Замок храпящей красавицы - Дарья Донцова

– Теперь я ношу исключительно Альберти, – вещал Леня, – даже вьетнамки от него есть и кеды. Жаль, что он женские модели не производит, тебе бы понравились. Еще он выпускает аксессуары: ремни, перчатки – все удивительного качества! Но вот моему отцу они совершенно не по вкусу, говорит, его знак на подошве раздражает. А мне он как раз кажется клевым.

Поскольку Леня обращался ко мне на «ты», я решила тоже особо не церемониться.

– Значит, в доме ты один носишь туфли от Альберти? – уточнила я. – На дам фирма не работает, Филиппу Леонидовичу претит этот вензель. А как насчет Корсаковых, Владимира и Михаила Степановича?

– У них совсем нет вкуса, – скривился Леня, – оба предпочитают отвратительные дерьмоходы. Дяде Мише простительно, он пожилой человек от сохи, а Володе стыдно. Я отцу говорил: «Сделай замечание охраннику, он постоянно при тебе, еще люди подумают, что ты не платишь прислуге». Правда, в последнее время Владимир стал за собой следить, я прямо поразился! Костюмами обзавелся вполне приличными, рубашек накупил фирменных, но с обувью по-прежнему вопрос не решен.

– Леонид, зачем ты после спектакля заходил в гримерку к сестре? – решительно спросила я.

Глаза парня забегали из стороны в сторону.

– Я? Ну… Нет.

– Есть свидетель, который опознал тебя по вензелю на подошве, – заявила я и неожиданно икнула.

Леонид взял со стола бутылку минеральной воды, наполнил хрустальный стакан и любезно предложил:

– Попей, и спазм пройдет.

– Это не спазм, я съела десерт и теперь как-то странно в желудке. Наверное, слишком много жирных сливок. Не следовало жадничать.

– Есть надо только в хорошо известных, проверенных местах, – назидательно заявил сын олигарха, – на банкетах не стоит даже приближаться к еде. Рестораторы неизменно хотят получить побольше прибыли, поэтому нет ни малейшей гарантии, что блюда свежие.

Я опустошила стакан, но странный вкус во рту не пропал, а, наоборот, усилился.

– Надеюсь, ваш повар использует лучшие продукты.

– Жан-Поль? Ну конечно! А почему ты вдруг о нем заговорила? – удивился Леня.

Я показала на блюдо, стоявшее на бортике ванны.

– Очень вкусный персиковый и абрикосовый кремы, но, видно, мой организм…

Леня попятился.

– Виола! Ты ела… э… ну, вот это?

– Соблазнилась, – честно призналась я, – аромат упоительный.

Леонид прикрыл глаза ладонью. Плечи его затряслись.

Мне стало не по себе.

– Ты плачешь? Я совершила бестактность? Уничтожила приготовленные специально для тебя лакомства? Бога ради, извини!

Верещагин быстро вытер глаза и простонал:

– Ну да, крем сделали исключительно для меня.

– Еще раз прости, – расстроилась я, – неудобно вышло.

Леонид подошел к комоду и открыл верхний ящик.

– Ба, да здесь целая аптека! – воскликнула я.

Сын Филиппа вытащил большой тюбик, выдавил из него на позолоченную ложку горку серой прозрачной массы и приказал:

– Быстро глотай!

Странная субстанция выглядела весьма не аппетитно, я поспешила отказаться:

– Благодарю за заботу, но не хочется принимать неизвестный препарат без консультации с врачом.

Леонид приблизил ложку к моему лицу.

– Не кривляйся. За время болезни я стал почти доктором. Плохого не посоветую. Этот особый гель, привезенный из Швейцарии, предназначен для людей, которые подверглись отравлению, мгновенно абсорбирует токсины и выводит их.

– Считаешь, десерт был приправлен ядом? – попыталась пошутить я, чувствуя, как в желудке разворачивается танковая атака.

Леня схватил меня за плечо.

– Фрукты не настоящие.

Я икнула во все горло.

– Муляжи? Но они были такими вкусными, аромат волшебный! Ты шутишь? Имитация обычно выполняется из воска или резины. В прошлом году меня пригласили поучаствовать в записи новогодней программы на телевидении. На столиках в студии стояли вазы с фруктами и бокалы с шампанским. Я, конечно же, поняла, что там вместо алкоголя обычный лимонад. А вот от еды не ожидала засады, поэтому взяла одну клубничку, сунула в рот и жевала довольно долго, прежде чем сообразила: ягодка-то гуттаперчивая! А твои персики с абрикосами легко жевались, внутри был крем…

– Точно, – сдавленным голосом подтвердил хозяин апартаментов, – именно крем, ты употребила правильное слово. Но не съедобный, а для тела.

Мой желудок судорожно сжался, рот приоткрылся, Леня моментально всунул в него ложку, я машинально проглотила скользкий комок, ощутила, как желеобразная масса несется по пищеводу вниз, и стала икать на все лады.

– Ну-ну, не волнуйся, – успокоил незадачливую гурманку Леонид, – ничего страшного не случилось. Ты съела эксклюзивную косметику для тела производства фирмы «Данель».

Я справилась с судорожным приступом и прошептала:

– Иногда я покупаю их гель для душа и шампуни, но ни разу не видела кремы. Я сожрала средство для ухода за кожей?

– Да, – подтвердил Леня.

Стало понятно, что Верещагин не шутит, а он продолжил:

– Мама подарила его мне, специально заказала, ни у кого такого нет. В принципе вреда от него не будет, в составе натуральные ингредиенты, фруктовый сок, масло жожоба, все качественное.

Мой желудок опять скрутило.

– Где туалет? – с усилием пробормотала я.

Леонид услужливо распахнул дверь.

– Сюда.

Я влетела в квадратную комнату и кинулась к унитазу.

Минут через пять-семь я обрела способность оценивать окружающую действительность и подползла к большому рукомойнику, над которым в резной раме висело овальное зеркало.

– Эй, ты как? – спросил из-за двери Леня.

– Ничего, – прохрипела я, – больше не икаю.

– Справа в шкафчике лежат чистые полотенца, – сказал хозяин, – слева зубные щетки, паста. Ройся, не стесняйся, приводи себя в порядок.

Я решила воспользоваться любезным предложением Лени. В процессе тщательного умывания я лишилась макияжа, открыла шкаф с чистыми полотенцами и вскрикнула.

На стопке нежно-голубых махровых простынок лежал нож. Широкое зазубренное лезвие покрывали зловещие бурые пятна, рукоятка тоже была измазана.

– Могу чем-то помочь? – занервничал Леонид. – Выходи. Дам тебе пару таблеток для профилактики. Не волнуйся, гель нормализует перистальтику.

Я распахнула дверь, в которую стучал сын олигарха.

– Тебе лучше? – живо поинтересовался он. – Хочешь полежать на диване?