

– Она хотела меня задушить. Вы все видели?! Эта русская на меня покушалась?! А вы что смотрите?! – прикрикнула она на девушек, и они мгновенно упорхнули.

– Мадам, простите, мадам. Я не хотела. Я просто…

– Она сумасшедшая! Вызовите психовозку, да держите ее покрепче. – Аннет обернулась к окну, прикрытому ставней, и в отражении стекла стала поправлять прическу. Охранники подтолкнули Таню: иди, мол!

– Подождите, сейчас, секунду… – Таня повернула заплаканное лицо к Аннет: – Мадам, я только хотела…

– Не желаю ничего слушать. Уведите ее.

– Мадам, пожалуйста, пожалуйста… – уже в голос рыдала Таня. – Один вопрос. Я только хотела задать вам один вопрос.

– Ладно. Слушаю. – Аннет высокомерно вздернула подбородок.

– Эти духи, что сейчас на вас, они ведь из тех пробирок в комнате?

– Ну да. И что? – Мадам приподняла бровь.

– Я просто хотела сказать, что им не хватает немного свежести, прохладного воздуха, как после грозы, понимаете… Они жесткие, а свежий воздух принес бы им дыхание, как бриз. – Поняв, что не может подобрать слов, Таня замолчала. – Я, наверное, непонятно говорю.

– Почему же, очень даже понятно. – Аннет сделала жест рукой в сторону охранников, и они отпустили Таню. Она стала растирать ноющие запястья.

– Я не хотела вас трогать, честное слово. Я просто хотела понюхать вашу шею, я себя не контролировала, честное слово, простите меня, пожалуйста. Конечно, я уеду, я уеду, если вы этого хотите.

– Мари! Мариии! – закричала мадам, и в моментально воцарившейся после скандала тишине коридора гулко застучали каблучки. – Завтра привези мне ее, – кивнула она в сторону Тани, потом поглядела на циферблат часов, прикинула, – часиков в двенадцать. И чтобы выглядела прилично. Проследи! Все свободны! Спектакль окончен, – кинула Аннет и удалилась.

– Я не поняла, чего она хотела? – Мари вопросительно и взволнованно посмотрела на Таню.

– Чтобы я завтра приехала и выглядела прилично.

– А зачем? – Мари взъерошила пальцами свою короткую стрижку, как всегда делала будучи озадаченной.

– Я не знаю.

– Слушай, а что с тобой случилось? Ты чего на нее накинулась?

– Я не накидывалась.

– Какая-то ты странная. – Мари тряхнула головой. – Ну что, поедем по магазинам? К тому же тебе завтра надо хорошо выглядеть.

– Поехали, – улыбнулась Таня, которая до сих пор не могла прийти в себя, но старалась не думать о произошедшем и вести себя как обычно. По крайней мере до завтра.

На следующее утро Мари заехала за ней около одиннадцати.

– Мы не опоздаем? – спросила Таня.

– Нормально. Полчаса максимум ехать, сама знаешь. Что планируешь надеть? – Мари старалась выглядеть расслабленной, но у нее это плохо получалось. Таня тоже не чувствовала себя комфортно.

– Да просто вот, юбку, блузочку.

– Ну давай. Туфли не забудь, которые мы вчера купили.

– Может, не надо, они слишком нарядные. Я вообще не понимаю, для чего все это. Мадам за ужином не было. Макс опять пришел под утро.

– Не нравится мне это. Как бы узнать, чем он занимается?

– А как, не следить же за ним?

– Почему бы нет. Ладно. Что с прической?

– Да просто заплету косу, и все.

– Ну давай. Пиджак накинь.

– Жарко же.

– Неважно. Дресс-код.

В машине они больше молчали. Обе не знали, к чему приведет это приглашение. К офису подъехали за десять минут до назначенного часа. Из прохладного цветочного полумрака выпорхнула улыбка фарфоровой феи:

– Мадам ждет в главной переговорной. – Девушки кивнули и прошли дальше.

За столом сидели Аннет и загорелый худощавый мужчина лет пятидесяти с аккуратной бородкой, едва тронутой сединой.

– Мари, ты можешь заняться своими прямыми обязанностями, спасибо. – И мадам указала головой на дверь. Мари вышла.

– А вас прошу познакомиться. Это месье Дюбуа, профессор Парижской школы парфюмерии, мой старинный друг! А это Таня, о которой я тебе говорила. – Таня протянула влажную ладонь.

– Сейчас месье Дюбуа задаст тебе несколько вопросов. Присаживайся. – Мадам вызвала секретаря и попросила принести воды. – Жарко, не правда ли?

Разговор длился не слишком долго, и вскоре мадам сказала Тане, что она свободна. Та вышла и, дойдя до холла, притормозила, посмотрев в ту часть коридора, где видела вчера волшебные пробирки. Переборов соблазн проскочить туда мимо секретарши, она вышла в холл.

– Простите, а мадмуазель Арналь?.. – спросила Таня.

– Она у себя на втором этаже. Соединить с ней?

– Да, если можно. – Девушка передала ей трубку. Пальцы у нее были тонкие и длинные, а от трубки пахло пудрой и цветочной пыльцой. Услышав голос подруги, Таня неожиданно спросила: – Мари, а почему ты никогда не пользуешься парфюмом?

– Предпочитаю запах мыла. Что за странный вопрос?

– Нет, я просто так. Чего-то подумалось. Я освободилась.

– А я, наоборот, очень занята. У тебя все нормально?

– Не знаю.

– Ну вечером созвонимся тогда, о’кей?

– Да. – Таня положила трубку. И что ей теперь делать? – Вы не могли бы спросить у мадам, мне ждать или можно ехать домой?

Длинные пальцы отстучали несколько цифр на телефоне. С каждым нажатием от кнопок поднимались маленькие облачка желтой пыльцы и розовой пудры.