Дикий барин - Джон Шемякин

Единственная возможность для мужчины подзаработать на Купидоне, сохранив при этом горделивую стать и самоуважение, – это стать отцом семнадцати, а лучше двадцати сыновей.

При достижении плановой цифры патриарх может забыть печаль и начать осуществлять мечты.

Патриарх может бросить работу, набрать кредитов в самых людоедских банках, ходить в белой рубашке, пить с шести утра дорогие напитки, утираясь батистовым рукавом, курить деликатесные сигареты, носить сомбреро и лениво посылать всех недовольных через забор. Чуть кто вякнет противное, и вот уже отец семейства идет ночью к обидчику, сладко напевая: «Пошли мне масла для лампады, пошли мне масла – я молюсь!» А за развевающейся седой бородой отца катится таран, колышутся нестриженые крепкие головы сыновей, звенят цепи и рычат псы.

В идеале нормальная семья должна уметь по свистку полностью перегораживать улицу, строить «черепаху» и иметь силы отбиться от конной атаки, ощетинившись предметами домашнего обихода. За столом у нормальной семьи всегда весело, дети умеют пользоваться ножом и вилкой. Вилками они вскрывают консервы и удерживают рассыпавшиеся по столу макароны, а ножами отмахиваются от конкурентов, обретая ловкость движений и командный дух.

Раньше так все и было в хороших домах. Очень чудесно было. Люди не думали, как поступать правильно, а просто правильно поступали.

Теперешние семьи из-за избалованности и глупого себялюбия отказались от практики пулеметного деторождения. Растят какого-то одинокого ребенка и надеются, что он их в старости выручит. С таким же успехом можно выращивать герань на подоконнике. Сиди, старик, обнимай горшок с родным изнеженным побегом! Хорошо тебе на казенном одеяле? Об этом ли должен мечтать настоящий мужчина? Кто будет подтаскивать тебе патроны и лить кипящую смолу с балкона хрущевки?! А? А?!

Нет, только чрезвычайное обилие и крайнее многообразие сыночков гарантирует обеспеченную и надежную старость. Чтобы было у кого спросить: «Чьи это горячие слезы благодарности падают мне на руки? И кто сколько денег милому папе принес?»

Многие спрашивают у меня, когда же я прекращу свои генетические эксперименты, когда закончится эта операция по моему размножению под кодовым наименованием «Грязный Гудини»?

Всегда отвечаю очень подробно, привлекая наглядный материал, который тут же вот крутится у ног в поисках жратвы.

– Вот этот, к примеру, – выбираю я наугад, – как тебя, кстати, зовут, мальчик? Я помню, да, Никифор. Он же «нумер четыре». Вот Никифор очень необходим! Пока он за миску каши умеет только громко аплодировать и снимать с меня ботинки при моем пробуждении в прихожей. Но очень скоро ему будет семь, мы подлечим его воображение, и он найдет себе хорошую работу. Станет таскать мне деньги, или что там он будет за работу получать, репу или известь… Я горжусь этим славным птенцом старого стервятника!