Ядерный шантаж - Сергей Москвин

Метров за пятьдесят до железнодорожной колеи бетонные плиты, по которым шагали Неверов и Шон, закончились. Их сменил потрескавшийся возле рельсов асфальт. Перед фасадом кирпичного сооружения по асфальту шла широкая белая полоса с предупредительной надписью «граница поста». Не обращая внимания на надпись, Неверов двинулся прямо к кирпичной пристройке, и Шону пришлось удержать его за рукав.

– Это и есть участок очистки? – спросил он у главного инженера.

– Да-а, – протяжно ответил Неверов.

– А где дождевальная установка? – задал Шон новый вопрос.

– Там, – произнес Неверов и несколько раз махнул рукой, указывая на кирпичное строение, являющееся продолжением производственного корпуса.

Шон внимательно оглянулся вокруг. Кроме часового у ворот, никого поблизости не было.

– Эти ворота охраняются? – спросил убийца.

Тот утвердительно кивнул в ответ.

– А где часовые? – поинтересовался Шон.

Вместо ответа Неверов начал вращать перед собой руками. Шон понял, что главному инженеру становится трудно подбирать слова, и сам высказал наиболее вероятное предположение:

– Стоят снаружи?

– Да-а, – как и в предыдущем случае, протяжно ответил Неверов.

Шон еще раз оглянулся по сторонам, проверяя, не наблюдает ли за ними кто-нибудь, кроме часового. В глубине технической зоны между производственными корпусами ходили рабочие. Но с такого расстояния они просто физически не могли рассмотреть, что происходит у железнодорожных ворот. Убедившись в отсутствии наблюдателей, Шон взглянул на часы: «Десять тридцать две. Если они хотят опередить дежурную смену, им уже пора появиться». Практически сразу на поясе ожила телефонная трубка. Шон сорвал с пояса телефон и приложил его к уху.

– Мы на месте, – прозвучало из трубки.

Те, кого он ждал, наконец появились. Шон быстро объяснил, как проехать к участку очистки, и развернулся таким образом, чтобы одновременно видеть и административный корпус зоны, и охраняющего ворота дождевальной установки часового. Когда со стороны административного корпуса показался армейский «Урал», убийца выхватил из-под пиджака свой керамический пистолет…

Стоящий у ворот часовой уже давно с интересом наблюдал за парой мужчин, остановившихся на границе его поста, но тем не менее пропустил момент, когда в руке одного из них вместо мобильника оказался пистолет. Возможно, из-за того, что его отвлек шум подъезжающей машины, но главным образом потому, что Шон выхватил оружие практически мгновенно. В следующий миг часовой уже видел черный зев направленного ему в лицо невиданного пистолета. Солдат в ужасе царапнул пальцами по брезентовому ремню своего карабина. Больше он ничего не успел сделать, так как в этот момент ему в переносицу вонзилась заостренная керамическая пуля девятимиллиметрового спецпатрона. Ноги часового подкосились, и он упал на бок, накрыв соскользнувший с плеча карабин своим мертвым телом…

Убийство часового произошло на глазах Евгения Неверова. Он услышал сухой щелчок выстрела, увидел, как упал стоявший у ворот часовой, но даже не понял, что произошло. Затуманенное сознание оказалось не в состоянии увязать слышимое и видимое в одну картину…

Набравший скорость «Урал» резко затормозил возле кирпичного здания. Из кабины грузовика выпрыгнул Губанов и вопросительно уставился на Шона. Наемный убийца и заместитель Берша прежде никогда не встречались. Но Берш сообщил Шону марку и номер машины, на которой должны были приехать его боевики, а Губанов знал в лицо главного инженера АМСЗ. Этого оказалось достаточно, чтобы командир группы боевиков и убийца узнали друг друга.

– Одного человека на место часового! Остальные – к дождевальной установке! – приказал Шон. – С минуты на минуту здесь будет дежурная смена. И уберите куда-нибудь машину, чтобы она не маячила перед глазами. Мы с главным инженером возвращаемся в административный корпус. Дайте знать, когда заберете контейнер. Я выпущу вас через проходную.

Шон дернул за руку Неверова, чтобы привлечь его внимание, и когда тот повернулся к нему, сказал:

– Идем обратно.

Неверов не понял отданной ему команды, но, когда Шон потянул его за собой, послушно зашагал в обратную сторону.