Дикий барин в диком поле (сборник) - Джон Шемякин

– Как же мы его уволим, он ведь лучший специалист нашей фирмы?!

– Как мы его уволим? Естественно, создав для этого все условия! Мы его ценим, поэтому условия создадим ему такие, что сначала он перестанет быть лучшим специалистом, потом перестанет быть специалистом вообще, потом мы его повысим, и на новом посту вице-президента его будут ждать безвестность, насмешки и возможный арест. Мы будем увольнять его долго, со вкусом, по глоточку.

– Но как же это осуществить на практике?

– Это несложно. Главное – создать условия.

Условия бывают нескольких видов. Мы можем создать ему просто условия. Мы можем создать ему все условия. И мы можем, наконец, создать ему новые условия. Все три пути ведут, как мы понимаем, к гибели. Ха-ха.

Человек в фирме проходит сложный путь. Сначала – «вот он, специалист». Затем «он лучший специалист с условиями». Кабинет, помощник, фикус, новый монитор, массажное кресло, служебный автомобиль. На этом этапе развития у специалиста начинается жор. Он начинает потреблять блага, и это ему нравится. Его плотно окружает зависть коллег, которую он воспринимает как зависть к его таланту, а не к фикусу в приёмной и бесплатной заварке.

Затем мы подкидываем жертве новые условия – предлагаем ему что-то реорганизовать, например. И бывший лучший специалист начинает быть кем? Верно – он начинает быть лучшим специалистом по изменению условий. А такого уволить легко, если его коллеги не успеют отравить, как того, ты помнишь, да. В период линьки, в период перехода на новую ступень пищевой цепочки бывший специалист беззащитен, как облезший рак.

Насоздавав себе на потребу новых условий, человек становится их заложником. И стоит на полградуса отклонить его элитную, вновь полученную настольную лампу, выдать ему простые визитки вместо папирусных, сменить секретаря на тётю Фаю – он наш клиент, Ефремыч. Он теперь будет бороться уже не пойми за что, в тумане будет блуждать, с бесами говорить. Он наш теперь совсем, Ерофей Ефремыч. Прямо до боли наш, до вскрика, до самого выхода, до полёта в лужу.

Давай вставай, чай допивай, пойдём выволакивать из кабинета очередного мудилу. Мы с тобой охранники или кто? Выкинем этого, двери проверим, и спать пора уже.

Для облегчения понимания предыдущего текста.

Воспринимать предыдущий текст следует в ключе живительных аллегорий, например. В тексте живо разбросаны признаки смертных грехов, как-то:

1. Superbia (гордыня)

2. Invidia (зависть)

3. Ira (гнев)

4. Acedia (уныние)

5. Avaritia (сребролюбие)

6. Gula (чревоугодие)

7. Luxuries (похоть, блуд)

Смертные грехи – это не просто какие-то там непростительные грехи, а (по Фоме Аквинату) особенности характера, ведущие к непрерывному, поточному, безостановочному грешению без покаяния.

Разговор вахтёров можно толковать как беседу сил, исхищающих душу христианскую из мира для ввержения в адъ.

Условия – это соблазны.

Дверь – врата.

Лужа – бездна.

И т. д.

Ну а в целом, конечно, всё про работу, про КЗоТ, интриги, корпоративную солидарность и общий консьюмеризм.

Я решил немного растолковать просто. Из озорства, не знаю, из желания подсобить, внести ясность, посветить фонариком по стенам колодца.