Кровавое евангелие - Ребекка Кантрелл

Кардинал.

— Осторожнее! — прокричал Бернард, пролетая мимо. — Враги там повсюду!

Ничего себе.

Через мгновение Джордан уже стоял на полу. Он включил на короткое время фонарик, закрепленный на стволе его пистолета-пулемета. Вокруг него колыхались какие-то темные очертания, появляющиеся из темных переходов некрополя.

Справа он заметил Баторию, рядом с которой находился и ее огромный беспощадный волк. Эта неразлучная пара свернула за угол и исчезла в черном туннеле.

— Туда! — закричал Джордан, указывая стволом направление.

Бросившись к нему, Рун и кардинал встали так, что образовали триаду: Бернард занял место впереди, во главе; Джордан — по левую руку от него. Эрин он втиснул между собой и Руном. Это сейчас было самым безопасным местом для нее, ничего лучшего просто было не найти. Она, подняв пистолет, выстрелила в темноту.

Джордан поднял свой «Хеклер» и дал очередь в ту же сторону.

Брызги черной крови разлетелись по грубым каменным стенам.

Впереди кардинал сцепился в рукопашной с тремя стригоями, показывая, что он еще активен и готов на многое.

Но в сложившейся ситуации до туннеля им было попросту не добраться.

И вдруг чей-то голос, как будто прозвучавший из воздуха, произнес ему в самое ухо:

— Я привел подкрепление.

Стоун обернулся и увидел за своей спиной очкастое ангелоподобное лицо брата Леопольда; позади, за его мелкой хрупкой фигурой, виднелся строй монахов-сангвинистов. Их было не менее двадцати. Подобно дождю, они скатывались с купола балдахина, окружая группу Джордана, и сразу же, не дожидаясь, пока их ноги коснутся пола, вступали в бой.

Леопольд, надвинув очки повыше на нос, дрался, стоя рядом с Джорданом, при этом он больше походил на братишку-подростка, чем на бессмертного Воителя Христова.

Стригои, словно сосредоточившись на этом, по их мнению, слабом звене в обороне, выбравшись из туннеля, расположенного за спиной низкорослого ученого, ринулись на него. Единственным оружием Леопольда был поблескивающий в темноте меч.

Джордан пока отвечал неприятелю силой своих мускулов. Взмахнув своим пистолетом-пулеметом, он ударил по лезвию сабли, отведя его от шеи Леопольда, однако оно все-таки чиркнуло острым концом по плечу молодого сангвиниста.

Глаза ученого округлились.

Взбешенный стригой повернулся к Джордану. Он был огромным, чернокожим и сплошь покрытым татуировкой, с носа и с ушей у него свешивались кольца. Джордан вспомнил, что этого типа он заметил еще в Германии среди головорезов Батории. По его мнению, тот был кем-то вроде лейтенанта среди велиалов, а значит, он наверняка принимал участие в организации нападения на команду Джордана в Масаде.

Улыбка, похожая на звериный оскал.

— Леопольд, отойди назад, — предостерег ученого Джордан, готовясь к схватке с этим бандитом, который продолжал улыбаться.

Глаза молодого монаха сделались огромными, когда он посмотрел на Джордана, вернее, за спину Джордана.

Взглянув на отражение в стеклах очков Леопольда, Джордан заметил движение за своей спиной. Он увернулся, и в его руке мгновенно очутился нож «Боуи».

Какой-то гигант — скелетная копия громадного лейтенанта стригоев — набросился на него, его распяленные во всю ширь широченные челюсти были нацелены на горло Джордана.

Не прекращая уворачиваться и отпрыгивать в сторону, Стоун изловчился сунуть посеребренное лезвие своего ножа между этими щелкающими челюстями и по самую рукоятку всадить его в горло громадного стригоя.

Теперь у тебя есть время подумать.

Обезумевший от боли монстр завопил, подпрыгнул в воздух, словно чертик из табакерки, стараясь при этом изо всех сил вырвать рукоятку ножа из пальцев Джордана. Подпрыгнул он высоко, и еще до его падения на землю из его рта и из отверстия в затылке, в которое вышел нож, вырвались клубы дыма и потоки кипящей крови.

Его уже мертвое тело с грохотом упало на камни.

Злобный вопль раздался позади:

— Рафик!

Взгляд диких, полных печали глаз застыл на Джордане.

— Что, разволновался, верно? — прорычал Джордан. — Потерял любимое существо?

Стригой бросился на Джордана, он летел по воздуху, а его плащ развевался, как крылья икаропса размером с человека.

Джордан, припав на колено, навел на него свой пистолет-пулемет и выпустил очередь, кромсая грудь этого монстра пулями из чистого серебра.

— Это тебе за моих ребят.

Лейтенант-стригой рухнул на камни, тело его дымилось. Но он был еще жив и в агонии пытался ползти к поверженному ножом Рафику.

Леопольд подхватил брошенный этим монстром меч — тот самый, которым стригой намеревался убить его, — и бросился к врагу, цеплявшемуся из последних сил за жизнь.

А тот почти уже достиг цели, он вытянул вперед свою окровавленную руку, пальцы тянулись к существу, которого он называл Рафик, желая в последний раз прикоснуться к нему.

Не чувствуя жалости к этому умирающему монстру, Леопольд со всей силы стал наносить подобранным мечом удары по телу, распластанному на каменном полу.

Голова стригоя отлетела от тела, а его протянутая рука безвольно шлепнулась на пол. Отсеченные пальцы упали рядом, а два оставшихся на руке пальца обречены были на вечное расставание со своими отрубленными собратьями.

Леопольд отвернулся от поверженного стригоя и, посмотрев вокруг, смущенно спросил:

— А куда делись все остальные?

Джордан, повернувшись вокруг, с удивлением смотрел на место, где всего полминуты назад была Эрин.

Ее не было.

И Руна тоже.