Чужой. Река боли - Кристофер Голден

– Вам не о чем здесь беспокоиться, доктор Идальго.

Она подумала о детях, которых видела бегающими в коридоре. О Ньют и ее рыженькой подруге, Луизе.

– Я беспокоюсь не о себе.

Доктор Мори задумчиво потер подбородок. Этот заштампованный образ – умудренного годами ученого, застывшего в безмолвном созерцании, – выглядел таким важным и покровительственным, что Елене захотелось кричать. Но она сдержалась.

– Моя дорогая, – произнес Мори, – у Компании нет от вас секретов. Как и от любого другого члена нашей команды. Да, «Надежду Хадли» построили бы и без ее участия, но у «Вейланд-Ютани» была своя причина увлечься этой идеей. Она использовала свое влияние, чтобы выбирать места основания колоний, которые отвечали бы ее собственным интересам. Это не шпионаж, Елена. Это бизнес. И, что еще более важно, – это наука.

Идальго запустила руки в карманы лабораторного халата и нащупала там упаковку леденцов с одной стороны и пачку салфеток с другой. Осязаемые, несущественные, эти вещи почему-то заставили ее увидеть свои опасения еще более реальными.

– Если мы обнаружим чужеродную жизнь… – начала она.

– Живых существ? – усмехнулся доктор Мори. – После всех этих лет, что мы изучали планету, шансы их найти мизерны, вы и сами это знаете. Здесь же нет вообще никаких признаков активности.

– Я просто хочу сказать, что такая вероятность существует. Встречи с чужеродными расами, как правило, проходили легко, но случались и жестокие, кровавые схватки. И вы сами в курсе этого. У всех наших друзей из Колониальной морской пехоты, должно быть, есть истории о том, как они потеряли товарищей. Поэтому-то я и не могу не чувствовать некоторой тревоги из-за контакта с чужеродной формой жизни, когда у нас тут полная колония людей, а среди них есть дети, и никто даже представления не имеет о существовании такой возможности. А что, если эти существа окажутся враждебными? – спросила она. – Что тогда?

Мори удивленно моргнул, опустил руки и уставился на коллегу так, будто это был самый глупый вопрос, что ему когда-либо доводилось слышать. Затем нахмурился, раздраженно сдвинув брови.

– Вы сами знаете ответ на этот вопрос, доктор Идальго, – произнес он отрывисто. – Наши исследования слишком важны, чтобы дать им пропасть даром. Поэтому научной группе и предоставлено собственное эвакуационное судно, поэтому мы все прошли базовую подготовку, чтобы суметь его запустить и включить систему автопилота. Вы же не думаете, что они учили нас ради собственного удовольствия, правда? Что бы тут ни произошло, наши данные должны достичь Земли.

– Точно, эвакуационный корабль, – ответила она. – Тот самый, о котором не знает даже колониальный администратор.

Доктор Мори подался назад и пристально посмотрел на нее, сощурив глаза.

– Не знаю, к чему вы клоните, – осторожно ответил он, – но должен вам напомнить, что вы подписали контракт, в котором Компания определила для нас приоритеты. Вас никто не заставлял с ними соглашаться. Никто не приставлял пистолет к вашей голове, Елена. Вы сами это выбрали. Это худший сценарий – которому не суждено сбыться, помните об этом, – его голос слегка смягчился. – Это мертвая планета. Здесь нет угрозы – только история, которую нужно узнать, и, возможно, останки каких-то существ. Но даже в самом худшем случае эвакуационный корабль должен вывезти отсюда нас – членов научной группы, – наши образцы и наши данные. И ничего больше.

– Но здесь же живут дети…

Доктор Мори бросил на нее долгий пронизывающий взгляд, после чего набрал воздуха в грудь и сделал медленный выдох.

– Да, живут, – сказал он, наконец. – Дети, чьи родители знали, что их дни и ночи полны рисков с того момента, как они только отправились в колонию. Как знали и вы. На вашем месте я бы перестал опасаться этого худшего сценария и сосредоточился на нашей задаче, на той чудесной возможности, которая нам предоставлена.

Он обошел стол и, пододвинув себе стул, уселся.

– Хотите небольшой совет? – продолжил доктор Мори. – Когда мы встретимся с Ризом, лучше бы вам не поднимать снова эту тему. Если он сочтет, что вы недостаточно преданы этой работе, он отстранит вас от всего процесса. А потом, если мы что-нибудь обнаружим, то все время, что вы провели на этой проклятой глыбе, среди людей, которых вы презираете, будет потрачено впустую.

Доктор Идальго пристально посмотрела на него. Она понимала, что должна как-нибудь возразить, хотя бы сказав, что не презирает его, но она никогда не умела убедительно лгать.

Мори раскрыл планшет и начал что-то печатать на клавиатуре – возможно, делал заметки или сверялся с предыдущими файлами. Через несколько долгих мгновений Елена повернулась и вышла, даже не удосужившись закрыть за собой дверь.

Никогда еще в жизни доктор Идальго не чувствовала себя более взволнованной.

Или более напуганной.