Хозяин шелковой куклы - Анна Князева

– Нам делить нечего. Тем более – земляки. – Вячеслав Алексеевич прошел и положил флеш-карту на стол.

– Хорошо, если так, – проговорил Герман Сергеевич.

– Смотреть будете?

– А нужно?

– Послушайте… – Вячеслав Алексеевич тяжело опустился на стул. – Мне кажется, что вы со мной ведете какую-то игру.

– Я веду дело об убийстве.

– Запись посмотрите! – Вячеслав Алексеевич сдерживал себя, но было видно, что надолго его не хватит.

Крапивин молча вставил информационный носитель в гнездо ноутбука и сосредоточился на экране.

Через несколько минут Вячеслав Алексеевич спросил:

– Видели?

– Видел.

– Что скажете?

– Относительно чего?

– Относительно всего! – взревел Вячеслав Алексеевич. – За восемьдесят четыре секунды до выстрела мою дочь намеренно спровоцировали на обгон «Кадиллака».

– Имеете в виду серый «Фольксваген»? – спокойно поинтересовался Герман Сергеевич.

– Теперь понимаете, почему все так случилось? Людмила не специально отсекла машину с охраной. Ее спровоцировали!

– В самом деле, думаете, что все так и вышло?

– А вы – нет?

– На мой взгляд – обычная дорожная ситуация. Всем на все наплевать.

– Что ж, я вижу, что плевать прежде всего вам. – Вячеслав Алексеевич поднялся со стула.

– Уходите? – поинтересовался Крапивин.

– Мне здесь нечего делать.

– Я вас не отпускал.

Вячеслав Алексеевич сел, опустил голову и остановил взгляд на носках собственных ботинок.

– Боюсь, вы необъективны ко мне, – продолжил Крапивин. – Вам хочется выгородить дочь. Мои задачи – несколько шире.

– А вам необходимо посадить ее в каталажку.

– Если хотите знать, – проговорил Герман Сергеевич, – со своей собственной дочерью в похожей ситуации я бы поступил именно так.

– А-а-а… – Вячеслав Алексеевич пренебрежительно отмахнулся. – Не нужно мне врать!

– Вам известно, что Короткин Михаил, водитель «Газели», убит? Его пытали, после чего зверски убили.

Вячеслав Алексеевич обронил:

– При чем же здесь он?

– Могу озвучить рабочую версию: ребята из компании Вангелиса Грека заподозрили Короткина в связи с убийцей. Они решили, что он специально запер машину охраны своей «Газелью», благодаря чему убийца сбежала. – Крапивин выдержал паузу. – Вашу дочь тоже ищут и рано или поздно найдут. Так что лучше бы ей сейчас сидеть в каталажке.

– Мне сложно понять, о чем вы сейчас говорите. Еще сложнее с этим смириться.

– Вы как отец обязаны ее защитить. Она должна дать показания.

Вячеслав Алексеевич в отчаянии потряс головой:

– Вам нужно арестовать эту девицу. Людмилину одноклассницу.

– Ширшову? Легко сказать.

– Что значит это «легко»?

– Ширшова исчезла.

– Ее тоже убили?

– Надеюсь, что Ширшова пока жива.

– Неужели нет никаких зацепок или улик? Ведь вас учили делать вашу работу! В конце концов, найдите убийцу!

– Если бы это было так просто.

– В любой работе есть сложности, но вы должны помнить – за ваши ошибки люди расплачиваются жизнями.

Герман Сергеевич закурил и, сделав пару затяжек, мрачно заметил:

– К этому и правда трудно привыкнуть. Что касается улик – работаем с тем, что имеем.

– Послушайте, – Вячеслав Алексеевич заговорил примирительно, – этот Вангелис Грек – заметная фигура в преступном мире?

– Он делил Москву и Московскую область с прочими преступными группами. Любой из этих «дольщиков» мечтал бы его прикончить, чтобы другим больше досталось. Но с какой силой его ненавидели, с таким же рвением теперь ищут убийцу. Таков воровской мир.

– Он в самом деле – грек?

– Вангелис Грек – невыездной. Грецию даже в подзорную трубу не видал. А прозвище получил по своему любимому фильму «Греческая смоковница». Не моя задача вас успокаивать, поэтому информирую: у него хорошие связи за границей. Родной дядя живет в Италии, он – главарь русской мафии. Так что зря вы отправили свою дочь за рубеж.

Вячеслав Алексеевич напрягся, но виду не подал. Чтобы завершить разговор, он задал вопрос:

– Собираетесь искать серый «Фольксваген»?

– Собираемся, – ответил Герман Сергеевич. – Однако интуиция подсказывает, что он здесь ни при чем.

Они холодно попрощались, и Вячеслав Алексеевич покинул кабинет следователя. В коридоре достал из кармана телефон с «левой» симкой, предназначенный для связи с Вешкиным и, не мешкая, позвонил:

– Где вы?

– В Римини.

– В Италии?!

– А что в этом такого?

– У вас все в порядке?

– Я бы так не сказал…

Такого ответа Вячеслав Алексеевич опасался больше всего. Слова Вешкина обеспокоили его, и он сдержанно проронил:

– Слушаю тебя.

– Сам хотел позвонить. Я возвращаюсь в Москву.

– А как же Людмила?

– За нее не беспокойтесь.

– Что у тебя стряслось?

– Тамару сбила машина. Она в реанимации.

– Когда это случилось?

– Толком не знаю. Приеду – сам во всем разберусь.

– Что ж, понимаю тебя.

– Послезавтра сюда приедет Пилевский. Он будет с Людмилой до тех пор, пока я не вернусь.

– Надежный человек? – спросил Вячеслав Алексеевич.

– Стопроцентно.

– На сто процентов ничего не бывает.

– Это вы зря. У вас как дела? Что-нибудь разузнали?

– Приедешь, набери мне. Все расскажу.

– И все-таки?

– Сегодня будет важная встреча, – поделился Вячеслав Алексеевич. – Возможно, что-то решится.

– Дай-то бог.

– Ну до встречи! – Пока говорил, он вышел из управления и сел в машину. Нажав на кнопку отбоя, достал другой телефон и набрал номер Кузнецовой. – Елена Петровна… Простите, сам решил позвонить. Надеюсь, ничего не меняется?

– Нет, ничего.

Они определились, кто где находится, и договорились о месте встречи. Вячеслав Алексеевич взглянул на часы и, не мешкая, поехал туда.

* * *

«Все так же хороша», – первая мысль, что пришла в голову Вячеславу Алексеевичу, когда он увидел Кузнецову за столиком кафе у окна. Она задумчиво глядела перед собой, помешивая ложкой в кофейной чашке.