Это очень забавная история - Нед Виззини

– Ну и вылечу, так не велика потеря. Что я тут теряю? – невозмутимо говорит Хамбл. – Пуговичный джекпот, что ли?

– Веди себя хорошо, – говорит Профессорша.

– Ой, посмотрите на нее. – Хамбл показывает на Профессоршу большим пальцем. – Строит из себя посланника мира.

Он наклоняется ко мне и говорит:

– Не обманывайся: эта старушка – божий одуванчик обдурит тебя в два счета.

– Я не ослышалась? – Профессорша кладет карты на стол. – Ты назвал меня старушкой? Не хочешь объяснить?

– А чего тут объяснять? Люди думают, что ты безобидная бабуля, и не замечают, как проигрывают! – Хамбл показывает на себя деланым жестом.

– То есть ты говоришь, что я старуха?

– Вовсе нет! Я говорю, что ты бабуля!

– Извинись, Хамбл, – вмешивается Джоан, не отрываясь от книги и не вставая с места.

– А что такого? Разве плохо быть бабулей? Они же замечательные.

– К твоему сведению, я хотя бы веду себя, как мне полагается по возрасту, в отличие от некоторых присутствующих, – парирует Профессорша.

– А, так значит, я вру? – спрашивает Хамбл, вскакивая с места.

– Все прекрасно знают, что ты собой представляешь, – говорит Профессорша.

– Так, успокаиваемся, – предупреждает Джоан.

– Если я обманщик, то знаешь, кто ты?

– Кто? Если еще раз назовешь меня старой, то я отметелю тебя этой вот тростью прямо при всех.

– Не трогай мои вещи! – говорит Эбони и придвигает трость поближе к себе. А пуговиц у нее куда больше, чем у остальных, – вот тебе и тихоня.

– Ты яппи, вот ты кто! – орет Хамбл и швыряет собачье дерьмо прямо в голову Профессорше. – Глупая, заносчивая яппи, которой плевать на всех!

– А-а-а! – кричит она, схватившись за лицо. – Он сломал мне нос!

Собачья какашка летит через всю комнату, и Джоан проворно перескакивает через нее, поспешно отступая с поля боя к дверям.

– Ну вот! – расстраивается Армелио. – Мы так хорошо играли, а вы все испортили.

В комнату заходит Гарольд в сопровождении двух здоровяков в голубой униформе, Джоан – позади них.

– А что? Я ничего не делал! – Хамбл показывает поднятые вверх руки.

– На выход, мистер Купер, – командует Гарольд.

– Да вы что? – возражает Хамбл. – Это же она меня оскорбила! А собачья какашка вообще не моя! Я был безоружен! – И, указывая на Бобби, продолжает: – Вот он – соучастник. Если меня уводите, уводите и его.

– Хамбл, у тебя три секунды, чтобы выйти.

– Ладно, ваша взяла. – Хамбл швыряет карты на стол. – Сами играйте тут в свои пуговки. – Он выходит в сопровождении Гарольда и охранников – и, проходя мимо Профессорши, энергично шлепает себя по заду. Та все еще держится за лицо и жалуется, что у нее пошла кровь, однако, когда отнимает руку, видно, что там нет ни царапины. Джоан снова садится за свой стол, в дальний угол.

– Вы все свидетели, что он на меня напал, – говорит Профессорша.

– Ага, тукан, мы видели, – говорит Армелио.

– Что, простите?

– Мы все знаем, что ты тукан.

– Что такое тукан? – спрашиваю я.

– Может, ты тоже тукан, раз спрашиваешь! – негодует Армелио. Я впервые вижу его таким бешеным.

– Ха! – подает голос Джонни.

– Крэйг точно не тукан, – говорит Бобби. – Он чувак что надо.

– А разве не я выиграла? – спрашивает Эбони.

– Откуда у тебя столько пуговиц? – удивляется Армелио. – У тебя же не было ни одной удачной комбинации!

– Просто я не ставила лишнего, – отвечает Эбони, наклоняясь, и тут откуда-то из ее кофты высыпается целый поток пуговиц.

– Ой!

Пуговицы падают и падают, и вот уже на место, где делали ставки, насыпалась целая горка. Эбони хохочет и хохочет, одаривая нас видом аккуратных чистых десен, приговаривая:

– Ох, ну я вас и наколола! Всех наколола!

– Ну все, – Армелио отшвыривает свои карты, – меня уже достало, что каждый понедельник карточный турнир превращается в полный бардак! С меня хватит!

– Ты уходишь с поста президента? – спрашивает Бобби.

– Отвали, дружище!

Может, игра длилась и недолго, но страсти в ней кипели такие же, как показывают в покере по телику. Я столько раз прикусывал себе язык, что он разболелся.

Я помог Бобби и Джоан убрать вещи на место. Сегодня мне есть о чем подумать перед сном: что такое тукан; когда Эбони успела натолкать за пазуху пуговиц и каково это; еще я думал о Ноэль и что завтра мы с ней увидимся – ну разве тут уснешь?