Пора убивать - Джон Гришэм

– По-моему, дети должны иметь право не быть изнасилованными,а родители – право защищать своих детей. По-моему, маленькие девочки – этоособые создания, и если бы мою привязали к дереву, а затем поочереднонасиловали два накачавшихся наркотиками подонка, я уверен, что рехнулся бы отэтого. По-моему, каждый порядочный отец должен иметь конституционное правонаказать извращенца, который посмел коснуться его ребенка. А когда вызаявляете, что не стали бы убивать выродка, изнасиловавшего вашу дочь, то выпредставляетесь мне трусливым лжецом.

– Мистер Боннер, прошу вас! – произнес Нуз.

Хотя Бакли это стоило немалых усилий, но он сдержался.

– Судя по всему, это дело вас глубоко затронуло, не так ли?

– Вы удивительно догадливы.

– И вам хотелось бы, чтобы его оправдали, так?

– Я был бы готов за это даже заплатить, будь у меня деньги.

– И вы считаете, что в другом округе его шансы наоправдательный вердикт будут выше, да?

– Я считаю, его должно судить жюри присяжных, которые незнали бы всех деталей дела вплоть до начала процесса.

– И вы бы лично его оправдали?

– Я уже говорил это.

– Вы, без всяких сомнений, беседовали и с другими людьми,готовыми оправдать его?

– Я беседовал со многими.

– В округе Форд есть такие, кто признал бы его виновным?

– Естественно. Таких полно. Ведь он же негр, не так ли?

– Из всех ваших разговоров с жителями округа не удалось ливам уяснить для себя, кого же больше – тех или других?

– В общем-то нет.

Бакли заглянул в блокнот, пометил в нем что-то.

– Мистер Боннер, скажите, Джейк Брайгенс – ваш близкий друг?

Гарри Рекс улыбнулся и повел глазами в сторону Нуза.

– Я юрист, мистер Бакли, друзей у меня немного, и почти всеони довольно далеко отсюда. Но Джейк Брайгенс – один из них. Да, сэр.

– И это он попросил вас прийти сюда и дать показания?

– Нет. Просто несколько минут назад я проходил через этотзал и присел в кресло отдохнуть. Я даже и не подозревал, что у вас тут сегоднякакое-то слушание.

Бакли швырнул свой блокнот на стол и сел. К Гарри большевопросов не было.

– Вызывайте вашего следующего свидетеля, – приказал Нуз.

– Преподобный Олли Эйджи, – объявил Джейк.

Святого отца провели из комнаты для свидетелей на положенноеместо. Накануне Джейк пришел к нему в храм с целым списком вопросов. Он хотел,чтобы священник выступил со свидетельскими показаниями. Разговора об адвокатахассоциации больше не было.

Преподобный Эйджи оказался отличным свидетелем. Егоглубокому бархатному голосу не требовался никакой микрофон – он и так былпрекрасно слышен всему залу. Да, детали изнасилования и последовавшего за нимубийства ему известны. Семья обвиняемого – его прихожане. Они знакомы ужедолгие годы, стали почти родными друг другу, поэтому ему, Олли Эйджи, пришлосьпереживать с этой семьей постигшее ее горе. Да, он беседовал со множеством людей,и каждый из них считал мистера Хейли либо виновным, либо героем. Вместе сдвадцатью двумя другими священниками – членами церковного совета – он обсуждалпроисшедшее с Карлом Ли Хейли. Сейчас он с уверенностью может сказать, что вокруге Форд не осталось никого, кто бы не выступил в сердце своем судьей. Поего мнению, справедливый суд в их округе просто невозможен.

У Бакли был только один вопрос:

– Скажите, преподобный отец, хоть один чернокожий из тех, скем вы беседовали, хотя бы один человек сказал вам, что голосовал бы заосуждение Карла Ли Хейли?

– Нет, сэр, таких не было.

Святого отца отпустили с миром. Он уселся в зале между двумясвоими коллегами – членами совета.

– Следующий свидетель защиты!

Джейк улыбнулся прокурору и назвал очередное имя:

– Шериф Оззи Уоллс.

Бакли и Масгроув тут же склонились друг к другу и горячозашептались. Как же так, ведь Оззи был на их стороне – на стороне закона ипорядка, на стороне прокурора! И это вовсе не его дело – помогать защите. Вотчто значит доверять ниггерам, подумал Бакли. Как только начинает пахнутьжареным, они тут же готовы переметнуться в противоположный лагерь.

Джейк своими вопросами в который раз заставлял шерифарассказывать об изнасиловании, о биографиях двух насильников. Все это начиналонавевать скуку, и Бакли хотел было протестовать. Но сегодня ему и так ужедосталось. Джейк понял, что прокурор со своего места больше не поднимется,поэтому он требовал все новых и новых деталей. Наконец Нуз тоже утомился.

– Нельзя ли побыстрее, мистер Брайгенс?

– Да, ваша честь. Шериф Уоллс, это вы арестовали Карла ЛиХейли?

– Да, я.

– Вы считаете, это он убил Билли Рэя Кобба и Пита Уилларда?

– Да.

– Знаете ли вы кого-нибудь в этом округе, кто так несчитает?

– Нет, сэр.

– То есть здесь принято думать, что их убил мистер Хейли?

– Да. Все так и думают. По крайней мере все, с кем мнедоводилось говорить.

– Вы много ездите по округу, шериф?

– Да, сэр. Это моя работа – знать, что где происходит.

– И беседуете со многими людьми?

– Даже больше, чем мне того хочется.

– Не встречались ли вам люди, которые ничего бы не слышали оКарле Ли Хейли?

После некоторой паузы Оззи медленно проговорил:

– Чтобы ничего не знать о Карле Ли Хейли, нужно бытьслепоглухонемым.

– Тогда, может быть, вам известен человек, не имеющий своегомнения относительно его виновности или невиновности?

– В этом округе такого не найти.

– Может он рассчитывать здесь на беспристрастный суд?

– Этого я не знаю. Мне известно только, что вы не сыщете унас двенадцати человек, ничего не слышавших о его девочке и о стрельбе в зданиисуда.

– Больше вопросов не имею, – повернулся Джейк к Нузу.