Пора убивать - Джон Гришэм

Через два дня позвонил Люсьен и велел Этель передать Джейку,чтобы тот явился к нему. По важному делу. У него сидит посетитель, с которымДжейк должен встретиться.

Посетителем его был доктор У.Т. Басс – вышедший на пенсиюпсихиатр из Джексона. Он был старым знакомым Люсьена и в прежние годы вместе сним принимал определенное участие в процессах по делам двух отпетыхпреступников, решивших прибегнуть к помощи специалиста его профессии. Однако,несмотря ни на что, оба до сих пор отбывали свои сроки в Парчмэне. Басс былвынужден уйти на покой по той же причине, которая привела к отставке и Люсьена,а именно из-за прочной, необоримой привязанности к «Джеку Дэниэлсу». У.Т.наезжал иногда к Люсьену в Клэнтон, Люсьен же совершал в Джексон поездки болеечастые; эти взаимные визиты приносили обоим неподдельную радость – друзьявместе напивались до беспамятства. Сейчас же двое мужчин были заняты тем, чтосидели на просторном крыльце дома Люсьена и ждали Джейка.

– Просто скажешь, что в тот момент он был помешанным, –инструктировал своего гостя хозяин.

– А он был?

– Это не важно.

– А что важно?

– Важно дать жюри предлог оправдать человека. Их абсолютноне волнует, был он в то время чокнутым или нет. Но какое-то основание дляоправдания им необходимо.

– Хорошо бы было хотя бы осмотреть его.

– Можешь. Можешь сказать ему все, что захочешь. Он сейчассидит в камере и сгорает от желания поговорить с кем-нибудь.

– Мне нужно будет встретиться с ним несколько раз.

– Знаю.

– А если у меня не сложится впечатления о том, что он былневменяем в тот момент, когда открыл стрельбу?

– В таком случае тебе не придется давать показания в суде,ты не увидишь в газетах ни своего снимка, ни имени, и телевизионщики не будутбрать у тебя интервью.

Долгую паузу Люсьен заполнил большим глотком из своегостакана.

– Делай то, что я тебе говорю. Расспроси его, испиши кучулистков бумаги. Задавай ему дурацкие вопросы. Ты и сам знаешь, что нужно. Апотом скажи: да, он был невменяемым.

– Особой уверенности я не чувствую. Это и в прошлом неочень-то получалось.

– Послушай, ты же врач, нет? Так и веди себя соответственно– будь тщеславным, самоуверенным и высокомерным. Действуй так, как и должен.Выскажи им свое мнение, и пусть только кто-нибудь позволит себе усомниться внем.

– Не знаю. В прошлом это давало осечки.

– Делай, как я говорю.

– Раньше я так и делал, а те оба и сейчас еще в Парчмэне.

– Они были безнадежны. Хейли – совсем другое дело.

– У него есть шансы?

– Некоторые.

– Мне показалось, ты сказал: «...совсем другое дело».

– Он порядочный человек, у которого были веские причины нато, чтобы убить.

– Тогда почему у него всего лишь «некоторые шансы»?

– Закон утверждает, что причины эти недостаточно серьезны.

– Закону виднее.

– К тому же он – черномазый, и это в белом округе. А кханжам у меня нет никакого доверия.

– А если бы он был белым?

– Если бы он был белым, который пристрелил двух ниггеров,изнасиловавших его малолетнюю дочь, жюри присяжных под руки вывело бы его в залсо скамьи подсудимых.

Басс прикончил свой стакан и принялся наливать следующуюпорцию. Пятую. На стоявшем между мужчинами столике высилось ведерко с кускамильда.

– Кто там у него адвокат?

– Он вот-вот должен подойти.

– Работал раньше с тобой?

– Да, но мне кажется, вы не встречались. Он пришел в моюфирму года за два до того, как меня вынудили отправиться на отдых. Молод, чутьбольше тридцати. Умен, энергичен, работает как вол.

– И он работал с тобой?

– Именно это я тебе и сказал. Для своих лет у него неплохойопыт. Это не первое его дело об убийстве, только, если я не ошибаюсь, первое, вкотором его подзащитный сходит с ума.

– Рад это слышать. Мне бы не хотелось отвечать на кучуглупых вопросов.

– Спасибо, что хоть моему мнению ты еще веришь. Подожди,пока он придет.

– Мне не очень-то все это нравится. Мы уже дважды пытались,и ничего не получилось.

Люсьен в недоумении покачал головой:

– Должно быть, ты самый робкий из всех докторов, каких явстречал.

– И самый бедный.

– Тебе полагается быть гордым и заносчивым. Ты же эксперт.Так и будь им. Кто это осмелится оспаривать твою профессиональную точку зренияздесь, в Клэнтоне, штат Миссисипи?

– У штата есть свои эксперты.

– Да, есть один психиатр из Уитфилда. Он потратит наобвиняемого пару часов, а затем прикатит в суд и покажет под присягой, чтоХейли – самый здравомыслящий человек из всех, когда-либо обращавшихся кпсихиатру. Он добавит, будто ему в жизни еще не доводилось видеть психическиненормального обвиняемого. Для него сумасшедших вообще не существует. Каждый изживущих просто обречен на полное душевное здоровье. И сам Уитфилд битком набитабсолютно нормальными людьми, правда, пока речь не заходит о правительственныхсубсидиях лечебнице – вот тогда-то они там все лишаются рассудка. Да его простовыгонят с работы, вздумай он показать, что обвиняемый невменяем. Вот каков твойсоперник.

– И жюри поверит мне автоматически?

– Ты должен действовать так, будто никогда раньше ни в чемподобном не принимал участия.

– Дважды – не забывай! Первый был насильником, второй –убийцей. И оба – в полном сознании, вне зависимости от того, что я там говорил.И оба сейчас находятся там, где находятся.

Люсьен сделал еще один большой глоток и теперь рассматривална свет плескавшуюся в стакане светло-коричневую жидкость с кубиками льда.

– Ты сказал, что поможешь мне. Видит Бог, ты мнедействительно задолжал. Сколько я устроил тебе разводов?

– Три. И я все три раза вынужден был прилюдно полоскать своегрязное белье.

– Сам виноват. Развод такое дело: либо ты уступаешь, либовсе твои привычки детально обсуждаются открытым слушанием.