Дедушка русской авиации - Григорий Волчек

В общей сложности в солдатской столовой кормилось в две смены около восьмисот человек. Это значит, что три раза в день надо разрезать примерно по двадцать лотков хлеба (в лотке — четырнадцать буханок, каждая буханка режется на двадцать кусков). Кроме того, на завтрак и ужин выдается сахар и масло (в обед дается сладкий кисель или компот). Это значит, что нужно отмерять каждому по четыре кусочка сахара-рафинада и по пятнадцатиграммовому кусочку масла (масло штампуется специальной формовкой). На каждый день из штаба ОБАТО хлеборезу выдается строевой список — сколько в каком подразделении людей. По этой строевке хлеборез выдает продукты. Вот и все нехитрые дела.

Из орудий производства — широкий нож-резак, круглый точильный камень, весы, холодильник, стеллажи для лотков с хлебом, длинный стол. Все это сосредоточено в одной маленькой комнатке — собственно хлеборезке. К ней пристыкована еще одна, совсем малюсенькая комнатка с кушеткой, тумбочкой, двумя табуретками и вешалкой. Здесь хлеборез, так сказать, живет.

Столовая работает в две смены. Первая смена: завтрак — 7.00, обед — 13.00, ужин — 19.00. Вторая смена принимает пищу на час позже. Столовая — одноэтажное длинное деревянное здание с большими окнами, оштукатуренное и окрашенное в характерный для строений поселка желтовато-коричневый цвет. Внутри столовая предельно лаконична — три ряда столов на десять человек и длинные скамьи. С одной стороны зала — хлеборезка, с другой — варочное отделение, почему то называемое «центром», с подсобными помещениями. Сбоку — мойка и сушилка посуды. В пристрое — кладовые и кочегарка. Руководит столовой ее начальник прапорщик Шилов. Впоследствии Полторацкий удивлялся — а какие, собственно, функции выполняет прапорщик Шилов? Живьем его Полторацкий видел всего раза три.

В столовой работают три гражданских поварихи — тетя Женя, Люба и Варя. Люба и Варя — обычные тостушки-поварихи средних лет, а вот тетя Женя очень колоритна — худющая пожилая мегера, пылающая к солдатам лютой ненавистью. Заводится Женя с четверти оборота и орет до тех пор, пока не устанет. Просить у нее добавки бессмысленно. У Жени имеется юная дочь Оля, весьма симпатичная особа. У солдата, оскорбленного Жениными криками и категорическим отказом выдать добавку, нет лучшей возможности получить сатисфакцию, нежели сказать: «Женя, я твою дочку вые…!». Это святотатство неизменно вызывало у Жени натуральную истерику.

Единственного, кого Женя уважала из солдатского племени — это, конечно же, Полторацкого. Игорь покорил слабое женское сердце с первого же знакомства. Тогда, помнится, Полторацкий степенно подошел к окну раздачи, обворожительно улыбнулся и произнес сочным басом:

— Здравствуйте, глубокоуважаемая Евгения Ивановна!

Женя недоверчиво зыркнула на джентльмена из-под замусоленной косынки.

— Пришел, как говорится, представиться! Я, видите ли, здесь недавно, и сейчас знакомлюсь с наиболее выдающимися людьми гарнизона!

— Чего надо?

— Ну, так вот, мне сразу же по прибытию в гарнизон, сообщили, что на кухне работает поистине очаровательная женщина — Евгения Ивановна Благовещенская! Хочу отметить, что у вас прекрасная, звучная фамилия! А моя фамилия — Полторацкий. Полторацкий Игорь Константинович. К вашим услугам.

Женя была покорена. С таким культурным обхождением она давно уже не сталкивалась. С тех пор и завелась между Гошей и Женей дружба. Кстати, подобную галантность Полторацкий проявил не случайно — он поспорил с Гиддиговым на четвертной, что сможет заслужить благорасположение кухонной фурии. Гоша смог и, соответственно, выиграл пари.

Неизменно вежливый и интеллигентный красавец Полторацкий заинтересовал Женю вот с какой стороны. Женя, рассудив, что лучшего парня в гарнизоне все равно не найти, решила женить Полторацкого на своей прелестной дочурке. Она почему-то решила, что Гоша ухватится за эту идею. Гоша не прочь был ухватиться непосредственно за Олю, но без далеко идущих последствий.

Если говорить о солдатах, то до прихода Полторацкого на кухне властвовала узбекская диаспора. У всех столовских узбеков почему то были русские имена, точнее — псевдонимы. На кухне работали повара Миша и Ваня, а посудником был Сережа. Кроме того, наряд по столовой (двенадцать человек — по двое из разных подразделений, исключая ТЭЧ) почти всегда составлялся из узбеков, и поэтому солдатскую столовую в гарнизоне называли «маленьким Ташкентом».