Моя последняя ложь - Райли Сейгер

Чет уходит, и я жду минут пять, чтобы вернуться к чтению. Считаю секунды. Не потому что боюсь, что он вернется и застукает меня. Я пытаюсь успокоиться после того, что узнала про Тео. Чет велел не ругать себя, но я просто не могу остановиться.

Тео провел полгода в реабилитационной клинике. Наверное, в то же время, когда я лежала в психиатрической. Первый год после лагеря мы провели почти одинаково. Только демоны нас мучили разные.

Мой выглядел как Вивиан.

Демон Тео принял мое обличье.

Я понимаю, что ничего не исправлю. Сроки вышли пятнадцать лет назад. Но я могу наконец закрыть эту тему и избежать дальнейших страданий, если узнаю, что случилось с Вивиан, Натали и Эллисон. И ему не придется жить дальше в тени подозрений.

Тео будет свободен.

А вместе с ним освобожусь и я.

Пять минут истекают, я достаю дневник Вивиан из-под подушки, листаю до того места, где остановилась, и погружаюсь в чтение.

29 июня

Оказывается, я была права. Лотти все рассказала Ф. Та отвела меня в сторону после обеда и просто начала орать, как больная. Она угрожала позвонить Сенатору. Да ему похрен. Еще она сказала, что мне нужно уважать чужие границы. Я хотела сказать ей, чтобы она засунула их в свою пыльную манду, но не стала, потому что мне нужно быть умницей. Я не могу раскачивать лодку. Ее просто нужно к хренам опрокинуть.

Так вот, краткое содержание.

Плохие новости: она что-то подозревает.

Хорошие новости: я близка к тому, чтобы раскрыть ее темный грязный секрет.

1 июля

Подумываю рассказать Эмме.

Кто-то должен обо всем знать, если со мной что-то случится.

2 июля

Ну, полный отстой.

Я решила не говорить Эм всю правду. Так безопаснее. Вместо этого я отвела ее к моему тайнику, чтобы намекнуть. Да-да, К ШКАТУЛКЕ. Той самой, с которой началось расследование прошлым летом.

Я думала, что это разбудит интерес Эммы. На случай если дурацкий шар с восьмеркой наврал, и меня выпрут из лагеря. Она сможет окончить мое дело, если захочет. Я была права. Она ЗАИНТЕРЕСОВАЛАСЬ. Я видела, как заблестели ее глаза, когда она открыла шкатулку.

Но потом случилась фигня. Я показала ей, что умею плавать. Я думала, ей стоит знать. По нескольким причинам. Во-первых, если мое тело, не дай бог, прибьет к берегу, она скажет полиции, что я отлично плавала. Во-вторых, ей нужно научиться не доверять всему, что ей говорят. «Две правды и одна ложь» – не просто игра. Большинство так и живет. В-третьих, мне придется разбить ей сердце. Можно начать с трещинки.

И теперь она сердится. Вот прям сердится. Остаток дня она со мной не говорила, и мне было ужасно больно. Я так много хочу ей показать. Я хочу рассказать ей, что жизнь сложная, что всегда нужно бить первым.

Я знаю, что ей больно. Я знаю, что она думает, будто только ее родители не замечают своего ребенка. Но ее пока что не оставляли одну в Нью-Йорке, пока Сенатор и госпожа Сенатор укатили в Вашингтон – сразу после смерти сестры. Вот это я называю одиночеством.

По поводу лжеутопления. Мне пришлось это сделать. Надеюсь, Эм будет дуться только до утра. Завтра я подарю ей цветы, и она снова меня полюбит.

3 июля

Забавные факты. В XIX веке женщин могли отправить в дурдом по следующим причинам:

Истерия

Самовлюбленность

Аморальное поведение

Нимфомания

Ревность

Дурная компания

Мастурбация

Чтение книг (!)

Удар копытом в голову

Если опустить удар копытом в голову, все мои знакомые давно загремели бы в дурдом. И именно этого хотели мужчины. Именно так они сдерживали женщин. Не нравится то, что они говорят? Объявите их безумными и отправьте в дурдом. Отказываются удовлетворять мужа? В психушку. Очень хотят трахать мужа? В психушку. Блин, это ужас.

И не думай, дневник, будто что-то сильно поменялось. Сенатор собирался меня сдать после смерти Кэт. Как будто плохо, что я по ней горюю. Как будто страдание – это душевная болезнь.

В общем, вот это я узнала сегодня. Все женщины сумасшедшие. Если еще и скрывать не умеют – все, конец.

150.97758 УЭСТ

164

Дополнение. Жесть. Я забыла, что оставила тебя, дорогой дневник. Вернулась с посиделок у костра, а Натали и Эллисон тебя читают. Это меня не удивляет, они хотели в тебя заглянуть всю неделю. А теперь заглянули. Да еще как. Слава богу, я не написал, что у Натали жирные бедра – как у рестлера, а Эллисон бледная, как альбинос. Было бы УЖАСНО, если бы они про себя прочитали, да?

Хочу оставить тебя открытым на этой странице, чтобы они все-таки прочитали, но приняла решение тебя спрятать. Детка, здесь стало опасно.

Чем меньше они знают, тем лучше.

Дополнение № 2. Добро пожаловать в новый дом, дневничок. Надеюсь, ты здесь не сгниешь. Нарисую карту, чтобы не забыть, где ты.

4 июля