Замок храпящей красавицы - Дарья Донцова

Лицо актрисы исказила злая гримаса.

Я укоризненно покачала головой:

– Навряд ли Филипп Леонидович заплатил бы гонорар труппе, если бы представление не состоялось. Ты не подумала о деньгах, когда бросилась портить страховочный ремень?

Ермолова нервно повела плечами.

– Такая обида меня охватила!

– Ты очень рисковала, – продолжила я.

– Чем? – рассердилась Марфа. – Если ты сейчас снова вспомнишь о вознаграждении за работу, то повторяю, из моей головы начисто вылетели мысли о деньгах. Я представляла рыдающего от ужаса, обделавшегося дерьмом на глазах у массы народа Вересаева и радовалась до дрожи.

– Тебя могли поймать в тот момент, когда ты подрезала нитки, – вздохнула я, – Михаил Степанович постоянно находится за кулисами.

– Но ведь никто ничего не заметил! – воскликнула Марфа. – Мне повезло! Бутафора за кулисами не оказалось! Я быстренько ножничками поработала и удрала. А после спектакля испугалась! Вдруг Михаил Степанович сообразит, что неспроста нитки порвались! Тревожно на душе стало! Я решила, пока народ жрет и пьет, за кулисы сбегать и штаны Карлсона в своем чемодане спрятать. Не велика потеря для Верещагина, о рваных портках хозяину не доложат. Побежала потихоньку искать брюки, а их нет на столе за кулисами! Куда подевались? Все лежит, а штаны исчезли!

Я кивнула. Михаил Степанович успел отнести испорченный реквизит к Фаине на склад, я увидела штаны Карлсона там. А вот Марфа не подумала о Фае.

– Все перерыла! – частила Ермолова. – Нету! Хотела уйти незаметно, слышу из коридора шаги, странные такие, топ-топ, шмур-шмур. Ну, словно пьяный ползет! Я аккуратно в коридор глянула. Ба! Муркин! Петруччио меня не заметил, я его спину видела. Муркин умеет связи заводить. А я стеснительная, мне и в голову не придет с олигархами корешиться.

– Петр был один? – насела я на Марфу.

Ермолова кокетливо прищурилась, похоже, у нее все жесты, гримасы и ужимки старательно отработаны перед зеркалом, но почему она решила, что ей идет изображать близорукость?

– Никого рядом не было, – сказала актриса, – я еще подумала, что Муркин идет как-то неуверенно, небось хорошо выпил, вот и захмелел, куда же он рулит? Топает к Верещагину в дом, «альбертиками» сияет, пижон!

– «Альбертиками»? Что это за звери? – удивилась я.

Марфа снова прищурилась и чуть отодвинулась от меня.

– Фирма «Альберт Альберти»[5]. Производит самую дорогую мужскую обувь и аксессуары. Отличительный ее признак – выложенный перламутровыми пластинками вензель «АА». Он присутствует везде, на любых кожаных изделиях фирмы. На ботинках этот знак помещен в углублении между каблуком и носочной частью, там зона, которая при ходьбе не касается пола, остается всегда не тронутой.

– Вроде красной подошвы от Лабутен на женских туфельках, – кивнула я.

Марфа опять продемонстрировала свой фирменный прищур.

– В принципе, да. Идет мужчина, а буквы сверкают. Вот только человек со вкусом не наденет лапти от Альберти. Они, как сумочки Луи Вюиттон, не комильфо.

– Не вижу ничего дурного в изделиях от всемирно известной фирмы, – заспорила я.

Марфа снисходительно засмеялась.

– Ну конечно! Это дурновкусие, дорогая, демонстрировать лейблы. Надо быть скромнее, не выпячивать логотипы, не кичиться богатством.

Я покосилась на лаковые очаровательные туфельки звезды, на их носках сверкает пряжка в виде букв «ОМ».

Сумки от итальянского дома, в фанаты которого записано более половины женщин земного шара, Марфа подвергла остракизму, потому что они украшены инициалами «LV», а вот шпильки от Оноре Муни, на ее взгляд, вполне достойная вещь. Где логика?

– Покупать «альбертики» – брр, – поежилась Марфа, – но Петруччио выпендрежник, он в Москву из Зажопинска приехал, никак не может нарадоваться, что из дерьма вылез. Комплекс провинциала. Приобрел квартиру на Садовом кольце, таскает на запястье золотой кирпичеобразный будильник! По-настоящему богатые мужчины над ним подсмеиваются. Времена малиновых пиджаков, цепей толщиной в ногу, перстней и колец в носу миновали! Сейчас мальчиков украшает скромность, а у Петьки…

Ермолова осеклась, ее глаза расширились.

– А у Петьки… – повторила я.

– Я только сейчас сообразила! – подпрыгнула на диванчике актриса. – Петьку впервые к Верещагину в проект позвали, вот он и хотел шанс не упустить, связи среди зрителей застолбить. Анекдот! Смешно! Муркин очень суетный! Ничего в нем от истинного актера нет! Дутая величина! Знаешь, он прихватил с собой вторые часы.

Я молча смотрела на Марфу, а та окончательно развеселилась.

– Нет, настоящий цирк. Я еще понимаю, когда женщина берет кофр с украшениями. Сначала она появляется в изумрудном комплекте, затем меняет его ну, допустим, на сапфировый. Нам простительно желание «выгулять» ювелирку, но мужику! Только сейчас вспомнила! Петька по коридору спешил, «альбертиками» сверкал, одну руку в карман пиджака засунул. Кто так поступает? Король дискотеки села Хрюкино? – Марфа закатила глаза. – И это чмо носит титул звезды экрана? Брр. Меня прямо передернуло! Фу. На второй руке у Муркина были часы, ремешок из стали с кожаными вставками. Отлично помню, он такой издалека приметный, необычный. Я подумала: «Ну, Петрилло не безнадежен. Может, завел богатую бабу? Она ему подарила элегантный «Фрэнк Дзи»[6]. Сам Петька эти часики не приобретет. «Дзи» стоят немерено, смотрятся просто, но знающий человек сразу сообразит, что на запястье у мужика не менее четырех миллионов. Ремешок от «Дзи», как вензель у «альбертиков». Знаковый аксессуар! Ну и что ты думаешь? Не вечер, а сплошное удивление! Сначала Вересаев не обосрался, а ведь должен был!

Я не смогла сдержать возмущения:

– Тебе не пришло в голову, что Алексей разобьется насмерть, упав с большой высоты?

Марфа привычно прищурилась:

– Ерунда! Там от силы метров десять! Не из самолета же он вывалился.

Я постаралась не измениться в лице. Десять метров! Марфа идиотка или прикидывается?

– Моя приятельница, – тараторила актриса, – Валерия, решила жизнь самоубийством покончить. Ну вообще-то ей никто не поверил, потому что она прыгнула с балкона третьего этажа и даже не поцарапалась, угодила в гору песка, его для ремонта двора привезли. Анекдот. С какой стати Алешке с десятка метров грохнуться и умереть? Не смеши! Валерка с большей высоты прыгнула, и ничегошеньки!

Я решила не спорить с Марфой, а та продолжала:

– Петька в личные комнаты олигарха торопился с часами от «Дзи»!

– Ты же близорукая, – не выдержала я, – как их рассмотрела?