Умри завтра - Питер Джеймс

– Мне кто-то рассказывал, что твой отец играл в теннис за Суссекс. Правда, Эмма Джейн? – спросил Гай Батчелор. – Я сам немножко играю… играл… да только не на том уровне. Как его зовут?

– Найджел. Играл за юниоров – младше шестнадцати, – но серьезно давно уже не занимается. Наверно, пьет нынче за Суссекс. Или, скорее, болтает. – Эмма Джейн усмехнулась.

– Талант языком трепать?

– И так можно сказать.

Они направлялись к западу от деревушки Сторрингтон. Слева тянулись пологие холмы Южного Даунса. Эмма Джейн заглянула в расстеленную на коленях карту:

– Кажется, следующий поворот направо.

Свернули на узкую проселочную дорогу чуть шире машины, заросшую по сторонам высоким кустарником. Через четверть мили Эмма Джейн велела повернуть налево в колею, которая была еще уже. Пожалуй, полицейские машины последние на планете не имеют спутникового навигатора, больше всех в нем нуждаясь, размышлял Батчелор. Он уж было собрался поделиться наблюдением с Эммой Джейн, как вдруг с треском ожило радио. Это была просьба о помощи из другой части графства, далеко от них расположенной.

– Дом слева должен стоять, – сказала Эмма Джейн.

Батчелор притормозил голубой «мондео» без опознавательных знаков, и через пару минут они увидели впечатляющие кованые двустворчатые ворота с пилонами, увенчанными каменными шарами. На черной табличке золотыми буквами написано: «Тейкем-Парк». Остановились под циклопическим глазом высоко вмонтированной камеры наблюдения, надпись под которой предлагала: «Улыбнитесь, вы в кадре». Эмма Джейн вышла, нажала кнопку домофона, услышала трескучий женский голос с сильным акцентом:

– Слушаю?

– Детективы, сержант Батчелор и констебль Бутвуд, – представилась она. – У нас назначена встреча с сэром Роджером Сириусом.

В домофоне раздался громкий щелчок, ворота начали открываться. Эмма Джейн снова села в машину, которая двинулась по обсаженной с обеих сторон большими деревьями асфальтированной дорожке, тянувшейся почти полмили. В конце ее взгляду открывался гигантский особняк в якобитском стиле, перед которым был газон и пруд с лилиями.

У дома стояли машины, среди которых Гай заметил черный «астон-мартин». Справа на большой бетонной площадке среди подстриженного газона находился синий вертолет.

– Кажется, в медицине есть деньги, – прокомментировал Батчелор.

– Если выбрал правильную область, – добавила Эмма Джейн.

– Или неправильную, – подытожил Гай.

Эмма Джейн даже не трудилась пересчитывать окна. Спален двадцать-тридцать, если не больше. Грандиозный масштаб.

– По-моему, это мы выбрали неправильную область, – заключила она.

Батчелор медленно объехал вокруг пруда и остановился напротив впечатляющего парадного.

– Смотря чего хочешь от жизни. И в зависимости от твоего морального кодекса.

– Пожалуй.

– Встречала когда-нибудь Джека Скеррита?

– Видела мельком несколько раз.

Главный суперинтендент Джек Скеррит – шеф уголовной полиции, самый старший детектив в Суссексе. И самый уважаемый.

– Я с ним пару лет назад выпивал в одном брайтонском баре, – сказал Гай Батчелор, – когда он начальствовал в Брайтоне и Хоуве. Обсуждали заработки копов. Джек сообщил, что получает в год семьдесят три тысячи фунтов плюс еще пару кусков на содержание. Говорит, вроде, кажется, много, но меньше директора школы, хотя несешь ответственность за весь город. Потом добавил то, чего я никогда не забуду.