Черный список - Чандлер Бейкер

Она ввела второй акроним в поле браузера. ППЖ.

Поклонник полных женщин…

Арди, поджав губы, покосилась на выпуклости над талией, которые уже нельзя было скрыть приталенным пиджаком; затем, как будто для справки, пристально посмотрела на фотографию в своем профиле.

Да, она располнела, но не это ее волновало. Арди была больше обеспокоена тем, как незаметно все произошло. Как будто ее собственное тело в одночасье изменилось. А все потому, что она жила одна, и никто, кроме нее самой, не мог отследить такие перемены. И не то что справедливым, а скорее даже жестоким было то, что Арди еще до тридцати лет прошла через все агонии ритуала свиданий, через целую кучу мужчин, которые приходили и уходили. Она выбирала его, а он – ее, и это, как водится, означало, что она не должна волноваться о таких вещах, как полнота, потому что на тот момент для ее избранника они ровным счетом ничего не значили. Ей было хорошо. И так до тех пор, пока все не закончилось…

Арди закрыла глаза. Попробовала отгородиться, выбросить все из головы. Но мысли уже прочно засели там, просачиваясь в сознание, словно туман через окно.

Она скучала по своему мужу. Или по замужеству. Арди не могла точно сказать, что понимает, в чем именно разница. Она помнила, как они вместе болтали, когда муж принимал душ. Ей нравилось вместе смотреть телевизор. Единственному человеку на свете, которому так же, как и ей самой, было на этот счет не все равно, ей нравилось подробно рассказывать обо всех маленьких, забавных и удивительных вещах, которые в тот день сделал – или натворил – их сын Майкл. Нравилось просыпаться в середине ночи и чувствовать рядом тело мужа.

Она скучала по всему этому…

* * *

В офисной кухне недавно сделали ремонт; стильная отделка – матовые зеленоватые стены и панели из камня, техника из нержавеющей стали, которой Арди не стала бы хвастаться в собственном доме. Фирме «Трувив» было присуще нечто вроде психологического комплекса. По местным меркам, это была довольно крутая компания, но в Остине или Портленде она была бы еще круче. Здесь был хороший, но не показной спортзал с неплохим выбором групповых курсов. В конце концов, это ведь был спортивный бренд. Тут культивировались здоровый образ жизни и стремление к самосовершенству. Курить за пределами здания было запрещено (для любителей подымить предназначалась парочка специальных курилок-балконов), а под пиджаками мужчинам рекомендовалось носить обтягивающие фирменные футболки и поло. В общем, вполне по-спортивному, но с достоинством, особенно здесь, в Далласе, где никто никогда не сходил с ума по таким увлечениям, как настольный футбол и зерновые батончики, свойственные офисам с открытой планировкой.

Арди вытащила из ящика керамическую кружку. В прошлом году компания закупила кофемашины «Кериг». Арди выбрала себе капсулу с ароматом пекана и вставила в аппарат. (О, как мы любили всякие бесплатные штуки вроде K-капсул и дезинфицирующих салфеток, как благодарили бога за сумки, в которые можно все это запихать…) Дома Майкл любил возиться с кофеваркой «Кериг». Кстати, через несколько недель ему исполнится четыре года, и Арди как раз занималась тем, что «развешивала» картинки с вечеринок по случаю дня рождения и спрашивала себя, относится ли она к тому разряду матерей, которые обожают строить игрушечные города из картонных коробок. Вот новая супруга бывшего мужа, Брейли, была именно таким персонажем…

Что это вообще за имя такое – Брейли? Кстати, она не так уж и молода. Тридцать девять лет. Как отвергнутая жена, Арди чувствовала себя вправе поглумиться над новой пассией своего бывшего. Назвать ее, к примеру, тупым кроликом, да как угодно… Но Брейли работала в сфере прямых инвестиций, и она не была ни молодой, ни, тем более, тупой, и это раздражало Арди еще сильнее.

И, кроме того, Брейли собиралась явиться к ней на день рождения ее сына…

У Арди еще теплилась слабая надежда, что до того, как наступит этот день, она все-таки найдет себе достойную кандидатуру для свиданий. Вот именно! Ко дню рождения сына!

Когда кофемашина ожила, Арди увидела, как на кухню вошла Кэтрин. Осанка у нее, конечно, безупречная. Но разве безупречная осанка предполагает короткую стрижку? Арди натянула вежливую офисную улыбку и махнула рукой.

– Ну, как устроились?

Сине-белый свет холодильника осветил щеки и нос Кэтрин.

– О! Гм… прекрасно. Спасибо! – Кэтрин сунула внутрь руку и достала банку с бескалорийной колой. – Здесь как-то всё по-другому…

– Ну, конечно. – Арди уже едва помнила те времена, когда не работала в «Трувив». Даже во время учебы на юрфаке она понимала, что хорошо бы как можно скорее уйти с фирмы и начать что-то свое. Оплачиваемые часы уж точно не для нее. – Перемены – это только к лучшему. Пусть даже и небольшие.

– Возможно.

– А дети у вас есть? – спросила Арди. На работе многие могли казаться ворчунами и грубиянами, но стоит завести разговор о детях, и они внезапно обретали человеческие лица.

Кэтрин начала выдвигать ящики в кухне – видимо, искала что-то; Арди так и не поняла, что именно.

– А вы считаете, об этом удобно спрашивать? – после некоторой паузы переспросила она.

– Я… думаю, да. Почему нет?

– Ну, что же. В таком случае, детей у меня нет. – Кэтрин отыскала бумажную салфетку, завернула в нее алюминиевую банку и задвинула ящик на место. – И, кроме того, я не замужем, – едва улыбнувшись, добавила она.

Арди откашлялась.

– Я тоже. Тогда, полагаю, остается лишь обсудить религиозные предпочтения и сексуальную ориентацию, не так ли?

Кэтрин искоса посмотрела на нее, моргнула и негромко рассмеялась. Затем потерла виски.

– Ой. Простите, – проговорила она и покачала головой, как будто смутившись.

Позади нее открылась дверь, и послышался стук обуви – явно мужской – по плитке.

– Дамы…

Эймс проплыл мимо Арди, направляясь к большому кувшину с «зоологическими» крекерами на дальней стойке. Арди была все-таки склонна замечать наиболее тривиальные человеческие черты Эймса Гарретта. Например, пучки седых волос на запястьях. Или складки дряблой кожи между челюстью и шеей…

– Как тебе понравился «Сейвор»? Неплохое заведение, не правда ли? – спросил он Кэтрин, откинув голову, чтобы сунуть в рот крекер. – Арди, привет, – поприветствовал он, словно спохватившись в последний момент. – А я даже знаю владельца. – И принялся жевать, поглядывая на Кэтрин.

– Да, спасибо, что вытянули меня туда, – ответила та. – Замечательно, что уделили мне свое время.

Эймс жевал слишком громко.

– А я еще толком и не знаю здесь хороших мест, где можно было бы перекусить, – закончила Кэтрин с вежливым поклоном. Слоун, конечно, права – она держалась неестественно, походила на женщину, которая пытается добиться к себе серьезного отношения. Арди давно сделала для себя вывод, что для молодых и симпатичных выкроить себе местечко не только за счет своей внешности представляло трудную задачу.