Кровавое евангелие - Ребекка Кантрелл

27 октября, 03 часа 10 минут

по центральноевропейскому времени

Оберау, Германия

До рассвета оставалось еще невесть сколько времени, и Джордан старался поудобнее устроиться на сиденье черного седана «Мерседес S600». Из окна автомобиля он пристально вглядывался в темноту баварского леса, в котором еще властвовала ночь. Рядом с ним расположилась Эрин, а впереди за рулем сидел Корца, ведя машину настолько ловко и умело, словно специально демонстрировал им навыки использования сверхъестественных рефлексов, которыми он обладал.

Марио Андретти[52]в колоратке.

На всем протяжении извивающейся асфальтовой дороги по обеим ее сторонам стеной, упиравшейся в мрачное серое небо, стояли хвойные деревья. Со всех сторон клочья тумана, словно указующие персты привидений, тянулись вверх над темными суглинковыми проплешинами. Джордан протер глаза. Ему надо было перестать ломать голову и передохнуть, как это рекомендуют делать мужчинам, насмотревшимся фильмов ужасов. Реальность, в которую он попал, была настолько необычной и причудливой, что его воображение вполне могло отдохнуть, оставив его в покое.

Он зевнул, все еще не отойдя от полета. Едва поднявшись на борт роскошного частного самолета, присланного из Ватикана, Стоун почти мгновенно заснул в одном из огромных удобных кресел. Трудно было поверить в то, что все это происходило в течение одной ночи: прошло всего четыре часа с того времени, как они вылетели из Иерусалима и реактивный самолет понес их на максимальной скорости на север.

Когда их самолет приземлился в Мюнхене, Эрин осматривалась вокруг такими изумленными, только что раскрытыми после сна глазами, что он сразу понял — она тоже хоть немного, но поспала.

Теперь Эрин, сидя рядом с ним и повернув голову, смотрела в свое окно. На ней были простые серые джинсы, белая рубашка и кожаный плащ, который дал ей кардинал. Джордан, просунув палец под высокий воротник своего плаща, провел им вокруг шеи. Воротник был ему немного тесен, но во всем остальном подаренный кардиналом плащ был намного лучше всех бронежилетов, которые ему приходилось использовать; к тому же он еще и выглядел как обычная куртка. Хотя, учитывая, что их ждет впереди, такое защитное средство может оказаться и недостаточным.

Корца, сидящий перед ними за баранкой, распростился со своей разодранной сутаной и сейчас тоже был в коже — его черная куртка выглядела более эффектно, чем одежда Эрин и Джордана, и, по всей вероятности, была пошита на заказ. Долгие ночные часы, которые они провели в небе, казалось, ничуть не повлияли на него. А спал ли он в самолете? А требуется ли ему вообще сон?

С той минуты, как машина тронулась, Джордан не произнес ни звука, не желая отвлекать Корцу от дороги. Эрин тоже сидела молча, но, вероятнее всего, по другой причине.

Стоун не мог рассмотреть ее. Даже после того, как он вручил кардиналу свое обручальное кольцо, Эрин, казалось, все еще его сторонилась. Он случайно заметил, как она краем глаза наблюдала за ним, стараясь делать это незаметно и словно опасаясь открыто посмотреть ему в лицо.

Знай он наперед, что его заявление о том, что он одинокий, сделало его менее интересным для нее, то передал бы кардиналу Бернарду это обручальное кольцо, оставшись с ним наедине. Но что Джордан вообще знает о женщинах? Весь год, прошедший после смерти Карен, он прятал это кольцо.

Эрин, сидевшая рядом, зашевелилась.

— Вот и деревня Этталь.

Стоун, склонившись к ее окну, стал всматриваться туда, куда она показала.