Охотник на кроликов - Ларс Кеплер

Сага проснулась на подлете к аэропорту, над озером Мичиган. С высоты трех тысяч метров вода казалась абсолютно гладкой и металлически отсвечивала серо-белым.

Она вытерла рот рукой и подумала о коротком текстовом сообщении от Йоны – о том, что Кроличья нора была павильоном, сгоревшим дотла в последний год пребывания Рекса в школе.

В полицию никто не заявлял, но пожар привел к необычной мере: был исключен один из самых привилегированных учеников – Оскар фон Кройц.

Йона писал, что Оскар, кажется, в панике бежал из дома в Гамла-Стане.

Пилот повторил, что электронные устройства следует выключить.

Сага достала из кармана переднего кресла книжку в мягком переплете, сунула в сумку, откинулась назад и стала ждать, когда самолет приземлится в международном аэропорту О’Хара.

Путешествие Саги происходило в рамках соглашения, заключенного между шведской службой безопасности и ФБР после убийства помощника американского министра обороны в Швеции, а также в рамках работы контртеррористической группы и международной юридической помощи.

Сага не верила, что убийство совершил террорист, но все равно полетела в Чикаго первым же рейсом.

Ей неважно, идет ли речь об обмене информацией, оперативной работе или экспертной поддержке.

Йона убедил ее, что они выслеживают спри-киллера, и надо было торопиться.

Сейчас у убийцы активная фаза.

У такого не бывает периодов охлаждения, он не отдыхает. Его темпы будут только возрастать.

Он уже убил троих и собирается убить еще семерых.

Ten little rabbits.

Сага подумала о считалке, отрезанных ушах и Кроличьей норе.

Кроличья нора сейчас – единственный след, по которому они могут идти.

Юноша по имени Виллиам, который позднее стал шведским министром иностранных дел, был председателем клуба и из-за него Рекс потерял подружку, когда ее тоже приняли в клуб.

Может быть, Оскар фон Кройц тоже состоял в клубе? Или он сжег павильон, потому что ему отказали в членстве?

Сейчас Грейс была единственным известным полиции членом клуба, оставшимся в живых.

Она бывала там, она видела остальных.

Через нее они, возможно, отследят и убийцу, и будущую жертву.

Я знаю, что Грейс держит в своих руках самый важный ключ, подумала Сага. Шасси самолета коснулись посадочной полосы, и от резкого торможения Сага съехала с кресла.

Отстегнув ремень безопасности, она поднялась и прошла мимо пассажиров бизнес-класса. Стюардесса хотела было попросить ее вернуться на место, но не решилась и позволила Саге покинуть самолет раньше всех.

После паспортного контроля Сага почти бегом миновала выдачу багажа, прошла через туннель и оказалась в зале прилета. Она сделала вид, что не видит шофера из ФБР, державшего табличку “Мисс Бауэр”.

У нее не было времени ехать на Рузвельт-Роуд, пить кофе и делать вид, что она расследует теракт.

Сага зашла в туристический магазинчик, купила банку шведского печенья и заспешила к выходу.

Грейс начала учиться в Людвиксбергскулан, когда ее отца, Гуса Линдстрома, отправили в американское посольство в Стокгольме в качестве военного атташе.

Потом она вернулась в Чикаго, чтобы проучиться последний год в старой отцовской школе.

Теперь Грейс уже почти за пятьдесят, она так и не вышли замуж, у нее нет телефона, и в прессе о ней никак не упоминали. Уже год она находилась в дорогой реабилитационной клинике “Тимберлайн Кноллс”. Сага уже позвонила туда, поговорила с регистратурой и с заведующим, попросила их передать привет Грейс, но ей никто не перезвонил.

Йона прислал фотографию – светловолосая девочка с красивыми зубами держит в руках небольшой кубок. На шее жемчужины в два ряда, вспышка фотоаппарата отражается от пряжки. Светлый джемпер обтягивает грудь, в вырезе видна лямка лифчика.

Выбежав через стеклянные двери из зала прилета, Сага миновала остановку аэротакси и пошла по тротуару направо, мимо пыльных рекламных щитов “Майкрософт Клауд”.

Жаркий воздух был полон запахов жареного и выхлопных газов. Мусор взвихривался у запасного выхода.

Сага перешла дорогу и нашла сразу несколько фирм по сдаче машин в прокат, вошла в ледяной офис и арендовала ярко-желтый “Форд Мустанг”.

Покинув территорию аэропорта, Сага проехала через большой промышленный район, свернула на шоссе номер 294, и мимо потянулись окраины с виллами и таунхаусами.

Была ли Грейс просто девочкой из привилегированной семьи, которая бросила Рекса ради снобов из мужского клуба, или избалованной дочкой американского дипломата, которая так и не прижилась в Швеции и только и мечтала, как бы вернуться к друзьям в Чикаго?

Во время ее четвертого семестра в Людвиксбергскулан у нее и без дворянских корней статус был достаточно высокий, чтобы она получила доступ в Кроличью нору.

Сага ехала вдоль каналов заповедника “Водопад Глен”; перепуганное утиное семейство понеслось по воде.

Сбросив скорость, Сага свернула на зеленеющую Тимберлайн-драйв, проехала в высокие решетчатые ворота и припарковалась перед главным зданием.

Пахло влажным лесом и стриженой травой.

Аэропорт она покинула меньше получаса назад.

Администратор приветливо посмотрела на нее из-за высокой, вишневого дерева стойки со стопкой блестящих буклетов.

Сага по-английски объяснила, зачем она приехала из Швеции: она старый друг семейства Линдстром и хотела бы навестить Грейс.

– Я только посмотрю, какой у нее распорядок дня, – улыбнулась женщина. – Через час у нее занятие по арт-терапии… а потом у нас йога.

– Я не отниму у нее много времени, – заверила Сага, зарегистрировалась в компьютере и получила пропуск посетителя.

– Присядьте, сейчас кто-нибудь из охраны проводит вас, – кивнула ей женщина.

Сага села и принялась листать буклеты. “Тимберлайн Кноллз” оказался холистическим духовным реабилитационным центром для девушек и женщин от двенадцати и старше.

– Мисс? – услышала она хриплый голос.

На нее смотрел могучий мужчина в тесной форме охранника. Он сопел, на лбу блестели капли пота. На поясе под необъятным животом висели дубинка, электрошокер и крупнокалиберный револьвер.