Смерть длиною в двадцать лет - Ариэль С. Уинтер

Впрочем, его супруга компенсировала это смирение.

– Нет, что вы себе думали, когда запихнули нас в этот поезд против нашей воли и притом во время законного отпуска?! Да вы знаете, что мой муж очень важный человек? С чего вы взяли, что можете помыкать им?

Не обращая внимания на шумные возмущения супруги, начальник тюрьмы направился прямиком к ожидавшей в стороне от платформы полицейской машине.

Летро попытался переглянуться с Пеллетером, но, когда это не удалось, последовал за начальником тюрьмы.

– Мы для того и держим заместителя начальника тюрьмы, чтобы таких вот случаев не происходило! – продолжала кипятиться жена начальника тюрьмы, насыщая воздух едким запахом духов. – Эта работа одному человеку не по силам, во всяком случае, теперь, когда мой муж уже не так молод. Так что разбирайтесь с Фурнье, а мы вообще должны были вернуться только завтра!

– Простите, мадам, что прервал ваш отпуск, – сказал Пеллетер и улыбнулся Ламберу у нее за спиной.

Жена начальника тюрьмы подошла к машине и села на заднее сиденье вместе с мужем.

– Тяжело было с ними? – спросил Пеллетер у Ламбера.

– Да поначалу они оба так же вот протестовали, а потом я провел с ним беседу, и он присмирел. С тех пор такой вот тихий.

– Ты уж извини, что я сорвал тебя с места. Вечером вместе домой поедем.

– Да ничего страшного. После целого дня с этой парочкой мне очень интересно, как все будет происходить дальше.

Пеллетер подошел к дверце пассажирского сиденья и открыл ее. Жена начальника тюрьмы все еще продолжала возмущаться.

– Мне тоже интересно, – сказал Пеллетер и сел в машину.

Атмосфера в полицейском участке Вераржана показалась Пеллетеру на удивление деловой. Офицеры за столами изучали какие-то бумаги, а один стоял у стены и, раскрыв папку с личным делом, читал ее, словно пассажир газету на автобусной остановке. Должно быть, сюда долетел слушок, что инспектор Пеллетер везет подозреваемых. Все глаза устремились на них, когда они вошли.

– Нет, месье Летро, вы все-таки скажите мне, что происходит? Никто со мной не разговаривает, ничего не объясняют, а я им всем говорю: свяжитесь с месье Фурнье, и он прояснит все вопросы, касающиеся тюрьмы. Но эти ваши полицейские, они же обращаются с нами так, словно нами можно помыкать…

Супруга начальника тюрьмы все никак не унималась и продолжала возмущаться, толком не отдавая себе отчета, где находится.

– Мари! – одернул ее начальник тюрьмы, и это было первое слово, которое он произнес с тех пор, как сошел с поезда. Схватив жену под руку, он привлек ее к себе и что-то зашептал ей на ухо.

Она скривилась и напрягла руку, но не высвободила ее.

В углу Филипп Сервьер что-то возбужденно строчил в блокноте. Радостно лыбясь, он помахал им Пеллетеру, выражая благодарность. Пеллетер не ответил ему.

– Мартен уже вернулся с задержанными? – поинтересовался Пеллетер у полицейского за передним столом.

Тот смущенно пробормотал:

– Э-э… я не… Мартен?.. Мартен с Арно еще на выезде.

– Дайте мне знать, когда он появится, – распорядился Пеллетер и, повернувшись к Летро, сказал: – Ну что, в твой кабинет?

– Ну да.

Пеллетер переглянулся с Ламбером и кивком указал ему на начальника тюрьмы.

Ламбер, шагнув к начальнику тюрьмы, встал между ним и его супругой, которая тотчас же снова принялась возмущаться.

– Нет, так дело не пойдет! Это неслыханно!..

Не обращая внимания на ее протесты, Летро, Пеллетер и начальник тюрьмы проследовали в кабинет Летро, где Пеллетер предложил начальнику тюрьмы стул, а Летро тем временем закрыл дверь.

Пеллетер сложил папки, привезенные Мартеном из тюрьмы Мальниво, аккуратной стопочкой на краю стола. Он сунул руку в карман за сигарой, но вспомнил, что ей там пока неоткуда было взяться. Ему очень хотелось курить.

Начальник тюрьмы стрельнул глазами на папки, потом на Пеллетера.

Скрестив руки на груди и кивнув на папки, Пеллетер спросил:

– Знаете, что это такое?

Летро сзади шумно прислонился спиной к двери, и начальник тюрьмы нервно оглянулся на него, даже чуть приподнявшись на подлокотниках стула, потом вновь повернувшись к Пеллетеру, шумно выдохнул и покачал головой.

Пеллетер усмехнулся.

– И даже не догадываетесь?

– Может быть, мне следует пригласить своего адвоката? – сказал начальник тюрьмы, вдруг напустив на себя важный вид.

– Ну, я думаю, нам не стоит все усложнять, – сказал Пеллетер, переглянувшись с Летро. – Мы просто попробуем выяснить правду, причем постараемся сделать это быстро, и таким образом все проблемы разрешатся.

На это начальник тюрьмы ничего не ответил.

– В этих папках, – Пеллетер постучал пальцами по верхней, – находится ваше личное дело, а также личные дела надзирателей Пассемье и Сольдо и заключенного по имени Рено Леклерк.

Начальник тюрьмы мгновенно сник и как-то обмяк в своем кресле.

– Не могли бы вы рассказать нам о заключенном Рено Леклерке?

– Ну… – начал было начальник тюрьмы, потом нервно прокашлялся и снова уселся в кресле ровно, положив руки на подлокотники. – Тогда я сначала хотел бы взглянуть на его личное дело…

– А я думал, вы знакомы с делом вашего последнего убитого арестанта. Быть может, нам все же следовало прислушаться к совету вашей жены и обратиться по этому вопросу к месье Фурнье?

Начальник тюрьмы вздохнул и снова нервно оглянулся на Летро, уже начавшего проявлять признаки нетерпения. Потом, поерзав в кресле, он сказал:

– Леклерк был анархистом, когда эти анархисты повсюду взрывали бомбы… Он тоже взрывал, его поймали и отправили за решетку. Сюда. Это было где-то в начале 1890-х. А потом, сколько-то лет спустя, он убил другого заключенного, и ему надбавили срок. После этого он вел себя как примерный арестант, пока его самого не убили два месяца назад.

– А кому могло понадобиться убивать Леклерка?

– Я не знаю.

– Но он стал первой жертвой в этой серии убийств арестантов?

Начальник тюрьмы не ответил.

– А как по-вашему, месье директор, Леклерк на самом деле убил того заключенного? Вы только подумайте хорошенько, прежде чем ответить! – сказал Пеллетер.

Начальник тюрьмы уже открыл было рот, но потом посмотрел на Летро и на кипу папок с личными делами на его столе.

Пеллетер тотчас же зацепился за это.

– Вам, наверное, интересно, что мы можем узнать из этих папок? Боитесь сказать больше, чем там содержится? Что еще можем мы узнать, кроме того, что Сольдо и Пассемье в 1899 году тоже были надзирателями в блоке «Д»? Из личного дела Леклерка, определенно, должно следовать, что он действительно убил того арестанта, в чьем убийстве был обвинен.