Смерть длиною в двадцать лет - Ариэль С. Уинтер

– Вы еще не были там? – спросила она, не отрываясь от стирки.

– Один из наших офицеров заходил туда раньше, но ему никто не ответил, – объяснил Летро. – Вот смотрите, у нас есть ордер на обыск, нам просто надо, чтобы вы нас впустили.

Но эти слова ее не убедили.

– Не знаю я ничего ни про какие ордера!.. Я работаю консьержкой в том доме, и еще вон в том… – она кивком указала на соседний дом, – уже семь лет и не видала никаких ордеров. Месье Пассемье сам работает в тюрьме надзирателем.

Летро, раздув щеки, уже было открыл рот, собираясь ей что-то сказать, но Пеллетер, выступив вперед, оттеснил его.

– Мадам, я ценю вашу бдительность. Если бы все консьержи были такими ответственными, как вы, у нас, полицейских, значительно поубавилось бы работы.

Тетка недоверчиво прищурилась, пытаясь сообразить, что это было – комплимент или насмешка.

А Пеллетер попытался определить, как далеко от этого места было совершено вчерашнее нападение на него. Эта консьержка могла что-то видеть.

– Да нет, мы не думаем, что у месье Пассемье дома творится что-то неладное, мы просто хотели бы задать месье Пассемье несколько вопросов и надеялись найти в его квартире какие-нибудь указания на то, где он мог бы сейчас находиться.

Консьержка, сдув со лба прилипшую прядь, продолжала сверлить Пеллетера недоверчивым взглядом, потом посмотрела на Летро, державшего в руках ордер.

– Я так понимаю, эта бумажка означает, что у меня нет выбора?

Пеллетер изобразил добродушную улыбку и кивнул с виноватым видом.

Продолжая жмакать в корыте белье, консьержка кивнула в сторону открытой двери у нее за спиной.

– Все ключи на связке висят в прихожей. На них и номера есть.

Летро сходил за ключом, и Пеллетер поблагодарил консьержку, после чего они с Летро направились к дому Пассемье. Консьержка смотрела им вслед.

Дверь квартиры Пассемье, располагавшейся в полуподвальном этаже, выходила прямо на улицу и оказалась приоткрытой.

– Выходит, ключ был не нужен, – сказал Пеллетер.

Летро выглядел озадаченным.

– Вот черт! Что делать-то?

Мартен ничего не упоминал о том, чтобы дверь была открыта, поэтому либо Пассемье, вспугнутый Мартеном, удрал из дома в спешке и забыл запереть дверь, либо находился сейчас дома, только собираясь покинуть его.

Пеллетер с Летро достали пистолеты и зашли в квартиру.

– Эй!.. – позвал Летро.

В полуподвальном помещении царил полумрак. «Такое жилье, наверное, заливает во время дождей», – подумал Пеллетер.

– Да, видно, не больно-то разживешься на зарплату тюремного надзирателя, – заметил Летро, глядя по сторонам.

– Или он просто не хотел тратить деньги, – сказал Пеллетер.

Обстановка в квартире была скудная – стол, несколько стульев, полка с книгами. И никакого беспорядка – поскольку разбрасывать было нечего.

Из холла два дверных проема вели в другие помещения. Пеллетер кивнул Летро на левый проем, а сам направился к правому.

За дверным проемом он обнаружил две комнатушки. Одна была превращена в нечто вроде кладовки. Хозяин дома, по-видимому, любил хранить разное барахло и держал его здесь, старательно упаковывая в коробки. Пеллетер открыл одну из ближайших коробок и обнаружил в ней пачки старых газет. В другой коробке хранились дешевые книжонки.

Следующая комната оказалась спальней. Обстановка здесь была такая же скудная, как и во всей квартире. Оставленные открытыми ящики комода пустовали. Покрывало на постели было сбито – как если бы Пассемье достал что-то из-под кровати. Вполне вероятно, что чемодан, с которым он и удрал, когда почуял неладное или когда его каким-то образом предупредил Сольдо.

Пеллетер вернулся в гостиную и обнаружил там Летро, держащего на руках серого кота с белым пятнышком возле носа.

– Смотри, кого я нашел! Лакал молоко из блюдечка на кухне.

Пеллетер заглянул в кухню, где хватало места только для плиты и холодильника и все было покрыто застарелым слоем кухонной копоти. На стенном крючке висела единственная сковородка, на полу сиротливо стояло блюдечко с молоком. Почти полное. То есть Пассемье, видимо, совсем недавно покинул дом. Поэтому и дверь оставил открытой – чтобы кот мог выйти на улицу.

– Начальник тюрьмы сказал, что у Пассемье нет машины, – сказал Пеллетер, возвращаясь в гостиную. – Как же он тогда добирался до работы?

– Может, его подвозил кто из коллег.

– Тогда нам нужно получить список всех надзирателей, имеющих машины, и начать проверять их. Он явно пустился в бега.

Сказав это, Пеллетер записал что-то в своем блокноте, вырвал листок и направился к двери.

– Пошли отсюда.

Выйдя за порог, он закрыл и запер дверь, оставив в ней вырванный листок с запиской. Вдалеке прозвучал гудок прибывающего дневного поезда. Пеллетер с Летро молча обменялись взглядами.

На обратном пути они заглянули к консьержке, чтобы вернуть ключ. Женщина все еще была занята своей стиркой. На веревке у нее над головой прибавилось развешенного белья, хотя времени прошло совсем мало.

– Вот вам ключ, и вот вам друг, – сказал Летро, занеся к ней в прихожую ключ и кота.

– Вы с ума сошли?! Мне не нужна кошка!

– Скажите, вы видели Пассемье в последние полчаса? – спросил Пеллетер.

– Нет. Но вы же говорили, его нет дома.

– Если он вернется, сообщите в полицию. О том, что его кот у вас, он узнает. Мы оставили ему записку.

– Он что, опасен? – поинтересовалась консьержка, впервые за все время проявляя беспокойство.

Ничего не ответив, Пеллетер и Летро повернулись и пошли прочь.

– А что мне делать с этой кошкой, если он не вернется? – крикнула им вдогонку женщина.

Летро распорядился, чтобы его люди докладывали ему о положении дел ежечасно. Когда они с Пеллетером вернулись в участок, еще не было никаких новостей. Ламбер доложил, что дневной поезд отправился дальше по расписанию без каких-либо происшествий. Летро пошел в камеру к начальнику тюрьмы узнать у него, кто из надзирателей имеет машины и кому из них Пассемье мог бы больше всего доверять.

Пеллетер остался ждать его в участке, присев на один из стульев для посетителей. Он все щупал свою разбитую скулу и постоянно чувствовал на себе взгляды присутствующих. Но ему не было до них особого дела, а беспокоила его мысль о том, что они с Летро взяли неверный след, что Пассемье, будучи жестоким злодеем, не был дураком и не стал бы доверять в такой ситуации никому из своих коллег-надзирателей. Ведь надзиратели тоже не дураки, и никто из них не захотел бы преступить закон ради того, чтобы пойти на выручку приятелю.