Немезида - Ю Несбе

– Выходит, какой-то бандит преследует нас, потому что ты не можешь найти убийцу его родственницы? – Голос Ракели неприятно дребезжал в трубке.

Харри прикрыл глаза. Халворсен отправился к Элмеру, и он остался в кабинете один.

– Коротко говоря, да. У меня с ним уговор, и свои обязательства он выполнил.

– И поэтому на нас открыта охота? И мне пришлось срываться из гостиницы с сыном, которому через несколько дней предстоит узнать, разрешат ему остаться с матерью или нет? Поэтому, поэтому… – Ее высокий плачущий голос сорвался. Харри не стал ее перебивать. – В чем причина, Харри?

– Она стара как мир. Кровная месть. Вендетта.

– Но мы-то здесь при чем?

– Я же сказал, что ни при чем. Вы с Олегом не цель, а средство. Этот человек считает своим долгом отомстить убийце.

– Долгом?! – от ее вскрика у Харри чуть не лопнули барабанные перепонки. – Если эти люди считают своим долгом мстить, то это просто неандертальцы какие-то.

Он выдержал паузу:

– Меня эта история угнетает, но сейчас я ничего не могу поделать.

Она не ответила.

– Ракель?

– Да.

– Вы где?

– Раз ты говоришь, что они нас так легко вычислили, как же я могу сказать это по телефону?

– О’кей. Это место надежное?

– Думаю, да.

– Ну-ну.

В трубке раздался голос какого-то русского и тут же исчез, словно при настройке коротковолнового приемника на нужную радиостанцию.

– Почему ты не можешь просто сказать, что мы в безопасности, Харри? Скажи, что это выдумка, что они блефуют… – сказала она умоляюще, – ну хоть что-нибудь.

Харри сделал паузу, а потом медленно и четко произнес:

– Потому что тебе необходимо бояться, да, бояться, чтобы совершать верные шаги.

– Какие, к примеру?

Харри тяжело вздохнул:

– Я все улажу, Ракель, я все улажу.

Харри позвонил Вигдис Албу сразу, как только Ракель положила трубку. Она ответила после первого же звонка.

– Это Холе. Вы сидите у телефона и ждете звонка, фру Албу?

– А вы как думаете? – спросила она, растягивая слова, и Харри решил, что после его ухода она пропустила по меньшей мере пару стаканчиков.

– Понятия не имею. Но мне надо, чтобы вы заявили об исчезновении мужа.

– С какой стати? Я по нему не тоскую. – Она печально хохотнула.

– Ладно, объясню: мне нужен повод, чтобы объявить его в розыск. Так что выбирайте: либо вы заявляете о его исчезновении, либо я объявляю его в розыск. По обвинению в убийстве.

Последовала долгая пауза.

– Я не совсем понимаю, инспектор.

– А чего тут понимать-то, фру Албу? Значит, вы отказываетесь заявлять об исчезновении мужа? Хорошо, так и запишем.

– Погодите! – крикнула она. Харри услышал на другом конце провода звук разбившегося стакана. – Я не понимаю, о чем вы говорите. Ведь Арне уже в розыске.

– Да, я его разыскиваю. Но пока еще официально об этом не заявлял.

– Разве? А как же трое детективов, что приехали ко мне после вашего ухода?

У Харри мурашки пробежали по коже:

– Что еще за трое детективов?

– Вы что там, в полиции, вообще друг с другом не общаетесь? Они меня так напугали и уходить не спешили.

Харри привстал:

– Они в синем БМВ приехали, фру Албу?

– Харри, я ведь вам говорила насчет всяких этих фру!

– Ладно, что вы им сказали?

– Сказала и сказала. Ничего из того, о чем мы с вами говорили, как мне кажется. Они посмотрели несколько фотографий и… да нет, они в общем-то не хамили, но…

– Почему же они все-таки ушли?

– Ушли?

– Они бы не ушли, если б не узнали то, зачем приходили. Поверьте мне, фру Албу.

– Харри, я уже устала напоминать…

– Подумайте! Это очень важно.

– Да господи боже мой, ничего я им не сказала, я же говорю. Я… а, ну да, я дала им прослушать сообщение Арне, он оставил его на автоответчике два дня назад. И они ушли.

– Вы же говорили, что не общались с ним.

– А я и не общалась. Он просто оставил сообщение, что взял Грегора с собой. Так оно и есть: я слышала лай Грегора.

– Откуда он звонил?

– А откуда мне знать?

– Во всяком случае, тем, кто был у вас, это известно. Вы можете прокрутить сообщение для меня?

– Но он просто говорит…

– Будьте добры, сделайте, как я говорю. Речь идет о… – Харри попытался высказать свою мысль иначе, но не нашел других слов, – о жизни и смерти.

Харри слабо разбирался в нюансах политики развития транспортной инфраструктуры. Он и слыхом не слыхивал о расчетах, согласно которым строительство двух туннелей в районе Винтербро и продолжения автобана поможет избавиться от пробок на трассе Е-6 к югу от Осло. Не ведал он и о том, что главным аргументом в пользу осуществления этого миллиардного проекта были не пожелания избирателей, мотавшихся взад и вперед из Мосса и Дрёбака, а соображения повышения безопасности дорожного движения. Не были ему известны и расчеты, которыми чиновники департамента транспорта пользовались для обоснования общественной значимости проекта и в которых человеческая жизнь оценивалась в 20,4 миллиона крон, включая расходы на «скорую помощь», вынужденное перераспределение транспортных потоков, а также упущенную выгоду от непоступивших налоговых отчислений. Потому-то, когда он застрял в «мерседесе» Эйстейна в пробке на Е-6, едва продвигаясь в южном направлении, он даже не мог представить себе, во что сам оценивает жизнь Арне Албу. Во всяком случае, он не знал, каков будет выигрыш, если ему удастся спасти ее. Знал только, что ни единой возможности возместить потерю, которую рисковал понести он сам, ему не представится. Так что лучше вовсе не думать об этом.

Запись сообщения, которое Вигдис Албу прокрутила ему по телефону, длилась всего пять секунд и была информативна лишь в одном смысле. Но этой информации оказалось для Харри достаточно, и содержалась она вовсе не в десяти словах, которые произнес Арне Албу, прежде чем повесить трубку: «Я взял с собой Грегора. Просто хочу, чтоб ты знала».

Но фоном служил не бешеный лай Грегора.