Монстролог. Дневники смерти (сборник) - Рик Янси

И я был счастлив, недолго.

Через шесть лет после того случая, когда директор передал мне тринадцать больших тетрадей, мы встретились с ним в маленькой кофейне в паре кварталов от пляжа в Бока-Ратон, где он жил, уйдя год назад на пенсию. Волосы у него на висках чуть поредели и поседели, но рукопожатие осталось крепким, как раньше.

– Ты с ними закончил, – сказал он.

– Да, я их прочел.

– И?

Я помешал кофе.

– После того, как его привезли, кто-нибудь в доме заболел?

Директор взглянул на меня с недоумением.

– Ну, это же дом престарелых как-никак. Средний возраст обитателей – семьдесят один год. Конечно, люди болеют.

– Высокая температура, зудящая сыпь по всему телу – иногда кто-то выживает, большинство – нет.

Он покачал головой.

– Не понимаю.

Я со стуком положил ложку на стол.

– Слышали когда-нибудь про Титанобоа?

– Кажется, это такая змея.

– Пятьдесят футов в длину, вес больше тонны – толщина тела: по пояс взрослому человеку.

– Крупное животное.

– Было. Окаменелые останки находят в Южной Америке в местечке под названием Церрехон. Обитала там около пятидесяти миллионов лет назад.

– Кажется, я начинаю понимать.

– Наверное, он что-то о ней читал или смотрел по телевизору.

Директор кивнул.

– Вряд ли он видел ее живьем, конечно. Правда, он стар, но не до такой же степени. – Он улыбнулся.

Но не я.

– Нет. Конечно, нет. Может, он просто сумасшедший. И все выдумал.

Он вздрогнул.

– Да я никогда и не сомневался…

– Может, ему не сто тридцать один год. И это не его тетради. Может, даже имя не его.

– Имя?

– Уильям Джеймс Генри – так звали человека, за которого вышла Лиллиан Бейтс. Я проверял. Видел плиту на кладбище в Оберне, штат Нью-Йорк. Читал некролог. Говорил с родственниками. Один из них сам нашел меня. В последней тетради он намекает, что украл у этого человека имя – украл!

Некоторое время директор молчал, глядя в окно. Раздувал румяные щеки. Играл с салфеткой.

– Даже имя? Это плохо.

– Вы дали его тетради мне, чтобы я помог вам выяснить, кто этот человек. Прошло шесть лет, а я ни на шаг не приблизился к ответу.

Он понял, что я вот-вот сорвусь. Пробовал меня успокоить.

– Да у меня и не было особой надежды. Я так вам сразу и сказал. Просто надо же было попробовать. Попытка – не пытка, верно?

– Нет. Нет, не верно. Даже имя, понимаете? Он все время говорит о секретах, а сам не раскрывает даже своего имени. Все это ложь, от начала до конца!

– Эй, – говорит он тихо. – Дело-то ведь не в том, что он написал, дело в нем самом.

– Вот именно, в нем самом. А в конце оказывается, что никакого «его» не существует. Есть лишь пробел, шифр, незнакомец, стоящий за вами в очереди в кассу. Голос без лица, лицо без имени, тайна без разоблачения. Кем он был?

Директор покачал головой. Да и что он мог сказать? Я раздраженно отвернулся. Был солнечный день, замечательная погода для прогулки на пляже. В сторону моря шел по тротуару мальчишка: удочка на плече, в руке – ведерко с наживкой. Пока в глубинах не перевелись левиафаны, в желающих ловить их тоже недостатка не будет.

– Зря я дал вам эти тетради, – сказал директор, словно просил прощения. – Надо было мне самому их прочитать.

– Я думал, что смогу его отыскать, – честно признался я. – Отыскать и вернуть домой. Нет человека, у которого совсем никого не было бы. Помните, вы мне говорили?

Он кивнул.

– Помню. И у него тоже кое-кто есть.

– Кто? – спросил я. – Кто у него есть? Кому он нужен?

Он посмотрел на меня удивленно.

– Вы. Теперь у него есть вы.

Охотник слеп. Блеет привязанный у столба козленок. На границе света и тени вспыхивает янтарный глаз.