Двенадцать - Джастин Кронин

Голос Алиши раздался в пещере, будто гром, будто она нечаянно нарушила тишину, десятилетиями царившую тут.

– Кто ты, черт побери?

Мужчина обратил к ней замершее слепое лицо на звук. По его подбородку и губам текла кровь. Алиша увидела на его шее синеватую татуировку, изображение змеи.

– Отвечай.

Еле слышный выдох, скорее, выдох, чем слово.

– Иг… Иг…

– Иг? Так тебя зовут? Иг?

– … насио.

Он сморщил лоб.

– Игнасио?

Позади раздался хруст костей под ногами. Алиша резко развернулась, и ей в лицо ударил свет фонаря винтовки Питера.

– Я же сказала тебе, подожди.

У Питера было ничего не выражающее лицо, он будто был загипнотизирован зрелищем человека, скрючившегося на полу.

Алиша ткнула стволом винтовки в лоб сидящему.

– Где он? Где Мартинес?

Из незрячих глаз потекли слезы.

– Он нас оставил.

Будто болезненный стон.

– Почему он нас оставил?

– Что ты хочешь сказать, что он вас оставил?

Мужчина на ощупь коснулся ствола винтовки, схватил его и приставил к своему лбу.

– Умоляю, – сказал он. – Убей меня.

Летучие мыши. Сотни, тысячи, миллионы. Они сорвались с потолка тоннеля, отовсюду, будто заполняя собой воздух, поглощая собой все чувства Додда, зрение, слух, обоняние. Нахлынули на него, будто волна, утопив его в своем животном безумии. Он пытался отмахиваться, пытался не дать им коснуться лица и глаз, ощущал их укусы, не осознавая этого, того, как они впиваются в его плоть. Будто непрекращающиеся уколы. Они тебя на куски порвут, говорило ему его сознание, этим все и кончится, это твоя ужасная судьба, погибнуть в этой пещере, когда тебя летучие мыши на куски порвут. Додд закричал, и этот крик стал осознанием боли, самим по себе, его сознание и тело стали едины, ощущая ужас смерти, и он нажал на кнопку взрывателя, светящуюся – телом своим ощущая это растянувшееся мгновение, будто удар. А, черт, было его последней мыслью.

Ударная волна от заряда, взорванного раньше времени, прокатилась по тоннелям и пещерам, будто лишившийся тормозов локомотив, и громко ударила в Королевском Дворце. Следом за ней содрогнулись стены и пол, будто лодку подняло мощной волной. Звуковое, термическое и сейсмическое воздействие, потрясшее всю землю до основания.

Их называли висящими, спящие Зараженные, с заторможенным обменом веществ, будто в анабиозе. В таком состоянии они могли пребывать годами, и даже десятилетиями в силу неизвестных причин. Возможно, это было проявлением их биологического родства с летучими мышами, давней памятью их расы – повиснуть на неровной поверхности, сложив руки, в странной неподвижности, будто мумии в саркофагах. Они спали в пещерах Карлсбада (не в Королевском Дворце, где был лишь Игнасио), будто живые сталактиты, будто дремлющая армия светящихся сосулек, которых вернул к сознанию лишь взрыв. Как и любые живые существа, они восприняли это событие как смертельную угрозу. Как Зараженные, они тут же среагировали на запах человеческой крови посреди них.

Питер и Алиша побежали.

Алиша, будь она одна, просто осталась бы на месте. Орда поглотила бы ее, но в ее природе было принимать бой, и невыполнимая задача лишь дала бы ей лишний повод. Роковая битва, достойный способ покинуть этот мир. Но рядом с ней Питер. Это его крови жаждали Зараженные. Твари неслись на них, заполняя тоннели, будто потоки воды. Сто метров до подъемника вдруг превратились в мили. Зараженные надвигались. Алиша и Питер стремглав добежали до подъемника. Нет времени устанавливать заряд, план рухнул. Алиша схватила заряд с пола, потом схватила Питера за руку, выкинула его вверх, в люк, а потом прыгнула следом, с лязгом вставая на потолок кабины.

– Хватай трос! – заорала она.

Питер непонимающе поглядел на нее.

– Хватай и держись!

Понял ли он, что она придумала? Без разницы. Питер повиновался. Алиша бросила заряд на крышу кабины подъемника и навела винтовку на трос. И спустила курок.

Свободный от веса кабины подъемника, трос рванул вверх, увлекаемый противовесом. Резкий рывок, и их понесло вверх. У Питера все слилось в глазах, он сосредоточился лишь на том, чтобы держаться. Чтобы остаться в живых. Едва не выпустил трос, но Алиша, висевшая ниже его, сработала ограничителем, так что он не соскользнул вниз, в бездну. Их крутило и вертело, их руки и ноги переплелись, Питер был не в состоянии осознавать свои ощущения. Он не видел, как Зараженные бросились вверх по шахте следом за ними, перескакивая по стенам, с каждым прыжком сокращая отрыв.

А вот Алиша все видела. В отличие от Питера, наделенного чувствами обычного человека, ее чувства были не хуже, чем у преследователей, ее восприятие пространства и времени давало ей возможность постоянно рассчитывать, не только держась за трос, но и направив вниз винтовку. Она прицелилась в заряд взрывчатки на крыше подъемника и положила палец на спусковой крючок подствольного гранатомета.

И выстрелила.