Тряпичная кукла - Дэниел Коул

Утром в воскресенье Рэйчел Кокс заканчивала ночную смену в симпатичном коттедже неподалеку от живописной валлийской деревни Тинтерн. В Службе защиты свидетелей она работала лишь чуть больше года, но данное место явно было самым красивым из тех, куда ее посылали за все это время. И именно здесь ей выпало самое трудное испытание.

Большую часть времени Эндрю Форд развлекался тем, что либо орал в адрес Рэйчел и ее коллеги оскорбления, либо расшвыривал вокруг аккуратного маленького домика вещи. Вечером в пятницу он чуть не сжег коттедж после неудачной попытки развести костер, а днем в субботу им вдвоем пришлось его скрутить, чтобы пресечь попытку к бегству.

Еще там, у водохранилища, Финли дал ей хороший совет, которым она тогда пренебрегла, но теперь, проспав всего два часа, всерьез подумывала о том, чтобы съездить в город и контрабандой протащить в дом пару бутылок спиртного. Он начальства подобный демарш, конечно же, придется утаить, но Рэйчел ни на минуту не сомневалась, что после этого ночи с их ирландским гостем станут куда сноснее.

К счастью, к трем часам ночи Форд наконец угомонился и уснул. Женщина села за шероховатый деревянный стол на теплой кухне, уютно освещенной лившимся из гостиной светом. Подопечный храпел, и каждый раз, когда утробные звуки на время умолкали, она молилась, чтобы он не проснулся. Почувствовав, что ее вновь охватывает сонливость, Рэйчел, в исполнение полученных от начальства инструкций, пошла проверить подходы к дому.

Она на цыпочках прошла по скрипучим доскам пола, как можно тише открыла тяжелую дверь черного хода и вышла в промозглое утро. Натянула ботинки, прошлась по мокрой траве в предрассветных сумерках и почувствовала, что окончательно проснулась. Холодный воздух жалом впился в глаза, и Рэйчел пожалела, что не захватила из дома куртку.

Обойдя по кругу дом, она вышла в сад и вздрогнула, неожиданно увидев у въездных ворот, в пятидесяти метрах от себя, призрачную фигуру.

Рэйчел стояла аккурат под окном спальни, где отдыхала с оружием наготове ее коллега, и стоило ей крикнуть, как та скатилась бы вниз за каких-то двадцать секунд. Но ей не хотелось ни будить напарницу, ни, тем более, привлекать внимание к тому обстоятельству, что ее рация осталась на кухонном столе, поэтому она решила все выяснить одна.

Молодая женщина осторожно вытащила перцовый баллончик и направилась к безликой фигуре, силуэт которой выделялся на фоне озаренных утренним светом холмов. По мере того как она отдалялась от безопасного дома, температура, казалось, падала с каждым шагом и прерывистое, надрывное дыхание Рэйчел еще больше усиливало зловещий налет сцены, и без того пугающей.

Еще пара минут – и над волнистой линией горизонта взойдет солнце. Она молча подошла к силуэту на десять метров, но так и не разглядела ни одной отличительной черты. С уверенностью можно было сказать только одно: высокий мужчина что-то прикреплял к воротам. Присутствия молодой женщины он не замечал до тех пор, пока та не ступила на гравийную дорожку. Холодные камни под подошвой ее ботинок оглушительно хрустнули, силуэт вдруг остановился и повернулся к Рэйчел.

– Вам помочь? – спросила она как можно увереннее.

По инструкции говорить, что она полицейский, можно было только в самом крайнем случае. Женщина сделала еще шаг.

– Я спрашиваю: вам помочь?

Рэйчел злилась на себя, что оставила в доме рацию. Она отошла от коттеджа метров на пятьдесят, и чтобы разбудить напарницу, теперь придется кричать во весь голос. Она пожалела, что не сделала этого раньше. Фигура неподвижно замерла и ничего не отвечала, хотя женщина стояла к ней достаточно близко, чтобы слышать тяжелое дыхание и видеть облачка пара, заполнявшие пространство между ними, словно клубы дыма, возвещающие о приближении огня.

