Чужой. Река боли - Кристофер Голден

– Верно, – сказал Бракетт. – Стоимость.

Доктор Идальго отвела взгляд, смущенная этим намеком, но доктор Риз напрягся и поднял подбородок, как будто готовясь к бою.

– Братья Финч знали о рисках, которые принимали каждый раз, когда выходили из колонии, – сказал доктор Риз. – Если вы желаете выразить протест мистеру Симпсону за его внимание к вопросам прибыли, то вынужден вам напомнить, что он делает свою работу. А вам, капитан, возможно, следовало бы больше беспокоиться о своей.

Бракетт придумал дюжину способов стереть это самодовольное выражение с лица доктора. Но заставил себя сделать глубокий вдох.

– Это одна из вещей, о которых я и пришел поговорить, – сказал он, переводя взгляд обратно на Симпсона. – Нам необходимо внести некую ясность относительно того, какую работу должны выполнять пехотинцы в колонии. Однако перед этим по протоколу я должен доложить о произошедшем там – и именно за этим я сюда пришел.

Симпсон сидел, откинувшись в кресле и постукивая пальцами по блестящей поверхности стола, отлитого из сплава стекла и серебра. Весь кабинет был красиво обставлен изящной металлической мебелью и крутящимися светильниками и не был похож ни на что из того, что Бракетт увидел с тех пор, как прибыл в «Надежду Хадли». Эта элегантность, похоже, была преимуществом должности Симпсона, и все же он умудрялся накапливать на любой поверхности мусор – грязные чашки из-под кофе, брошенные свитера, пробирки с образцами почв, старые толстые бумажные папки, поверх которых валялись электронные планшеты. Администратор явно относился к вещам с пренебрежением, и Бракетт мог лишь догадаться, что с людьми он обращался не лучше.

– Наберите его и отправьте мне, – сказал Симпсон и прекратил барабанить пальцами. – Я ознакомлюсь позже.

Его тон подразумевал, что Бракетт может быть свободен, но тот еще не был готов уходить.

– У вас двое погибших, Симпсон. Вы не сможете разобраться в причинах их гибели без полного доклада…

Доктор Риз тяжело вздохнул с таким видом, будто его очень утомило общение с невеждой.

– У нас есть полный доклад, капитан.

Бракетт наклонил голову.

– Но я не отправлял никаких…

– От сержанта Дрейпера, – перебил его Симпсон.

Секунду-две Бракетт лишь молча смотрел на него. Затем усмехнулся и затряс головой, показывая, что осознал услышанное заявление.

– Дрейпер под домашним арестом, – сказал он.

– Я понимаю, – ответил Симпсон. – Но насколько мне известно, вы не давали указаний по ограничению приема им посетителей. А сразу после вашего возвращения вы не были доступны…

– Я проводил разбор операции со своей командой, – ответил Бракетт, немного выпрямившись, так что воротник впился ему в шею, – и контролировал выгрузку тел ваших погибших колонистов. Но полагаю, вы и так это знали.

– Доклад сержанта Дрейпера вышел весьма подробным и определенно удовлетворил наши потребности, – проговорил доктор Риз. – Несомненно, нам всем нужно кое-что обсудить, капитан Бракетт, – то, как здесь проводятся операции, как команда ученых работает бок о бок с Колониальной морской пехотой… Но, боюсь, всему этому придется подождать. Разрушение «Процессора Шесть» оставляет нам…

Бракетт кашлянул, чтобы прочистить горло, тем самым заставив доктора на мгновение умолкнуть.

– Да, док, – сказал он. – Обсудим это за чаем. Тем не менее есть пара вещей, которые мне хотелось бы прояснить, и прояснить прямо сейчас. Вещей, которые не терпят отлагательств, – он загнул палец. – Во-первых, с этого момента вы не должны иметь прямого контакта с кем-либо из моих пехотинцев, разве что можете сказать «спасибо», если они из вежливости придержат для вас дверь в коридоре.

Бракетт взглянул на Симпсона, затем на доктора Идальго, которая, похоже, чувствовала себя весьма неуютно.

– Капитан, вы должны понять… – начала она.

– Я должен? – спросил Бракетт и покачал головой. – Нет, доктор, не думаю. Мой отряд отвечает передо мной и больше ни перед кем – и вы не будете получать доклады от Дрейпера или кого-либо еще. Сержант Дрейпер – как трудный ребенок. Такие есть всегда. Но теперь это только моя проблема.

– Принято, – сказал Симпсон, распрямляя рубашку на своем круглом животе.

Бракетт изучающе посмотрел на администратора, сощурился и перевел взгляд на Риза и Идальго. Родимое пятно на подбородке и горле Риза потемнело и стало почти фиолетовым.

– А что насчет вас? Симпсон еще может сводить здесь концы с концами, но ведь ясно, что Компания имеет большее влияние, чем правительство. Так что я хотел бы услышать это и от вас. Моя позиция достаточно понятна?

Доктор Риз сверкнул на него взглядом, полным презрения.

– Вполне, – сказала доктор Идальго.

Риз не стал с ней спорить. Бракетту хотелось бы получить от него более конкретный ответ, учитывая что он был старшим членом научной группы, но и его молчания было достаточно… пока что.

– Хорошо. Тогда это ведет к другому вопросу.

Эл Симпсон заправил рубашку чуть сильнее, словно это придавало ему больший авторитет.

– Это не может подождать?

Бракетт не удостоил его вниманием, продолжив смотреть на ученых.

– Мне сообщили, что существует стандартная процедура, по которой Колониальные морпехи сопровождают ваших изыскателей на выездах, – сказал он. – Отныне эта практика прекращается.

Доктор Идальго вздрогнула.

– Вы не можете ее отменить!

– Извините, доктор, но я уверен, что могу, – он пристально посмотрел на нее, удивленный внезапной переменой, произошедшей в ней. До этого она, похоже, чувствовала себя неуютно из-за поведения Риза, но теперь приняла столь же суровый вид.

Бракетт догадался, что они видели в нем лишь конфликтного болвана в форме. Симпсон и ученые думали, что держат его в неведении, но не нужно было быть гением, чтобы понять, почему они хотели, чтобы пехотинцы участвовали в этих вылазках. И у капитана было время, чтобы это обдумать.

Большинство крупнейших научных достижений прошлого столетия было сделано организациями, которые находили и изучали образцы различных инопланетных форм жизни. Иногда этим занималось и правительство, но чаще всего – Корпорация.

«Вейланд-Ютани» давно участвовала в кампании по поиску, утилизации, монетизации и вепонизации любых инопланетных образцов, до которых только могла дотянуться. И деятельность Компании была глубоко засекречена. Очень многое человечеству стало известно от ее арктурианских торговых партнеров.

Бракетт не мог отрицать ценность контактов с инопланетной жизнью, но при этом никогда не предполагалось, что Колониальные пехотинцы должны играть роль секретных телохранителей гражданских изыскателей… или снаряжать опера-ции по спасению независимых разведчиков.

Это следовало прекратить.