Смерть на винограднике - Мэри Лу Лонгворт

На обратном пути в Экс Верлак позвонил Марин и предложил поужинать вместе в городке Вантабран, в пятнадцати минутах езды на запад от Экса. Вечер был ясным и теплым, поэтому они устроились на террасе ресторана, откуда открывался вид на юг почти до самого моря. Шеф-повар только что удостоился своей первой звезды Мишлена, и Верлак радовался, что ему удалось зарезервировать последний оставшийся свободным столик.

– Странное дело… – заговорил Верлак, пока они сидели, потягивая шампанское. – Эти истории как будто бы начинают переплетаться. Труп мадам Даррас нашли недалеко от Ронь, на винограднике Боннара. Совпадение?

Марин скрестила руки на груди и внимательно посмотрела на него.

– Нет, вряд ли.

– Думаешь? – В ожидании ответа Верлак попробовал птифур.

– Слишком уж подозрительно выглядит это совпадение, – рассудила Марин. – Что делала Полин Даррас в Ронь, почему ее убили там, так близко от мест, где она выросла и где совсем недавно случились кражи вина? – Марин тоже выбрала себе птифур и попробовала его. – Боже мой! – воскликнула она, вытирая пальцы большой белой льняной салфеткой. – Что они туда добавили?

– Может, вяленые на солнце помидоры? – предположил Верлак. – Органайзер «файлофакс» мадам Даррас нашелся в ее сумке. Завтра мы займемся им: списки телефонных номеров и расписание дел могут нам чем-нибудь помочь.

– Неужели кто-то до сих пор пользуется «файлофаксами»?

– Те, у кого нет мобильников, – ответил Верлак. – Я, пожалуй, съезжу к сестре мадам Даррас, Клотильде, – она живет в монастыре на юго-западе. Хочешь со мной?

Марин покачала головой.

– Заманчиво, но работы слишком много, как и бесполезных совещаний перед началом нового семестра. Вдобавок сдать учебный план я должна была еще две недели назад. Каждый год одно и то же: сначала мне кажется, что у меня еще все лето впереди, и вдруг – учебный год начался.

«И я до сих пор не сказала ему про опухоль. Ту самую горошину».

– Но ты ведь не сидишь без дела. – Верлак отстранился от стола, пока официантка ставила первое заказанное ими блюдо – морского карася, искусно приправленного кервелем и эстрагоном, в окружении нарезанного тонкими кружочками картофеля. – Кстати, как продвигается работа над книгой?

– С энтузиазмом, – ответила Марин, приступая к рыбе. – Благодаря твоей поддержке я решилась взяться за новое для меня дело. И теперь выбрала тему для биографии и уже начала собирать материал. К праву он не имеет никакого отношения, и почему-то от этого я чувствую себя гораздо свободнее.

– А недавно почему-то грустила, – заметил Верлак.

Марин отложила вилку. Пожалуй, пора.

– Да, было дело. Но поход в церковь помог, а сегодня я долго беседовала… со своим врачом.

Верлак обратился в слух.

– С врачом? Марин, что случилось? Ты заболела?

– На прошлой неделе я нашла маленькую опухоль в груди, – ответила она. – И…

– Почему же мне не сказала?

– Потому что она может оказаться доброкачественной – мы пока что не знаем. У меня возьмут пробу завтра утром, в больнице.

– Надо было сказать мне! – заявил Верлак. – Я пойду с тобой.

В этот момент его мобильник, лежащий на столе, запищал.

– Shit! – по-английски воскликнул Верлак. – Извини, Марин, это Бруно. Мне надо ответить. – Он схватил телефон, вышел с террасы и перешел на другую сторону узкой улочки, подальше от ушей посетителей ресторана.

Марин смотрела ему вслед, любуясь густыми черными волосами с проседью и широкими плечами, которые он слегка ссутулил, пока говорил. Она была рада, что наконец сказала ему правду, как советовали отец и врач. Но что-то в реакции Антуана тревожило ее. Правда, она никак не могла определить, что именно.

Сегодня утром врач прощупала опухоль и заговорила уверенным тоном:

– Большинство таких опухолей оказываются доброкачественными, Марин. Нераковые образования в груди очень распространены и не опасны для жизни. Мы возьмем пробу, но беспокоиться незачем. Сейчас назначу вам время. Процедура проходит очень быстро, вы и не заметите, как все будет позади. Вы не боитесь иголок?

Марин покачала головой:

– Нет. Червяков боюсь, морской глубины – тоже. А иголок нет.

Ее гинеколог улыбнулась и объяснила, что радиолог в клинике выполняет эту процедуру с помощью тонкой полой иглы.

– Он возьмет немного жидкости из кисты иглой. Ему, возможно, понадобится УЗИ, чтобы точнее направить иглу. Жидкость потом отправят в лабораторию.

Марин вернулась домой если не счастливая, то по крайней мере успокоенная впервые за несколько дней. Остаток дня она провела, читая нудную, но подробную, написанную в шестидесятых годах прошлого века биографию деятеля, которого она выбрала для своей книги. Зачитавшись, она и не заметила, как прошло время, а потом позвонил Верлак и пригласил ее поужинать. Приглашение пришлось очень кстати, и она, чтобы побаловать себя, сбегала через улицу в «Агнес Би» и купила блузку, на которую давно засматривалась. Можно было дождаться распродажи, но в «Агнес Би» распродажи устраивали редко и только на одежду, которую никто не покупал. Накануне биопсии этот поступок выглядел легкомысленным, но Марин требовалось отвлечься. Собираясь в ресторан, она надела только что купленную блузку в розовых розах, белые джинсы и сандалии из тонких ремешков на плоской подошве.

Она отпила глоток белого вина, но поспешно поставила бокал, едва увидев, с каким лицом Верлак поднимается на террасу, закончив говорить по телефону.

– Неважно выглядишь, – сказала Марин. – Что случилось?

– Интуиция тебя не подвела, – ответил он, садясь. – В Ронь нашли труп женщины.

– Еще один? – Марин затошнило.

– Да. Ее изнасиловали и задушили, как мадемуазель Монмори, ту девушку из Эгюийя. – Верлак откинулся на спинку стула. – Аппетит пропал. – Он вдруг понял, что сопровождать Марин утром к врачу не сможет: придется отправляться прямиком во Дворец правосудия.

– У меня тоже, – кивнула Марин. – Может, отменим остальной заказ?

Верлак кивнул и ушел в зал.

– Все уладилось, мы можем идти, – объявил он, возвращаясь. – Готовить основное блюдо для нас даже и не начинали.

Он оставил сложенные столбиками монеты в один евро на столе в качестве чаевых и направился к машине рука об руку с Марин.

– Так почему ты мне сразу не сказала? – спросил он.

– Думала, что могла ошибиться, – честно ответила Марин.

Верлак кивнул.

– Постараюсь сходить с тобой к врачу завтра утром.

– Это совсем не обязательно, – заверила Марин. – С этим новым убийством твое присутствие потребуется на работе. – Как наяву, она услышала голос Сильви: «Мученица!» – и сменила тему: – А городок и вправду живописный…