Нервы Рэйчел не выдержали. Она набрала полные легкие холодного воздуха, чтобы позвать на помощь, но в этот момент фигура опрометью помчалась вперед.

– Кумз! – заорала она, чтобы разбудить напарницу, и бросилась за серой тенью вниз по холму вдоль грязной колеи, тянувшейся у кромки леса.

Рэйчел было двадцать пять лет, в университете она слыла лучшей бегуньей. Они понеслись по крутому склону, то и дело спотыкаясь на кочках, которых становилось все больше и больше. Расстояние между ними быстро сокращалось. Вокруг было неестественно тихо, и безмолвие окрестных холмов во время этой гонки нарушало лишь их прерывистое дыхание да тяжелые шаги.

– Стоять! Полиция!

С каждой секундой солнце поднималось все выше, заливая верхушки деревьев своим золотистым светом. Теперь Рэйчел отчетливо видела, что у бежавшего впереди мужчины бритая голова, а череп по диагонали пересекает глубокий шрам. На нем были ботинки и темно-синий, почти черный плащ, полы которого во время бега развевались на ветру.

Неожиданно он свернул с колеи и неловко перепрыгнул через колючую проволоку, ограждавшую лес.

До ушей Рэйчел донесся крик боли, беглец с трудом поднялся на ноги и исчез за кромкой деревьев. Она подбежала к тому месту, где он перебрался через ограду, и дальше преследовать его не стала. Когда в крови зашкаливает уровень адреналина, порой трудно помнить о том, чему тебя учат на тренировках, тем более что из оружия у нее был лишь перцовый баллончик. Молодая женщина уже убедилась, что имеет дело с мужчиной высоким и сильным, и подозревала, что в густом лесу у него будет больше преимуществ, чем у нее. Впрочем, бегать за ним больше нужды не было – все что нужно, он оставил ей сам.

Рэйчел встала на колени и присмотрелась к нескольким капелькам крови на мотке острой проволоки. Не имея под рукой инструмента, позволяющего вырезать фрагмент, и не желая бросать улику на произвол судьбы, она вытащила из кармана кусок чистой ткани и провела ею по металлу, стараясь собрать как можно больше темно-красной жидкости. Потом повернула обратно и начала долгое восхождение на крутой холм, время от времени поглядывая на опушку леса.

Утром в воскресенье Бакстер приехала в отдел первой. Там ее ждало срочное сообщение из Службы защиты свидетелей. После двадцатиминутной череды строгих проверок ей наконец удалось преодолеть все барьеры безопасности и поговорить с Рэйчел, которая проинформировала ее об инциденте, а заодно и о коричневом конверте, найденном ею по возвращении на воротах коттеджа. В нем была одна-единственная фотография, на которой они с напарницей сражались с Фордом в саду перед домом.

И сама Рэйчел, и ее руководство в сложившейся ситуации проявили компетентность и скрупулезный подход, что вселяло некоторую надежду. С помощью местной полиции они прочесали лес, выставили охрану вокруг тропинки, чтобы никто не затоптал отпечатки ног, упаковали собранные женщиной следы крови и фрагмент колючей проволоки, о которую поранился преступник, и уже отправили все это в лабораторию экспертам столичной полиции.

Если это была первая ошибка убийцы, полиция намеревалась выжать из нее все что можно.

Все понимали, что оставаться в коттедже Службы защиты свидетелей Эндрю Форду больше небезопасно. В отсутствие Волка Симмонс послал за Фордом Бакстер и Эдмундса, а сам принялся разрабатывать план альтернативных мероприятий. Позвонив паре знакомых, на которых его когда-то вывел мэр Тернбл, он наконец связался с послом Ирландии.