Ядерный шантаж - Сергей Москвин

21.05, понедельник, 09.25

– Я тебя часто прошу? – спросил Павел Чернышов и постарался заглянуть в глаза своему собеседнику.

Отказывать, глядя в глаза, гораздо труднее, поэтому собеседник Чернышова не менее старательно отводил взгляд. Перед полковником Чернышовым стояла непростая задача, тем более что начальник оперативно-технического отдела Управления по борьбе с терроризмом, с которым ему приходилось разговаривать, формально был прав. Вот уже в который раз за время их беседы он попытался апеллировать к букве закона.

– Павел, пойми – без санкции я не имею права поставить на прослушивание ни один телефон. Ни один! А ты говоришь о депутате Государственной думы, то есть о человеке, по нашим законам вообще являющемся неприкасаемым!

– Именно потому, что он депутат, ни судья, ни прокурор не дадут мне санкции на проведение в отношении него оперативных мероприятий. А мне необходимо знать, кому он бросится звонить после допроса, – объяснил свою позицию Чернышов.

– Ты не можешь получить санкцию на проведение прослушивания и поэтому пришел ко мне? – Начальник оперативно-технического отдела сам взглянул в глаза Чернышову. – Да ты хотя бы понимаешь, что, если о твоих художествах узнают журналисты, а того паче, депутаты, ты можешь вылететь со службы? И я вместе с тобой.

– Понимаю, – спокойно ответил ему Павел Чернышов. – Поэтому прошу тебя взять на прослушивание только радиотелефон.

С этими словами Чернышов положил на стол начальника оперативно-технического отдела визитную карточку депутата Варенникова с подчеркнутым на ней номером мобильного телефона.

– Ведь слушать эфир – это не противозаконно, – добавил он и подмигнул собеседнику.

– Ох, Павел, когда-нибудь ты доиграешься, – сказал начальник оперативно-технического отдела, забирая со своего стола визитную карточку. – Когда тебе нужно прослушивание?

– Сегодня, с пяти часов вечера. Думаю, все будет ясно уже через два часа. Но вы на всякий случай подержите его на контроле хотя бы до полуночи.

– Ладно, сделаем, – со вздохом ответил начальник оперативно-технического отдела. – Но учти! Чтобы больше я от тебя подобных просьб не слышал.

– А это уж как получится, – широко улыбнулся в ответ Чернышов.

* * *

В шестнадцать тридцать к зданию Государственной думы в Охотном Ряду подъехала «Волга» Управления по борьбе с терроризмом и сразу же затерялась в длинном ряду таких же служебных автомобилей. На переднем сиденье «Волги», рядом с водителем, расположился капитан Ветров. Он не стал покидать машину, а лишь сосредоточил внимание на входных дверях монументального здания Госдумы, откуда должен был появиться интересующий его человек…

Несмотря на загруженность делами, на которую не раз ссылался Варенников во время своей беседы с Ветровым, Георгий Яковлевич вышел из дверей Госдумы сразу после окончания официального рабочего дня. Но по пути к поджидающему Варенникова автомобилю депутат был остановлен капитаном Ветровым.

– Добрый вечер, Георгий Яковлевич, – приветствовал Артем Варенникова. – Заходил к вам на прошлой неделе, но, к сожалению, не застал, так как вы были в командировке. Дело в том, что при расследовании обстоятельств гибели Владимира Борисовича Симонова у полковника Чернышова возник к вам ряд вопросов.

– Как, разве дело не закрыто? – удивился Варенников.

– Закрыто, – поспешил ответить Артем. – Но необходимо кое-что уточнить, поэтому я вынужден просить вас заехать к нам в управление. – В знак извинения за то, что приходится отрывать депутата от важных государственных дел, он даже развел руками. – Уверяю вас, Георгий Яковлевич, это совсем ненадолго. – Видя, что Варенников колеблется, Артем поспешил добавить: – Ведь речь идет о председателе вашего комитета и, как я успел убедиться, большом вашем друге.

Последнее уточнение решило дело.

– Хорошо, показывайте дорогу. Я поеду следом.

– Извините, Георгий Яковлевич, я без машины, – не моргнув глазом, солгал Артем. – Поэтому, если не возражаете, я хотел бы на вашей.

– Что ж, садитесь, – не очень охотно ответил Варенников.

Он распахнул перед Ветровым переднюю дверь своей служебной «Волги», а сам занял место на заднем сиденье. Артем не заставил себя ждать и еще раньше депутата оказался в машине. Через несколько секунд «Волга» развернулась у здания Государственной думы и направилась в сторону Лубянской площади. Вскоре в том же направлении проследовала и машина Управления по борьбе с терроризмом.

Полковник Чернышов принял Варенникова в специально оборудованном для ведения допросов кабинете, расположенном на первом этаже управления. Подобно аналогичным помещениям в полицейских участках США кабинет имел одностороннее зеркало, одновременно являющееся окном в соседний кабинет и позволяющее наблюдать оттуда за ходом допроса. Благодаря этой простой хитрости капитаны Ветров и Муромцев могли видеть, как реагирует Варенников на вопросы Чернышова. А выведенные в соседнее помещение микрофоны позволяли слышать его слова.

– Это не допрос, а всего лишь беседа. Тем не менее я хочу предупредить вас об ответственности за дачу ложных показаний, – объявил Варенникову полковник Чернышов.

Столь официальное начало разговора с офицером ФСБ немало озадачило депутата. Дальше последовали вопросы, которые заставили Варенникова заволноваться. А затем сидящий напротив полковник ФСБ спросил: