Присягнувшие Тьме - Жан-Кристоф Гранже

Но зачем ему понадобилась эта попытка самоубийства? Этот его второй отрицательный предсмертный опыт? И почему он постарался именно меня навести на свой след? Чтобы раскрыть свои злодеяния? Чтобы бросить мне вызов? Поправ Господа у меня на глазах? ТОЛЬКО ТЫ И Я…

Я догадывался, какой мотив мог быть у Люка. Его пристрастие ко всему театральному, зрелищному. Если он посланец Сатаны, то смертные должны узнать о его царствовании. О том, как велико его гибельное могущество. Ему требовался свидетель его свершений – и преемник. Почему им не мог быть католик, друг, которого он всегда пытался совратить? Невинный и простодушный, он помимо собственной воли стал бы его писцом, его апостолом.

Я потянулся к стационарному телефону, чтобы позвонить в больницу в Вильжюиф. В тот же миг зазвонил мой мобильный:

– Это Свендсен. Ты был прав. Есть одна аномалия. В состоянии трупов.

У меня все сжалось внутри:

– Говори.

– Выводы первого патологоанатома ошибочны. Жертвы погибли не тогда, когда мы думали.

– С чего ты взял?

– Внутренние органы увеличены. Сосуды лопнули. И некоторые повреждения тканей могут быть связаны с образованием кристаллов льда.

– И что все это означает?

– Просто бред какой-то.

– Говори же, черт тебя побери!

– Тела были заморожены.

У меня в голове зашумело. Свендсен продолжал:

– Заморожены, потом согреты. Лору и девочек убили гораздо раньше, чем мы считали.

– Когда?

– Трудно сказать. Замораживание все запутало. Но по-моему, их продержали в холоде по крайней мере двадцать четыре часа.

– Выходит, их могли убить в то же время, но в четверг?

– Ну да, примерно.

Я прикинул в уме. 14 ноября, в четверг, во второй половине дня Манон была у меня дома. Я несколько раз ей звонил, и ее постоянно охраняли двое полицейских. Ни в коем случае она не могла бы попасть на улицу Шангарнье – точно так же, как не смогла бы заморозить тела, а на следующий день перенести их обратно в квартиру. Задыхаясь от волнения, я спросил:

– Ты уверен в том, что говоришь?

– Видимо, придется эксгумировать останки. Сделать другие анализы. Основываясь на моих расчетах, можно попробовать сообщить об этом следователю и…

Я больше не слушал. Мои мысли кружились над другой пропастью.

Был еще один подозреваемый в этих убийствах.

Сам Люк!

В четверг, 14 ноября, он еще не находился в камере принудительной изоляции. Иначе говоря, он вполне мог отправиться в Париж, чтобы зарезать жену и детей и заморозить их тела пока неизвестным нам способом. Затем он вернулся в больницу, симулировал припадок и был заперт, как я узнал, всего на несколько часов.

Во второй половине дня в пятницу его освободили. Тогда он снова незаметно отправился на улицу Шангарнье, разложил там трупы и вернулся в больницу. Тепло в квартире завершило процесс. Трупы умерли во второй раз, когда Люк ужинал в Вильжюиф со своими друзьями-психами.

Кажется, я поблагодарил Свендсена и отключился.

Люк придумал себе безупречное алиби. Более того, замораживание ни в чем не противоречило его методам убийства. И на этот раз он сумел обыграть хронологию смерти!

Каков следующий этап его плана?

Убить меня, как он меня и предупредил?