Ночные кошмары и фантастические видения - Стивен Кинг

– Да, сэр, мистер Джефферис, – сказала я. – Я прочитала двеваши книги, и они очень мне понравились.

– Вы читали мои книги? – Он посмотрел на меня с такимвыражением, будто я сошла с ума. – Ну что ж, это очень любезно с вашей стороны– сказать мне об этом. Итак, сегодня утром я проснулся, и у меня появиласьидея.

«Совершенно верно, сэр, – сказала я про себя, – у васпоявилась очень хорошая идея, такая свежая и неудержимая, что вы разбрызгали еепо всей простыне». И я едва не рассмеялась. Только, Дарси, я не думаю, что онзаметил бы, если бы я и рассмеялась.

– Я заказал завтрак, – продолжал он и показал на тележку,стоявшую у двери, – и пока ел, все думал об этой идее. Я думал, что из нееполучится короткий рассказ. Есть журнал… «Нью-Йоркер».., впрочем, это не имеетзначения. – Он не собирался объяснять, что такое «Нью-Йоркер» какой-тонегритянке вроде меня, понимаешь.

Дарси усмехнулась.

– Но к тому времени, когда я кончил завтракать, – продолжалон, – это больше походило на повесть. А затем.., когда я начал набрасыватьосновные направления действия… – Он визгливо засмеялся. – Похоже, такая идея неприходила мне в голову лет десять. Может быть, никогда не приходила. Как выдумаете, возможно, чтобы братья-близнецы, похожие друг на друга, но не один кодному, сражались во время второй мировой войны на противоположных сторонах?

– Как сказать, разве только не на Тихом океане, – заметилая. В любое другое время, думаю, у меня не хватило бы смелости вообще говорить сним, Дарси, – я просто стояла бы и смотрела на него, разинув рот. Но я все ещечувствовала себя как бы за стеклянной стеной или будто у зубного врача послеукола новокаина.

Он засмеялся, как будто это было самое смешное, чтоприходилось ему слышать.

– Конечно, не на Тихом океане, – согласился он, – там это немогло бы случиться, а вот на европейском театре военных действий вполне могло.Скажем, они встречаются лицом к лицу во время боев в Арденнах.

– Ну что ж, может быть… – начала я, но он уже снова быстроходил по гостиной, ероша волосы, отчего они уже и так стояли дыбом.

– Я знаю, это походит на мелодраму в стиле Орфеума Сиркита,– сказал он, – глупое сочинение вроде пьес, рассчитанных на дешевый эффект,как, например, «Под двумя флагами» или «Армадейл». Но замысел с близнецами..,это можно разумно объяснить.., я вижу его прямо сейчас… – Он повернулся ко мне.– Как по-вашему, это будет достаточно драматично?

– Да, сэр, – ответила я. – Всем нравятся рассказы о братьях,которые не знают, что они на самом деле братья.

– Но эти знают, – сказал он. – А сейчас я скажу вам что-тоеще… – Здесь он остановился, и я увидела, как на лице его на мгновениепоявилось удивленное, странное выражение. Странное, но для меня оно было какоткрытая книга. Вроде он пришел в себя и понял, что делает что-то глупое, какмужчина, который намылил лицо кремом для бритья, а потом взялся заэлектрическую бритву. Он говорил с горничной-негритянкой, может быть, о лучшейидее, которая когда-либо приходила ему в голову, – с горничной-негритянкой, чьепредставление о поистине хорош.

Ей книге ограничивается, наверное, «Краем ночи». Он ужезабыл о том, что она прочла две его книги, как сама сказала ему.

– Или подумал, что ты просто льстишь ему, чтобы получитьпобольше чаевых, – заметила Дарси.

– Да, конечно, на его взгляд, это соответствует человеческойприроде, как одетая на руку перчатка. Как бы то ни было, это выражениепоказало, что он вдруг понял, с кем разговаривает, вот и все.

– Я думаю, что останусь в отеле еще на несколько дней, –сказал он. – Вы предупредите портье об этом? – Он повернулся и принялся сноварасхаживать по гостиной, задев ногой тележку, на которой ему привезли завтрак.– И передайте, чтобы убрали эту проклятую штуку отсюда, хорошо?

– Вы хотите, чтобы я пришла сюда позднее и… – начала я.

– Да, да, да, – нетерпеливо сказал он, – приходите позднее иделайте что хотите, а сейчас, будьте так любезны, пусть все отсюда исчезнет.., включаявас.

Я так и сделала и никогда в жизни не испытывала такогооблегчения, как тогда, когда за мной закрылась дверь гостиной. Я выкатилатележку в коридор. На завтрак ему привезли сок и яичницу с беконом. Я хотелауйти, как вдруг заметила на его тарелке гриб, отодвинутый в сторону, и остаткияичницы с маленьким кусочком бекона. Я посмотрела на это, и будто яркий светвспыхнул у меня в голове. Я вспомнила гриб, который Мамаша Делорм дала мне вмаленькой пластмассовой коробочке. Вспомнила о нем в первый раз с того самогодня. Я вспомнила, как нашла его в кармане своего платья и куда его спрятала.Гриб на тарелке был точно таким же – сморщенным и подсохшим, похожим напоганку, от которой снятся кошмары.

Она пристально посмотрела на Дарси.

– Он тоже съел часть гриба. Мне кажется, больше половины.

***

У столика портье в тот день дежурил мистер Бакли. Я сказалаему, что мистер Джефферис намерен продлить свое пребывание в нашем отеле.Мистер Бакли ответил, что с этим не будет никаких проблем, хотя мистерДжефферис намеревался уехать сегодня днем. Затем я спустилась на кухню,обслуживающую клиентов в номерах, где поговорила с Бедслиен Ларонсон – тыдолжна помнить Беделию. Я спросила ее, не случилось ли сегодня утром тутчего-то необычного. Беделия спросила, что я имею в виду, и я ответила – сама незнаю. Тогда она спросила, почему меня это интересует. И я сказала, чтопредпочла бы не отвечать на этот вопрос. Тогда она сказала, что здесь никого небыло, даже мужчины из службы снабжения провизией, который обычно пытаетсяухаживать за одной из поварих.

Я уже хотела было уйти, как она остановила меня:

– Может быть, ты имеешь в виду старую негритянку? – спросилаБеделия.

Я вернулась и поинтересовалась, что это за стараянегритянка.

– Видишь ли, – сказала Беделия, – по-моему, она пришла сулицы в поисках сортир. Такое случается раз или два в день. Негры иногда неспрашивают, где он находится, потому что боятся, как бы персонал отеля невыгнал их вон, даже если они хорошо одеты.., часто так оно и бывает. Как бы тони было, эта бедная старушка зашла сюда… – Она замолчала и посмотрела на меня.– С тобой все в порядке, Марта? Похоже, ты собираешься упасть в обморок!

– Нет, я не собираюсь падать в обморок, – сказала я. – Чемона занималась?

– Да просто ходила вокруг, смотрела на тележки сприготовленными завтраками, будто не понимала, где находится, – объяснилаБеделия. – Такая маленькая старушка! Лет под восемьдесят, не меньше. Казалось,дунь ветер посильней, и ее поднимет в небо, как воздушного змея… Марта, подойдисюда и сядь. Ты похожа на портрет Дориана Грэя из того кинофильма.