Ночные кошмары и фантастические видения - Стивен Кинг

Он посмотрел в глаза Скутера, сверкающие, словно густыеизумруды в потемневшей оправе. И внезапно понял, что вопрос заключается не вего желании уехать отсюда, а в том, то немедленно отправиться в путь простонеобходимо.

– Ну что ж, – сказал Хогэн, отчаянно надеясь, что Скутер непротянет ему руку, – мне пора отправляться. Желаю вам удачи, сэр.

Скутер действительно протянул руку, но не для того, чтобыпожать руку Хогэну. Вместо этого он надел на Щелкуна толстое резиновое кольцо(Хогэн не мог понять, зачем он сделал это, потому что зубы все равно недействовали), поставил его на забавные оранжевые ноги и подтолкнул к Хогэну.

– Благодарю вас за доброе пожелание, – сказал он. – Ивозьмите эти зубы. Бесплатно.

– Ну.., спасибо, но я не могу…

– Можете, – сказал Скутер. – Возьмите их и подарите своемумальчику. Он получит удовольствие, когда они будут стоять на полке в егокомнате, даже если игрушка не действует. Я хорошо знаю мальчишек. Сам вырастилтроих.

– Откуда вы знаете, что у меня есть сын? – спросил Хогэн.

Скутер подмигнул. Гримаса была одновременно пугающей игрустной.

– Увидел по вашему лицу, – ответил он. – Берите, Щелкун ваш.

В стену дома хлестнул новый, еще более сильный порыв ветра,и все вокруг задрожало. Песок бил по окнам, будто снежная крупа. Хогэн поднялЩелкуна за оранжевые ноги, снова удивившись его тяжести.

– Вот, возьмите. – Скутер достал из-под прилавка и протянулему бумажный пакет, почти такой же помятый, как и его лицо. – Положите зубысюда. У вас хорошее спортивное пальто. Если вы сунете их в карман, они оттянутего.

Он положил пакет на прилавок, словно чувствуя, как неприятнобудет Хогэну прикосновение его рук.

– Спасибо, – сказал Хогэн. Он сунул Щелкуна в пакет иприкрыл его. – Спасибо вам и от Джека – это мой сын.

Скутер улыбнулся, обнажив зубы, такие же искусственные (нодалеко не такие крупные), как и те, что лежали в пакете.

– Вы доставили мне большое удовольствие, мистер. Поезжайтеосторожно, пока не выберетесь из бури. Как только местность станет холмистой,ветер стихнет.

– Я знаю. – Хогэн откашлялся. – Еще раз хочу поблагодаритьвас. Надеюсь, вы скоро.., скоро поправитесь.

– Это было бы неплохо, – бесстрастно заметил Скутер, –думаю, однако, что судьба предписала мне иное.

– Ну.., ладно. – Хогэн, впадая в панику, понял, что незнает, как закончить разговор. – Позаботьтесь о себе.

– И вы тоже, – кивнул Скутер.

Хогэн подошел к входной двери, открыл ее и был вынужденнапрячь все силы, чтобы удержать, – ветер попытался вырвать дверь из его рук игрохнуть о стену. Песчаной пылью хлестнуло в лицо, и Хогэн прищурил глаза.

Он вышел наружу, прикрыв за собой дверь, поднял лацканысвоего действительно хорошего спортивного пальто, защищая рот и нос. Спустилсяс крыльца и направился к своему сделанному на заказ «доджу», который стоял зазаправочными колонками. Ветер трепал его волосы, а летящий песок обжигал щеки.

Хогэн огибал машину, чтобы подойти к водительской дверце,когда кто-то потянул его за рукав:

– Мистер! Эй, мистер!

Он обернулся. Это был светловолосый юноша с бледным крысинымлицом. Юноша наклонился, сопротивляясь ветру и летящему песку. На нем не былоничего, кроме майки и джинсов. Хогэн увидел, как позади него мощная хозяйкатащила на цепи к задней двери лавки грязного худого зверя. Это и был волк –койот из Миннесоты, больше похожий на изголодавшегося щенка немецкой овчарки,причем самого мелкого из помета.

– Что вы хотите? – крикнул Хогэн, отлично зная, чего хочетюноша.

– Вы не могли бы подвезти меня? – спросил тот, стараясьперекричать ветер.

Вообще-то Хогэн не подвозил попутчиков – особенно после тогослучая пять лет назад. На окраине Тонопы его остановила молодая девушка. Былвечер. Она стояла на обочине шоссе, напоминая одного из тех беспризорных спечальными глазами на плакатах ЮНИСЕФ.

Она выглядела такой несчастной, словно ее мать и последняяподруга погибли при пожаре их дома неделю назад. Однако как только онаоказалась в машине, Хогэн сразу заметил увядшую кожу it безумные глазабезнадежной наркоманки. Но было уже слишком поздно. Девушка направила на пегопистолет и потребовала бумажник. Пистолет был старым и ржавым, с ручкой,обмотанной изоляционной лентой. Хогэн сомневался, что он был заряжен, а если изаряжен, то выстрелит… Но в Лос-Анджелесе у него были жена и маленький сын. Адаже если бы он был холостым, стоит ли рисковать жизнью из-за ста сорокабаксов? Даже в то время он не считал так, хотя только встал на ноги па новойработе и тогда сто сорок баксов казались ему куда более весомыми, чем теперь.Он отдал девушке свой бумажник. К этому моменту ее приятель уже стоял в своейгрязной синей «шевинове» рядом с его фургоном (в те дни у него был«форд-эколайн», далеко не такая роскошная машина, как сделанный по заказу «ДоджXRT»). Хогэн попросил девушку оставить ему водительское удостоверение, а такжефотографии Литы и Джека.

– Вот тебе, милый, – девушка показала ему фигу и сильноударила по лицу его же собственным бумажником, прежде чем выскочить из машины ксинему автомобилю.

Люди, которые просили подвезти их, приносили однинеприятности.

Но буря усиливалась, а у парня не было даже куртки. Что могХогэн сказать ему? Хрен тебе, милый, заползай под ближайший валун вместе сящерицами и пережди непогоду там?

– О'кей, – сказал Хогэн.

– Спасибо, приятель! Большое спасибо!

Юноша обежал вокруг машины, дернул за дверцу, увидел, чтоона заперта, и остался стоять рядом, втянув голову в плечи и ожидая, когда егопустят внутрь. Ветер надувал его майку, словно парус, обнажив худую, покрытую прыщамиспину.

Хогэн взглянул назад, на магазин повседневных товаров ипридорожный зверинец Скутера, и направился к дверце водителя. Скутер стоял уокна, глядя на него. Он торжественно, ладонью вперед поднял в приветствии руку.Хогэн поднял в ответ свою, вставил ключ в замок и открыл дверцу. Нажал кнопку,открывающую дверцу с пассажирской стороны, и сделал юноше приглашающий жест.

Юноша тут же забрался внутрь, затем с трудом обеими рукамизакрыл дверцу. Ветер завывал вокруг машины, раскачивал ее из стороны в сторону.

– Вот это да! – вздохнул юноша и провел руками по волосам(шнурок от кроссовки соскочил, и волосы, растрепавшись на ветру, рассыпались поплечам). – Вот это буря, правда? Давно такого не было!