Ангелы и Демоны - Дэн Браун

Лэнгдон и Виттория бросили взгляд на дисплей и не удержалисьот вздоха. Места для сомнений не осталось. Это была ловушка антиматерии,доставленная сюда из ЦЕРНа. Внутри прозрачной сферы мерцала парившая в воздухеметаллическая капля. Единственным источником света в том месте, где находилсясосуд, служил дисплей электронного секундомера с ритмично меняющимися на немцифрами. Вокруг ловушки царила полная темнота, словно ее поместили куда-то подземлю или в полностью закрытое помещение. В верхнем левом углу мониторавиднелась надпись: «Прямая передача — камера наблюдения № 86».

Виттория взглянула на меняющиеся цифры электронного счетчикавремени и прошептала Лэнгдону:

— Менее шести часов…

— Итак, мы располагаем временем до… — произнесЛэнгдон, поднося к глазам руку с часами. Закончить фразу ему помешал сильныйспазм где-то в районе желудка.

— …до полуночи, — с безнадежным видом сказалавместо него Виттория.

«Полночь, — подумал Лэнгдон. — Очередноепроявление театральности». Тот, кто прошлой ночью похитил ловушку, очевидно,точно рассчитал время. Мощнейший, грозящий катастрофой заряд уже был установленна месте будущего взрыва, или в «точке зеро», как говорят специалисты.

— Вы подтверждаете, что данный объект принадлежитвашему учреждению? — Шепот Оливетти теперь больше походил на шипение.

— Да, сэр, — кивнула Виттория. — Этот сосудбыл похищен из нашей лаборатории, и он содержит чрезвычайно взрывоопаснуюсубстанцию, называемую антивеществом.

Слова Виттории ничуть не встревожили Оливетти.

— Я очень хорошо знаком со взрывным делом, мисс Ветра,но о взрывчатке, именуемой «антивещество», ничего не слышал.

— Это продукт новых технологий. Сосуд надо найтинемедленно. В противном случае придется эвакуировать весь Ватикан.

Оливетти закрыл глаза, а затем медленно открыл их, словнонадеясь на то, что это способно изменить смысл слов, произнесенных девушкой.

— Эвакуировать? — переспросил он. — Вам,надеюсь, известно, что в данный момент происходит в Ватикане?

— Да, сэр. И жизнь ваших кардиналов находится вопасности. В нашем распоряжении примерно шесть часов. Вам удалось хотьсколько-нибудь продвинуться в поисках ловушки?

— Так вы называете эту штуку «ловушкой»? — спросилон и, величественно наклонив голову, добавил: — Мы даже и не приступали к еепоискам.

— Что? — спросила, едва не задохнувшись отизумления, Виттория. — Но мы своими ушами слышали, как ваши подчиненныеговорили о поисках…

— Поисках, да… — сказал Оливетти. — Но мыищем вовсе не эту игрушку. Мои люди заняты поисками, которые не имеют никакогоотношения к вашему делу.

— Следовательно, вы не начали искать ловушку? —срывающимся от волнения голосом повторила Виттория. — Я вас правильнопоняла?

Зрачки Оливетти сузились так сильно, что создавалосьвпечатление, будто они просто втянулись в глазные яблоки, и это сделало егопохожим на насекомого.

— Послушайте, как вас там? Мисс Ветра, кажется? —спросил он с бесстрастностью все того же насекомого. — Позвольте мневысказаться откровенно. Директор вашего заведения отказался поделиться со мнойподробностями относительно характера объекта, заявив лишь, что я долженнемедленно его найти. В данный момент мы чрезвычайно заняты, и я не могупозволить себе роскоши задействовать людские ресурсы, пока мне не станутизвестны все обстоятельства.

— В данный момент, сэр, лишь одно обстоятельство имеетзначение, — жестким тоном произнесла Виттория. — Если вы не найдетеприбора, то не позже чем через шесть часов ваш Ватикан взлетит на воздух. Илииспарится, если вас это больше устраивает.

На лице Оливетти не дрогнул ни один мускул.

— Мисс Ветра, — начал он, и теперь в его голосеможно было уловить снисходительные нотки. — Несмотря на несколькоархаичный внешний вид Ватикана, каждая его дверь, как служебная, так ипредназначенная для публики, снабжена новейшими, самыми чувствительнымиприборами защиты из всех известных человечеству. Если кто-то вдруг пожелаетпроникнуть к нам с взрывчатым веществом, оно немедленно будет обнаружено. Внашем распоряжении имеются сканеры радиоактивных изотопов, приборы, которые потончайшему запаху могут мгновенно расшифровывать химический состав любыхвеществ, включая токсины. Повсюду установлены новейшие металлодетекторы ирентгеновские аппараты…

— Весьма впечатляюще, — прервала его речьВиттория. Слова девушки звучали столь же холодно, как и словакоммандера. — К моему величайшему сожалению, антивещество не обладаетрадиоактивностью. Оно не имеет запаха, а по своему химическому составу являетсячистейшим водородом. Сам сосуд изготовлен из нейтрального пластика. Боюсь, чтовсе ваши новейшие приборы окажутся в данном случае бессильны.

— Но ваша ловушка имеет источник питания, — сказалОливетти, показывая на мелькающие цифры хронометра. — Даже малейший следникель-кадмиевого…

— Аккумулятор тоже изготовлен из пластика.

— Пластмассовый аккумулятор?! — Судя по тону,каким был задан этот вопрос, терпение Оливетти подходило к концу.

— Да. Электролит из полимерного геля и тефлона.Оливетти наклонился вперед, словно подчеркивая свое превосходство в росте, ираздельно произнес:

— Синьорина, в Ватикан каждый месяц поступают десяткисообщений с угрозой взрыва. Я персонально инструктирую свой персонал по всемновейшим проблемам взрывной техники. И мне прекрасно известно, что в мире несуществует взрывчатого вещества, способного, по вашим словам, уничтожитьВатикан. Если вы, конечно, не имеете в виду ядерное устройство. Если вывсе-таки говорите о ядерном оружии, то оно должно иметь боеголовку размером какминимум с бейсбольный мяч.

— Природа таит в себе массу пока еще не раскрытыхтайн, — ответила Виттория, испепеляя офицера взглядом.

— Могу я поинтересоваться, — сказал Оливетти,наклоняясь еще ниже, — какой пост вы занимаете в ЦЕРНе?

— Я старший исследователь, и на период данного кризисамне поручено осуществлять связь между моей организацией и Ватиканом.

— Прошу прощения за грубость, но если мы действительноимеем дело с кризисом, почему я имею дело с вами, а не с вашим директором? Ипочему вы позволяете себе проявлять неуважение к Ватикану, являясь в это святоеместо в шортах?