Это очень забавная история - Нед Виззини

– Значит, ты хочешь бросить школу? – возвращает нас папа в русло практичности.

– Я не хочу бросать, – поворачиваюсь я к нему. – Я хочу перевестись.

– Но это означает, что школу, в которой ты сейчас…

– В другой школе он не справится! – горячо возражает Сара. – Посмотрите на…

– Да погодите же вы, дайте сказать, – обращаюсь я к ним, глядя на всех троих. – Не знаю, как объяснить, но здесь время течет медленнее, и у тебя появляется возможность обдумать все не спеша…

– Ну, может, это потому, что не нужно ни на что отвлекаться…

– А еще мне кажется, что часы немного…

Я прерываю их, выставив ладонь вперед:

– В общем, здесь есть время подумать о том, почему ты сюда попал. И яснее ясного, что никто не хочет сюда возвращаться. Я точно не хочу.

– Хорошо. Я – тоже, – говорит папа. – В тот раз я пошутил насчет того, что хочу сюда лечь.

– Ясно, пап. А ты принес кино?

– Конечно. Мне же можно остаться и посмотреть с тобой?

– Даже не вопрос. Ну так вот, я думал и думал, когда же у меня все это началось. И понял: мне стало хуже, когда я перешел учиться в Академию.

– Вот оно что, – вздыхает мама.

– Тот день был самым счастливым в моей жизни. Но с того же дня все покатилось по наклонной.

– Такое происходит со многими взрослыми, – говорит папа.

– Ты перестанешь его перебивать? – возмущается Сара. Папа складывает руки за спиной и выпрямляется.

– Ничего, Сара. И я… мне кажется, что я так сосредоточился на поступлении в Подготовительную академию управления, потому что воспринял это как вызов. Я хотел одержать победу и ощутить, каково это. А об учебе там я даже не задумывался.

– И теперь ты хочешь заниматься рисованием, – уточняет мама.

– Ну, если посмотреть, то математика мне никогда особенно не нравилась, и у меня с ней получалось только потому, что там можно разложить все по полочкам и получить удовлетворение от сделанного. Английский язык тоже не вызывал особенных восторгов. А вот это… – Я указываю на мозгокарты. – Это совсем другое дело. Это я просто обожаю и предпочел бы заниматься любимым делом.

– Да уж, жизнь художника и без того тяжела, так что лучше бы это занятие любить, – говорит папа. – Это ж в основном художники и заканчивают в заведениях, подобных этому.

– Значит, раз он уже здесь, то ему художником и надо быть! – резюмирует Сара.

– Все же просто, – говорю я, вставая. – Сами посмотрите: я хотел попасть в лучшую школу города – и где я в итоге оказался?

– А ведь правда, – говорит мама, оглядываясь на проносящегося мимо Соломона.

– Если ничто не изменится, то вскоре я вернусь сюда же, потому что, выйдя отсюда, начну размышлять о том, как все было раньше и что изменилось.

– Ты прав, – говорит мама. – Я с тобой согласна.

– Ты уже знаешь, в какую школу пойдешь? – спрашивает папа.

– Может, в Манхэттенскую художественную академию? С моими оценками я туда переведусь без проблем…

– Но, Крэйг, это же школа для тех, кто облажался и никуда не годен, – возражает папа.

– О чем ты, пап? – Я трясу перед ним больничными браслетами, которыми теперь даже горжусь, потому что они настоящие и с ними нельзя не считаться. А правда, сказанная вслух, делает нас сильнее.

Папа стоит некоторое время неподвижно, глядя на свои ботинки, потом поднимает глаза и говорит:

– Ладно, мы сделаем все что нужно. Но тебе придется ходить в школу, пока не переведешься, и думаю, что это произойдет… не раньше следующего года.

– Ничего, я справлюсь, – заверяю его я.

– Знаю, что справишься, а мы поможем.

– Ужин! Все на ужин! – приближается к нам по коридору Президент Армелио. – Крэйг и его родственники, уже пора ужинать!

– Как у тебя с едой? Ты ел все это время? – спрашивает мама, пока я встаю и разминаю ноги.

– С едой все в порядке, я ем.

– Ой как хорошо!

– Ну ладно, вот тебе диск с фильмом. – Папа отдает мне его. – А я приду, когда ты поешь. Когда вы будете его смотреть?

– Приходи в семь. Правда, посещения заканчиваются в восемь.

– Ну, посмотрим, может, я и на подольше останусь.

Я нервно сглатываю. Вот уж на что-что, а на затянувшееся папино присутствие я никак не рассчитывал. Надо будет позаботиться, чтобы Смитти выставил его.

– До завтра, – говорит мама. – Нам сказали, что мы сможем забрать тебя рано утром, чтобы успеть до работы.

– Хорошо, к этому времени я соберусь.

– Дома куча всяких вкусностей.

– А я увижусь с тобой, как приду из школы, – говорит, обнимая меня за талию, Сара. – Как круто, что ты возвращаешься.

Я глажу ее по голове и спрашиваю:

– Ты стесняешься этого места?

– Ага, но мне все равно.

– Мне тоже, – говорю я. – Но по-другому, в хорошем смысле.