Двенадцать - Джастин Кронин

– Нужен другой водитель?

Эми поглядела в зеркало на лицо водителя. Тот судорожно тряс головой, и казалось, она у него сейчас оторвется.

– Я в порядке. Я просто… не знаю. Странно это. Я в порядке.

Стоящий у окна задержался.

– Будь поосторожнее, хорошо? Уже почти приехали. Держи себя в руках.

Он ушел, и грузовик снова поехал.

– Ты невероятный придурок, знаешь?

Водитель не ответил. Снова бросил взгляд на Эми, и их взгляды на мгновение встретились в зеркале. На долю секунды, но она увидела в его глазах страх. Он тут же отвернулся.

21:40. Холлис и Майкл сидели в переулке за аптекой. Перед этим они следили в бинокль, как Эми посадили в грузовик и колонна отправилась к стадиону. Штурмовой отряд, который будет брать Купол, дюжина мужчин и женщин с огнестрельным оружием и бомбами из труб, все еще скрывались в канализации, в пяти метрах внизу.

– Сколько еще ждать будем? – спросил Майкл.

Вопрос был риторическим, и Холлис лишь пожал плечами. Хотя город и казался пустым, вход в Купол охранял отряд, в котором не меньше двух десятков человек. Их было видно отсюда, из переулка. О том, что они даже не знают, находятся ли Сара и Кейт в здании, и как их найти, если они там, при условии, что им удастся прорваться сквозь охрану, они не говорили. Множество условий, одно за другим. Абстрактно это выглядело вполне выполнимым, но теперь они поняли это со всей ясностью.

– О Лоре не беспокойся, – сказал Холлис. – Девушка может за себя постоять, поверь мне.

– А я сказал, что беспокоюсь?

Конечно же, Майкл беспокоился. Переживал за всех них.

– Она мне нравится, – сказал Холлис, продолжая смотреть в бинокль. – Она тебе подходит, получше, чем Лиш.

Майкл остолбенел.

– О чем ты?

Холлис убрал бинокль и посмотрел ему в глаза.

– Ладно тебе, Штепсель. У тебя никогда хорошо врать не получалось. Помнишь, когда мы детьми еще были, как вы друг за дружку держались? Это даже тогда было очевидно.

– Правда?

– По крайней мере мне. Все это. Ты, она.

Он пожал широкими плечами и снова посмотрел в бинокль.

– По большей части ты. Лиш я никогда толком понять не мог.

Майкл попытался что-нибудь возразить, но не смог. Лиш всегда была у него в голове, сколько он себя помнил. Он изо всех сил подавлял свои чувства, поскольку ничего хорошего из этого не вышло бы, но так и не смог окончательно от них избавиться. Вообще не смог, если честно.

– Как думаешь, Питер знает?

– Я бы сказал, это только Лору беспокоит. Она-то понимает. А его сам спроси. Я бы сказал, да, но не узнаешь, что другой думает, пока сам не спросишь.

Холлис напрягся.

– Погоди.

Подъезжала машина. Они вжались в дверной проем. Фары осветили переулок. Майкл затаил дыхание. Пять секунд, десять, и грузовик уехал.

– Когда-нибудь стрелял в кого-то? – тихо спросил Холлис.

– Только в Зараженных.

– Поверь мне, когда дело начнется, будет не так тяжело, как ты думаешь.

Майкл вдруг вспотел, несмотря на холод. Сердце колотилось от прилива адреналина.

– Что бы ни случилось, просто вытащи ее, хорошо? – сказал он. – Вытащи их обеих.

Холлис кивнул.

– Я серьезно. Я тебя прикрою. Только доберись до этой двери.

– Мы оба пойдем.

– Судя по всему, нет. Ты должен дойти, Холлис. Понял? Не останавливайся.

Холлис посмотрел на него.

– Просто, чтобы все было ясно, – сказал Майкл.

Как и остальные, Лора и Грир успешно слились с толпой. Там, где колонны плоскоземцев разделялись, они встроились в тот поток, который двигался на второй ярус, потом на третий, а потом и на самый верх. Они встретились под лестницей, ведущей к диспетчерской.

– Хорошо сделано, – прошептал Грир.

Они нашли оружие. Пару старых револьверов, на крайний случай два ножа с изогнутыми стальными рукоятками и лезвиями в пятнадцать сантиметров длиной. Толпы уже не было, всех разогнали по местам. Грира потрясла их покорность, тупое подчинение, то, как они позволяли управлять собой. Они рабы, хоть их так и не называют, возможно, они уже давно приняли это, как данность. Все ли? Может, и не все. Решающим фактором будет то, сколько среди них тех, кто не согласен быть рабом.

– Не хочешь помолиться со мной? – спросил он.

Лора скептически поглядела на него.

– Давно этого не делала. И не уверена, что знаю как.

Они повернулись лицом друг к другу, стоя на коленях.

– Возьми меня за руки, – сказал Грир. – Закрой глаза.

– И что?

– Постарайся не думать. Представь себе пустую комнату. Даже не комнату. Ничто.

Она взяла его за руки, на ее лице появилось легкое смущение. Ее ладони были влажными от пота, от нервного напряжения.

– Я типа думала, ты что-то говорить начнешь, как Сестры делают. Святое то, Господи, благослови это.

– Не в этот раз, – ответил Грир, качая головой.

Он увидел, что она закрыла глаза. Закрыл глаза сам. Момент погружения. Разливающееся по телу тепло. В следующее мгновение его сознание растворилось в безмерной энергии, за пределами мысли. О мой Бог, молился он, пребудь с нами. Пребудь с Эми.

Что-то не так. Грир ощутил боль. Ужасную. А потом боль ушла, поглощенная тьмой. Тьма заполняла его сознание, будто тень, накрывающая поле. Затмение, затмение смерти, ужаса, чернейшего зла.

Я Моррисон-Чавез-Баффлз-Тьюрелл-Уинстон-Соуза-Эколз-Лэмбрайт-Мартинес-Райнхард…

Он резко дернулся. Чары исчезли, он снова был в реальном мире. Что он увидел? Двенадцать, да, но кто еще там был? Чью боль он ощутил? Лора, все так же стоящая на коленях, протянув вперед руки, тоже ощутила это. Грир понял это по ее ошеломленному лицу.

– Кто такой Уолгаст? – спросила она.

Лайла шла по коридору в сторону атриума, будто не касаясь ногами пола. Казалось, она неудержима. Некоторые решения нельзя повернуть вспять, когда они уже приняты. Выбранная ею лестница в конце длинного коридора, на противоположной стороне здания. Потребуется ключ, но на этот счет у Лайлы уже был план. Свернув за угол, она побежала к двери, как будто за ней гонятся. Дюжий охранник встал со стула, преграждая ей путь.

– Никому не позволено сюда заходить.

– Умоляю, – выдохнула она. – С голоду умираю. Все ушли.

– Вам надо уйти отсюда.

Лайла подняла вуаль.

– Ты знаешь, кто я такая?