Чужой. Река боли - Кристофер Голден

ДАТА: 10 ИЮНЯ 2179 ГОДА

ВРЕМЯ: 13.41

Бракетт выругался, продвинулся вперед, оказавшись между передними сиденьями, и выглянул в лобовое стекло.

Справа от них, в гонимом ветром потоке песка, виделась темная башня «Процессора Шесть». Даже отсюда внутри вездехода были слышны гул и грохот, раздававшиеся в ядре и клапанах и сливавшиеся в некий механический вопль. Из клапанов, расположенных на вершине блока, валил черный дым, и внутри были заметны оранжевые языки пламени.

– Сукин ты… – капитан схватил свою экзомаску и рявкнул: – Выходим! Тут все может взлететь на воздух в любую секунду, и я не хочу быть здесь, когда это случится!

Альдо остался на водительском сиденье, и Бракетт приказал Петтигрю также остаться в вездеходе – всегда хорошо иметь кого-то, кто сможет исполнить роль кавалерии, если дела пойдут плохо. Заднюю дверцу машины можно было опустить до самой земли как трап, но в такую бурю они вышли сбоку и быстро закрыли дверь за собой.

Надев маски, Бракетт и Парис, шатаясь от ветра, повели остальных трех пехотинцев сквозь ветер и пыльную взвесь. Потихоньку, шаг за шагом они подошли к атмосферному процессору. Даже в экзомаске капитан почувствовал, что задыхается.

– Прислушайтесь! – сказал Нгуен.

Бракетт замер. Изнутри процессора доносился стук и скрежет. Все инстинкты приказывали ему убираться подальше от стонущей башни, но шум беспокоил его куда меньше, чем вонючий химический дым, который доносила до них буря.

– Что, уже думаете сменить место службы?! – крикнула ему лейтенант Парис, стоявшая рядом, но ее голос почти затерялся на ветру.

Бракетт ничего не ответил. Он не любил лгать.

Через несколько секунд они оказались у входа. Стамович достиг его первым и сдвинул засов. Ветер с шумом стал закрывать дверь, но Нгуен быстро протиснулся вовнутрь. Бракетт знал, что они были друзьями сержанта Дрейпера и им не терпелось его выручить, так что он не беспокоился по поводу того, кто идет впереди.

Когда они оказались вне бушующей бури, уровень шума упал так резко, что Бракетту на мгновение показалось, что он частично оглох. Затем Ченовский захлопнул за ними дверь, и капитан вздрогнул во мраке. Лишь тусклые аварийные огни давали пульсирующее освещение. Красные сигналы мигали по всему ядру, и башню затянуло облаком черного дыма, причем на высоте он был плотнее.

Бракетт стянул маску и посмотрел наверх, но не увидел, чтобы там что-то горело.

– Дрейпер! Юсеф! – крикнула Парис, и пехотинцы заозирались по сторонам.

Они обнаружили следы попавших в беду товарищей – куртки, пару очков и довольно странный ботинок, – но людей видно не было. Ядро гремело, сотрясаясь так сильно, что болты, которыми оно крепилось к полу, казалось, пытались вырваться из своих отверстий. В красных тенях, что играли на стене справа, сверкала одна из уходящих вверх лестниц.

– Марв! Крикни что-нибудь, говнюк! – гаркнул Стамович. – Ты где?

Бракетт начал обходить ядро со стороны, кивнув Нгуену, чтобы тот двигался дальше. Не сделали они и пары шагов, как послышался ответ.

– Мы здесь! Будьте осторожны!

Затем закричал кто-то еще.

– Отправьте нас домой!

Бракетт не прошел еще трех шагов, как увидел плотного бородатого мужчину, лежащего на земле. Тот истекал кровью – она покрывала лицо и запеклась в волосах на левой стороне головы. Глаза были открыты, и бородач поднял руку, чтобы помахать им – или, скорее, попросить помощи. Мужчина держался за левую ногу, и Бракетт понял, что она согнута под неестественным углом.

Перелом, причем серьезный.

– Кёртис! – воскликнула лейтенант Парис.

Еще три шага, и открылась вся сцена – но это было последнее, чего Бракетт мог ожидать. Он достал оружие еще прежде, чем его разум успел осознать динамику происходящего.

Рыжеволосый мужчина с безумными глазами стоял, прислонившись спиной к стене и держа одной рукой женщину-морпеха – схватив заложницу за горло, прижимал к ее виску, судя по всему, ее же пистолет. В дюжине футов от него, погруженный в масляные, мигающие красные огоньки, твердо стоял еще один пехотинец, нацелив пистолет на рыжего и его заложницу.

Бракетту не составило труда понять, кто здесь кто. Если со сломанной ногой лежал Кёртис Финч, то это должен был быть…

– Отто! – рявкнул он. – Отпусти рядового Юсеф!

Дрейпер – а кто еще это мог быть? – бросил быстрый взгляд на новоприбывших, но не решился отвести глаза от Отто Финча надолго. Он немного сместился вправо, поближе к другим пехотинцам. Бракетт и Стамович, теперь располагаясь бок о бок, бросились, чтобы занять позицию рядом с ним. Остальные нашли укрытие.

– Назад! – крикнул Отто. В его голосе звенел ужас, и иногда прорывался тембр ребенка, впавшего в истерику, а сам разведчик таращился на новоприбывших пехотинцев так, словно любое неверное движение могло заставить его взорваться. – Не приближайтесь, не то убью ее! Я не хочу… мне этого не нужно, но, клянусь, я это сделаю!

– Дрейпер, доклад! – гаркнул Бракетт.

Сержант уставился на него, а потом вопросительно взглянул на Стамовича.

– Новый командир, – пояснил тот.

– У меня самого есть глаза, Стам, – усмехнулся Дрейпер. Он сделал шаг навстречу Отто, но тот начал кричать, и сержант отступил обратно.