Киллер - Павел Астахов

– Все в порядке. – Артем махнул рукой и осведомился: – Вы голодны?

– Нет, спасибо.

Павлов провел гостей в комнату.

– Артемий Андреевич, позвольте, я скажу, – откашлявшись, произнес Дмитрий.

Адвокат обратил внимание, как изменился Осокин. Лицо его порозовело, спина выпрямилась, в движениях ощущались уверенность и целеустремленность. Но самое главное – глаза. Вместо унылого болота, царившего в них еще пару дней назад, теперь там светилось пламя.

– Позволяю. Только давай на «ты», – предложил Артем. – Теперь уже можно.

– Хорошо. Артем, ты сделал невозможное. Все мы знаем, как работает наша правоохранительная система. Если попал под ее каток, пиши пропало. Ну, за редким исключением, – сказал Дмитрий. – Ты прижал этого чинушу к ногтю! Разнес его в пух и прах! Если бы все адвокаты так работали, глядишь, и полицейского беспредела поубавилось бы!

– Вина Гнатюка тут лишь частичная, – позволил себе заметить Павлов. – Все винтики в этой системе находятся в зависимости друг от друга. Менять надо не их, то бишь отдельно взятых гнатюков, а весь механизм. Я вам открою секрет. Думаю, не ошибусь, если скажу, что девяносто процентов следователей поступили бы именно так, окажись у них в производстве это дело. Никто не хочет докапываться до истины, если путь к ней слишком долгий, трудный и занимает много времени. В твоей ситуации ответ лежал на поверхности. Наклонись и забирай. Сыграло роль и твое чистосердечное признание.

– Я в любом случае буду в долгу перед тобой всю оставшуюся жизнь, – поклялся Осокин и подвинул в сторону Павлова небольшой чемоданчик, обшитый толстой кожей. – Это от чистого сердца.

– Ого! – воскликнул Артем, открыв подарок.

Это оказался походный набор для шашлыка – мини-мангал, поблескивающие шампуры с оригинальными ручками-барашками, два ножа в чехлах, фляга и еще множество всяких полезных мелочей, которые могут пригодиться в походе.

– Это не твой гонорар, – пояснил Дмитрий, наблюдая за адвокатом. – Просто подарок. Ты уж прости, но денег у меня сейчас в обрез.

– Дмитрий, тебе теперь нужно думать о другом, – сказал Павлов. – Уж как-нибудь рассчитаемся. У тебя есть проблемы поважнее.

Лицо Осокина помрачнело:

– Да. Я сейчас и направляюсь к сыну.

– Кстати, о деньгах. – Артем встал с кресла и подошел к шкафу, открыл дверцу и вынул откуда-то из глубины сверток, который ему передал Курган. – Держи. Это, так сказать, матпомощь.

Дмитрий недоуменно уставился на сверток, обменялся ничего не понимающими взглядами с Вероникой, потом задал вопрос:

– Откуда это?

– Это деньги твоих друзей, – объяснил Павлов. – Только не спрашивай, каких именно. Они пожелали оказать тебе помощь анонимно и безвозмездно. Ничего возвращать не нужно.

– После всего того, что свалилось на нас, у меня не осталось друзей, – медленно проговорил Осокин. – Они все сделали вид, что едва ли знакомы со мной… – Он наморщил лоб, направил взор в потолок, потом его осенила какая-то мысль.

Дмитрий загадочно посмотрел на Артема.

– Все свои догадки оставь при себе, – сказал адвокат.

– Ну что ж. Это очень хорошая новость.

– Пересчитай.

Дмитрий помедлил, вскрыл упаковку и принялся считать купюры. По мере этого действия его лицо вытягивалось.

– Никогда не думал, что у меня такие богатые друзья, – пробормотал он. – Два миллиона! Елки зеленые, да с этими бабками я завтра повезу сына на операцию! Мы…

– Постой, – прервал его Павлов. – Я понимаю твои отцовские чувства, знаю, что даже здесь, в моем доме, ты мыслями там, со своим сыном. Но послушай мой совет. Против тебя возбуждено еще одно дело, по мошенничеству. Верни деньги в свою компанию. Поверь: это лучший вариант. Возместив ущерб, ты минимизируешь свою ответственность. Я постараюсь сделать так, чтобы дело даже не дошло до суда.

– Но моему ребенку нужна операция, – с беспомощным видом сказал Дмитрий и, словно ища поддержки, повернул голову в сторону сестры.

Вероника молчала, ее лицо было серьезным.

– Ты не дослушал меня. Во-первых, у тебя останутся деньги, и немалые. Это пятьсот тысяч. Во-вторых, если тебя снова арестуют, твоему сыну будет от этого только хуже. Если ты вернешь присвоенную сумму, то шанс твоего ареста сведется к нулю. В-третьих, держи. – Павлов протянул Дмитрию визитку и продолжил: – Позвони этому человеку. У него есть возможность организовать лечение и операцию твоему сыну в Германии. Денег, которые у тебя останутся, должно хватить на все, включая перелет, я с ним обсуждал это. Если возникнет форс-мажор, то недостающая сумма будет выделена из благотворительного фонда, к которому этот человек тоже имеет прямое отношение.

Осокин выпрямился.

– Мне очень неловко пользоваться твоей добротой, – дрогнувшим голосом проговорил он.

– Перестань. Придет время, и ты мне тоже в чем-нибудь поможешь.

Дмитрий шагнул к адвокату и крепко пожал его руку.

– Можешь на меня рассчитывать, – сказал он, глядя Павлову прямо в глаза.

Артем хлопнул его по плечу. Осокин попрощался и быстро вышел.

– Может, все-таки чаю? – спросил Павлов.

Вероника стояла посреди комнаты. Ее распущенные волосы мягкими волнами спускались на изящные плечи.

– Я не хочу чая, – прошептала она, шагнула вперед, и ее нежные ладони опустились на плечи Артема.

Он почувствовал аромат духов, исходивший от этой женщины. По его спине пробежала волнующая дрожь, и он заключил Веронику в объятия. Она громко вздохнула, и их губы слились в поцелуе.

– Который час? – тихо спросила женщина очень даже не скоро.

Она приподняла голову с подушки и с улыбкой взглянула на Артема.

– Часы на столе, – сонно пробормотал Павлов.

Женщина выбралась из постели, всмотрелась в циферблат будильника.

– Пора ужинать. Тебе что-нибудь приготовить? – спросила она, усаживаясь рядом с Артемом.

Павлов зевнул, потянулся. Вероника завороженно разглядывала его мускулистое тело.

– Когда ты успеваешь заниматься спортом? – спросила она.

Павлов пожал плечами, резко вскочил с кровати и принялся одеваться.

– Человек желающий найдет тысячу возможностей. Человек нежелающий – тысячу причин. Прописная истина, – ответил он. – Кстати, в шкафу есть халат.

Вероника понимающе кивнула. Она смотрела куда-то в пол, и Павлов заметил это.

– Ты чем-то недовольна, принцесса? – осведомился он, сам взял халат и передал его Веронике.

– Не знаю, – проговорила она. – У меня не очень хорошие мысли, Артем.

– Судя по тому, что тут происходило совсем недавно, это неудивительно, – попытался сострить Павлов, но Вероника не улыбнулась.