Двенадцать - Джастин Кронин

Туалетный столик Лайлы с грохотом разлетелся на куски. Гилдер снова поднял Лайлу на ноги и ударил ее наотмашь по лицу, тыльной стороной ладони. Лайла отлетела к дивану.

– Как ты допустила, что это случилось?

Его лицо было искажено злобой.

– Говори!

– Я не знаю, я не знаю, я не знаю!

Гилдер снова схватил ее за край банного халата и с ужасающей легкостью швырнул в книжный шкаф, головой вперед. Грохот удара, все посыпалось, Лайла завопила. Сара прижалась к полу, закрывая собой Кейт. Девочка в ужасе сжалась в комок.

– Ты должна была отозвать их!

– Это не моя вина! Я не помню! Дэвид, умоляю!

– Здесь нет никакого Дэвида!

Сара зажмурилась. Кейт тихо хныкала в ее объятиях. Что случится, если Гилдер убьет Лайлу? Что тогда с ними будет?

– Прекрати! Дэвид, умоляю тебя!

Лайла лежала лицом вниз, на полу. Гилдер сидел на ней верхом, приподнимая ее голову от пола за ворот. Вторая рука сжалась в кулак, готовая ударить. Лайла прикрыла лицо ладонями, но это не спасло бы ее. Кулак Гилдера сломал бы ее лицо, подобно тарану.

– Ты… мне отвратительна.

Он отпустил ее и встал, вытирая руки о рубашку. Лайла безудержно рыдала. Из рассеченной на скуле кожи показалась кровь. В ее волосах тоже была кровь. Гилдер поглядел на Сару, взглядом приказывая ей уйти. Ты ничтожество, было написано в его глазах. Ты пешка в игре воображения, которая слишком далеко зашла.

И он выбежал из комнаты.

Сара подошла к рыдающей на полу Лайле. Села на корточки и ощупала рассеченную кожу. Лайла с неожиданной силой отшвырнула ее руку и отползла спиной вперед.

– Не трогай!

– Но у вас рана…

Ее взгляд упал на Кейт, потом снова на Сару. В глазах женщины был безумный страх. Сара двинулась к ней, но Лайла замахала руками перед лицом.

– Убирайся! Не трогай мою кровь!

Она вскочила и побежала в спальню. Захлопнула за собой дверь.

6:02 утра.

Машины ехали по плоскоземью в предрассветной тьме, и перед ними распахивались ворота. Во главе колонны, будто наконечник стрелы, был черный обтекаемый внедорожник Председателя, следом ехали два открытых грузовика, наполненные людьми в форме. Они с ревом ехали по лабиринту между бараками, выбрасывая в воздух комки грязного снега вымазанными в глине колесами. Выходящие на утреннюю проверку рабочие провожали их взглядами. Усталые лица, усталые глаза, глядящие вслед несущимся мимо машинам. Но они не глядели долго. Лучше долго не смотреть, это они знали. Что-нибудь официальное, меня это не касается. Лучше бы не касалось.

Гилдер смотрел на плоскоземцев через окно с пассажирского места, исполненный презрения. Как же он ими брезгует. Даже не бунтовщиками, теми, кто отрекся от него. Всеми ими. Они ковыляют по жизни, будто безмозглые животные, не видя дальше следующего клочка земли, который должны вспахать. Еще один день на фермах, в поле, на заводе биодизеля. Еще один день на кухне, в прачечной, в свинарнике.

Сегодня не еще один день.

Машины остановились у барака номер 16. Небо на востоке стало желто-серым, будто старая пластмасса.

– Этот? – спросил Гилдер Уилкса.

Сидевший позади него сжал губы и кивнул.

Посы выгрузились из машин и заняли позиции. Гилдер и Уилкс вышли из внедорожника. Перед ними стояли три сотни плоскоземцев, дрожа от холода, построенные в пятнадцать шеренг. Подъехали еще два грузовика и остановились на краю площади. Их кузова были затянуты плотным брезентом.

– А это для чего? – спросил Уилкс.