Красный Дракон - Томас Харрис

— Ну… допустим.

— Мистер Пилигрим — это вы?

— Этого я вам не скажу.

— Вы его друг?

— М-м… Что-то в этом роде.

— Докажите! Расскажите мне о нем что-нибудь.

— Сперва вы… расскажите. — Нервный смешок. — Но если хоть раз ошибетесь, повешу трубку.

— Ладно. Мистер Пилигрим — пишет правой рукой.

— Об этом нетрудно догадаться. Большинство людей пишет правой рукой.

— Окружающие не понимают мистера Пилигрима.

— Пожалуйста, без общих слов!

— Мистер Пилигрим обладает большой физической силой.

— Да, пожалуй.

Грэхем взглянул на часы. Еще полторы минуты.

Крофорд ободряюще кивнул.

Только бы его не спугнуть.

— Мистер Пилигрим не негр, а белый, примерно пять футов одиннадцать дюймов роста. Между прочим, вы мне пока ничего о нем не сообщили. Может, вы с ним вообще не знакомы?

— Хотите закончить наш разговор?

— Нет, но вы сказали, что мы обменяемся информацией. Я принял ваши условия.

— Как по-вашему, мистер Пилигрим — сумасшедший?

Блум покачал головой.

— Не думаю, чтобы такой осторожный человек был сумасшедшим. По-моему, он просто какой-то не такой, как все, — особенный. Я полагаю, многие считают его сумасшедшим только потому, что не понимают.

— Опишите как можно точнее, что он сделал с миссис Лидс, и я, пожалуй, скажу вам, правы бы или нет.

— Мне не хочется этого делать.

— Тогда до свидания.

У Грэхема екнуло сердце, но он все еще слышал дыхание собеседника на другом конце провода.

— Я не смогу вам ничего сообщить, пока не узнаю…

Дверь чикагского телефона-автомата распахнулась, трубка, звякнув, упала на пол. Все сидевшие в комнате отчетливо услышали голоса и звуки ударов.

— А ну смирно!.. Не шевелись! Так, теперь заведи руки за голову и медленно поворачивайся. Медленно! А теперь раскинь руки в стороны и прислони их ладонями к стеклу.

Грэхем почувствовал неимоверное облегчение.

— Я не вооружен, Стен. Мое удостоверение в нагрудном кармане. Ой, щекотно!

В трубке раздался громкий смущенный голос:

— Кто у телефона?

— Уилл Грэхем из ФБР.

— Говорит сержант Стенли Риддл. Полиция города Чикаго. — В голосе сержанта чувствовалось раздражение. — Может, потрудитесь объяснить, что здесь происходит?

— Лучше вы объясните. Вы кого-то задержали?

— Да, черт побери. Фредди Лаундса, репортера. Я его знаю уже десять лет… Вот твоя записная книжка, Фредди… Вы что, в чем-то его обвиняете?

Грэхем побледнел, как полотно. Крофорд, наоборот, покраснел. Доктор Блум, не отрываясь, смотрел на магнитофонную ленту, которая равномерно наматывалась на бобину.

— Вы меня слышите?

— Да, я его обвиняю. — Грэхем говорил каким-то неестественным голосом. — Он мешает вершить правосудие. Пожалуйста, проводите его в участок и передайте дело государственному прокурору.

Неожиданно Лаундс выхватил трубку. Он уже вытащил из-за щек ватные тампоны и теперь говорил быстро и внятно.

— Уилли, послушай…

— Расскажите все прокурору. Дай трубку сержанту Риддлу.

— Я кое-что знаю…

— Дай мне Риддла, так твою мать!

Но тут вмешался Крофорд.

— Уилл, дай-ка я с ним побеседую.

Грэхем швырнул свою трубку на рычаг, да так, что все вздрогнули. Он выскочил из будки и, не глянув ни на кого, выбежал в коридор.

— Ну, Лаундс, дело твое — швах, — сказал Крофорд.

— Слушайте, вы хотите его поймать или нет? Я могу вам помочь. Послушайте меня! Хоть минуту! — тараторил Лаундс, пользуясь молчанием Крофорда. — Вы ведь сами только что продемонстрировали, что без «Сплетника» вам не обойтись. Теперь я знаю это точно. Эти объявления связаны с делом Зубастого парии, иначе вы бы не устроили такую охоту за тем, кто звонит. «Сплетник» к вашим услугам! Мы сделаем для вас все, что угодно!

— Откуда у тебя эти сведения?

— Ко мне пришел редактор отдела писем. Сказал, что ваши прислали человека, и он просматривает все объявления. Отобрал пять писем. Сказал, что они будто бы посланы с нарушением правил. Причем тут нарушение правил? Прежде чем отдать почту вашему парню, редактор успел снять ксерокопии и с самих писем, и с конвертов.

Я их видел и сообразил, что он взял пять штук для маскировки, на самом деле его интересовало одно письмо. Два дня ушли у меня на проверку. Помог конверт. На нем был штемпель Чезапика, а в обратном адресе указан Чезапикский госпиталь. Вы же знаете, что я там был и видел вашего приятеля. Вот я и скумекал, в чем тут дело.

Но мне хотелось убедиться в своей правоте. Я позвонил. Решил проверить, клюнете ли вы на «мистера Пилигрима». И вы клюнули. Еще как клюнули!

— Ты совершил огромную ошибку, Фредди.

— Вам необходимо сотрудничество «Сплетника». Я вам помогу! Вы получите доступ к объявлениям, к публикуемым материалам. Через ваши руки будут идти все письма, которые к нам поступают… Все, что угодно! Сами скажете, что вам нужно. Я умею хранить тайны. Честное слово! Возьмите меня в свою компанию, Крофорд!

— У нас нет никакой компании.

— Ладно, тогда не обращайте внимание, если в следующем выпуске появятся объявления личного характера. Все они будут адресованы «мистеру Пилигриму» и подписаны одним и тем же именем.

— Тебе предъявят официальное обвинение в том, что ты мешаешь правосудию.

— И это попадет во все американские газеты! — Лаундс знал, что разговор записывается на пленку, но ему уже на все было наплевать. — Ей-Богу, Крофорд, я это сделаю! Если мне не удастся добиться своего, то и вам несдобровать!

— Можешь добавить к предыдущему обвинению еще и угрозы в адрес должностных лиц.

— Разреши мне помочь тебе, Джек. Поверь, от меня будет толк.

— Топай в участок, Фредди. А трубку передай сержанту.

«Линкольн-версаль» Фредерика Лаундса весь пропах бальзамом для волос, кремом после бритья, грязными носками и сигарами, и сержант полиции обрадовался, когда они наконец приехали в участок.

Лаундс знал здешнее начальство и кое-кого из полицейских. Капитан налил ему кофе и позвонил прокурору, умоляя его «помочь разгрести эту кучу дерьма».

Судебный исполнитель так и не появился. Через полчаса Лаундсу позвонил Крофорд, с которым Фредди разговаривал из кабинета начальника полиции. После этого его отпустили. Капитан даже проводил Фредди до машины.