Охотник на кроликов - Ларс Кеплер

Лоуренс прятался за барной стойкой, зажимая рот рукой. Страх гулко пульсировал в ушах. Лоуренс понимал, что Диджей уже в спа-отделении и ищет его.

Но все было спокойно и тихо.

Ручеек кока-колы стек по темной фанере бара, кто-то загнал жвачку под край выдвижного ящика.

Весь потный, Лоуренс, дрожа, скорчился под стойкой.

От страха он нервно посапывал, думая, как то изнасилование сделало его несчастливым. Он так и не вступил ни в какие отношения, не смог сблизиться ни с кем сексуально, не завел семьи.

Чтобы не выглядеть белой вороной, он иногда делал вид, что заводит необременительные интрижки.

В компании друзей он утверждал, что предпочитает короткие сексуальные связи. Но правда состояла в том, что для него так и не нашлось ни мужчины, ни женщины.

Около года у него продолжались отношения с девушкой с сайта знакомств. Она представилась танцовщицей из мюзикла “Гамильтон” на Манхэттене. Лоуренс понимал, что это, наверное, неправда, возможно – мошенничество с помощью фейкового аккаунта, но им было так здорово вместе, они вели интересные разговоры, девушка никогда не просила денег. Лоуренсу нравились фотографии, которые она присылала, – она была невероятно милой, он всем телом ощущал счастье. Густые кудрявые волосы, щеки, улыбка. Девушка была слишком хороша, чтобы оказаться правдой, но недавно он получил от нее билет на представление – билет выглядел настоящим, штрих-код, все как полагается.

Может статься, его дурачат, но что, если это поворотная точка всей его жизни?

Лоуренс взглянул в сторону аварийного выхода, поднялся и, пригнувшись, стал красться вниз по широкой лестнице с защитным покрытием от скольжения и серебристыми перилами.

Вся сервировочная была освобождена, рабочие начали перекладывать мозаику на полу. Поодаль, над несколькими грузовыми палетами с клинкерной плиткой и замазкой для кафеля, светилась зеленым табличка аварийного выхода.

Дождь струился по огромным окнам, из которых открывался вид на горы.

Лоуренс двинулся быстрее, пытаясь сдерживать дыхание.

Если ему удастся выбраться в эту темноту за пределами гостиницы, то останется только спуститься к церкви и потом на Е-10 поймать попутку или пешком дойти до Бьёрклидена, нанять машину и затаиться где-нибудь, пока все не кончится.

Он случайно пнул черное ведро. Ведро с грохотом покатилось по пыльному полу, и строительные шпатели с засохшим раствором скрежетнули, когда оно остановилось.

Лоуренс бросился бежать, уже не заботясь о том, что его слышно; он обогнул палеты и оказался у аварийного выхода. Нажал на ручку, потянул, толкнул – но дверь не подалась.

На ней висел основательный амбарный замок.

Лоуренс поправил очки, обернулся, и сердце заколотилось от страха, когда он увидел, что Диджей с топором в руке спускается по лестнице.

Лоуренс ударил в стекло ногой, но услышал только глухой звон.

Он оглядел помещение и понял: надо попытаться пройти мимо бара в другом направлении, через гору диванов, шкафов, цветочных кадок, столов и шезлонгов.

Задыхаясь, Лоуренс пробежал мимо окон, к баррикаде из мебели. Плотно составленные, вещи доходили ему до груди. Он поднял строительный целлофан, пригнулся и протиснулся между штабелем плетеных стульев и круглым мраморным столиком.

Свет под пластиком изменился, стал туманным и странно-мягким.

Приподняв пластиковое покрытие одной рукой, Лоуренс двинулся по проходу между какими-то сервировочными шкафчиками, но остановился, услышав за собой постанывание. Он быстро скорчился и услышал, как пластик снова опускается на мебель.

Подавшись вперед, согнув колени, он втиснул свое грузное тело между двумя шкафами с фарфором.

Он подумал, что за ним идет Грейс.

Что вот так они все подстроили.

Он увидел перед собой ее розовую юбку в складках, окровавленные ноги и пряди волос вдоль щек.

Задыхаясь, он протиснулся еще дальше, между огромными терракотовыми кадками и штабелями шезлонгов – и вдруг услышал у себя за спиной шаги.

С одной стороны, он понимал, что это Диджей, но мозг вызывал в памяти образ Грейс.

Она здесь, чтобы отомстить, она приближается, тащит за собой скакалку, и грязно-белые пластмассовые ручки подскакивают на неровностях мозаичного пола.

Лоуренс в панике отбросил стоявший на пути плетеный стул, отшвырнул следующий и врезался в буфетный стол. Тупик.

Лоуренс оказался у стены из тяжелых шкафов. Пробраться этой дорогой через зал с бассейном оказалось невозможным. Надо найти другой проход, может быть, под шезлонгами.

Закрывавший мебель пластик встрепенулся от сквозняка и снова опал шуршащим выдохом.

Боль в левой стороне груди усилилась, левая рука странно онемела.

Лоуренс нагнулся, чтобы посмотреть, можно ли проползти под стульями, и уронил очки.

Дрожа, он опустился на колени, чтобы нашарить их, но только загнал очки под низенький столик. Лоуренс прищурился; ему показалось, что он видит их, потянулся, но не достал. Большой лаунж-стол с белым металлическим каркасом и тяжелой каменной столешницей весил, вероятно, не одну сотню килограммов. На столе высился штабель сложенных кофейных столиков, несколько раз обмотанный веревкой.

Лоуренс лег на живот и по-пластунски пополз по тесному пространству под каменной столешницей. Он тащил себя вперед, смаргивал; потянувшись вперед, он коснулся очков кончиками пальцев и быстро надел их.