Моя последняя ложь - Райли Сейгер

Х

Я сразу понимаю, что Вивиан приводила меня к другому дереву. Я бы запомнила этот обрушенный фундамент и жуткий, но крутой погреб. Нет, это другой дуб, это другой знак. Но мне кажется, что обе буквы вырезаны одной рукой.

– Стойте тут, – говорю я девчонкам. – Я сейчас вернусь.

– Можно заглянуть в домик хоббита? – спрашивает Миранда.

– Нет, никуда не ходите.

Они начинают бродить возле фундамента, а я бегу к дереву и осматриваюсь возле его ствола. В какой-то момент я делаю шаг, и из-под земли раздается глухой звук.

Там что-то есть.

Я сажусь на колени и начинаю раскапывать сорняки и мертвые листья – пока не достигаю почвы. Я вожу руками туда-сюда, размазываю грязь. Под ними появляется что-то мокрое и коричневое.

Дерево. Это сосновая доска, потемневшая от десятилетия под землей. Я снова отбрасываю грязь, погружаю пальцы в землю и расшатываю доску, вытаскиваю ее. На обратной стороне – плесень и несколько насекомых, немедленно убежавших прочь. Под доской – тайник размером с коробку для обуви. Внутри лежит что-то прямоугольное, замотанное в желтый пакет из супермаркета.

Я разматываю его. Внутри оказывается прозрачный пакет для морозилки. Его можно наглухо закрыть. Я вижу зеленый кожаный корешок. Страницы сухие, потому что о них хорошо позаботились.

Это книга в симпатичной обложке. Весьма многообещающее начало.

Я заглядываю в желтый пакет. А вдруг там есть что-то еще? Внутри лежит еще один прозрачный пакет для морозильника, пустой и помятый, а также один-единственный волос. Я открываю пакет и высвобождаю книгу. Она мягкая. Пятнадцать лет она замерзала, оттаивала и снова замерзала. И все-таки мне удается отлепить обложку и открыть первую страницу. Там я вижу хаотические завитки: кто-то писал от руки.

Если быть точнее, это была Вивиан.

– Что ты там делаешь? – спрашивает Миранда.

Я закрываю книгу и засовываю ее в рюкзак, надеясь, что они ничего не заметили.

– Ничего. Я не нашла того, что искала. Пора отправляться назад.

Я кладу пустые пакеты в тайник и прикрываю его доской, а потом накидываю сверху грязи и листвы. Я делаю это не из осторожности, а из уважения к Вивиан. Я хочу сохранить ее тайну. Что бы ни было в этой книге, Вивиан посчитала важным спрятать ее именно здесь, как можно дальше от лагеря «Соловей» и любопытных глаз.

Пятнадцать лет назад

– Две правды и одна ложь, – сказала Вивиан, когда мы начали грести обратно в лагерь. – Твоя очередь.

Я опустила весло в озеро и напрягла руки. Вода мне сопротивлялась. Вивиан была старше и сильнее. Я никак не могла сравняться с ней по силе. В итоге наше каноэ плыло кругами, а не по прямой.

– Это обязательно? – спросила я, тяжело дыша.

– Ну, не то чтобы обязательно, – ответила Вивиан. – Мне вот тоже не обязательно говорить Эллисон и Натали, что ты струсила и не стала играть. Хотя, наверное, я так и сделаю.

Я поверила ей и решила сыграть. Мне было наплевать на мнение Эллисон и Натали, но не наплевать на мнение Вивиан. Я не хотела, чтобы она считала меня трусихой.

– Первое. Моя мать однажды так напилась, что отрубилась прямо в лифте нашего дома. Второе. Я никогда не целовалась с мальчиком. Третье. Я думаю, Тео самый красивый на всем свете.

– Ты мухлюешь, – пропела Вивиан. – Это все правда.

Она почти угадала. Моя мать отключилась, пока ждала лифт в нашем доме. Я нашла ее в подъезде. Она слегка похрапывала, а из ее рта на ковер текла слюна.

– Но так и быть. – Вивиан достала весло из воды и отложила его в сторону. – На первый раз прощаю. Только потому, что ты неправильно угадала в мой ход.

– Я так не думаю. Я точно знаю, что у тебя нет фляжки. И я видела, что ты не умеешь плавать.

– Давай еще раз.

Вивиан вдруг встала, и каноэ стало качаться. Она разделась. На ней не было купальника, только лифчик жемчужного цвета и шелковые трусики, блестящие на солнце. Я даже слова вымолвить не успела, как она нырнула в озеро, так сильно оттолкнувшись, что я решила, что перевернусь. Я завопила и схватилась за бортики, ожидая, пока каноэ перестанет раскачиваться.

И только тогда я увидела, что Вивиан разрезает воду, как нож – масло. Она гребла быстро, мощно и красиво. Спина напрягалась, а руки вытягивались вперед, чтобы снова вернуться к телу. Ноги работали резко. Светлые волосы казались кремовыми, распускались в воде позади нее. Настоящая русалка.

Она вынырнула в трех метрах от каноэ, чтобы подышать.

– Погоди, – сказала я. – Ты и правда умеешь плавать?

Она ухмыльнулась. Ее улыбка оказалась окрашена в розовый – из-за блеска для губ.

– Ну.

– Но тогда…

Я прервалась, потому что Вивиан снова нырнула. Всплыла она, набрав полный рот воды – и выпустила ее сквозь сжатые губы фонтанчиком.

– Ты сказала Тео, что не умеешь.

– Эм, нельзя верить всему, что я говорю.

Я вспомнила весь ужас того дня. Паника. Брызги. Ужас Вивиан. Я вспомнила Бекку, которая фотографировала хаос, но почему-то обратила внимание на меня.

Я же говорила.

– Я думала, ты тонешь. Мы все так подумали. Зачем было притворяться?

– А почему нет?

– Да потому, что это не одна из твоих дурацких игр!

Вивиан вздохнула и поплыла обратно к каноэ.

– Эм, все вокруг игра. Только тебе об этом может быть неизвестно. Поэтому иногда ложь – это просто ложь. Только при помощи лжи можно победить.