Прежде всего любовь - Эмили Гиффин

Если ты не хочешь заниматься со мной сексом, возможно, мне стоит найти человека, который захочет.

Именно это говорит мне Нолан, когда утром в понедельник я в очередной раз ему отказываю. Именно это я первым делом сообщаю Эми, сев на белый диван в ее офисе в Мидтауне во время нашей ежемесячной встречи. Эти слова крутятся у меня в голове весь день, пока я пишу срочный ответ на ходатайство о предоставлении документов, готовлюсь к слушанию по ходатайству об оставлении иска без рассмотрения и пытаюсь договориться о глобальном решении проблемы моего самого богатого и самого неприятного клиента.

– Он так и сказал? – Эми немного подается вперед.

Видно, что она удивлена. Она редко открыто осуждает Нолана, и каждый раз я получаю от этого удовольствие. Это как будто оправдывает мои собственные чувства.

– Да… вроде как в шутку, – неохотно признаюсь я. – Но ведь сказал?

Эми кивает. На ее лицо возвращается непроницаемая маска.

– А ты что ответила?

– Сказала, пусть ищет, – я откидываюсь на спинку диванчика. – Если он найдет человека, готового заниматься сексом в половину седьмого утра в дождливый понедельник, – вперед.

– Ты так и сказала?

– Ну, более-менее, – отзываюсь я, разглядывая идеальный наряд Эми. Широкие клеши с отворотами, белоснежная блузка на пуговицах и черные туфельки, которые кажутся идеально новыми. Впрочем, у Эми все стильное, изящное и блестящее – одежда, манеры, советы.

– Попытайся в дальнейшем воздержаться от подобных ответов, – говорит Эми. – Даже в шутку.

– Он первый начал.

– Да. Но ты поддержала игру. Может быть, он последует твоему совету.

Я встряхиваю головой:

– Он этого ни за что не сделает.

– Да?

– Точно.

– Мередит, не будь такой наивной, – говорит Эми. – Почти все мужчины… и все люди… могут изменить при определенных обстоятельствах.

Эти уверенные утверждения отличают ее от всех остальных терапевтов. Честно говоря, именно поэтому я к ней и хожу. Она разговаривает со мной, а не просто снисходительно слушает мои рассказы.

– Ты представляешь, насколько легко красивому успешному мужчине вроде Нолана найти партнера для секса? – она постукивает механическим карандашом по блокноту, отбивая ритм риторического вопроса.

Я пожимаю плечами.

– Хорошо. Легко говорить, что тебе все равно, когда ты уверена, что ничего не происходит. А если он правда заведет роман? – она скрещивает ноги. – Что ты подумаешь?

Я вздыхаю и говорю, что не могу представить, что Нолан мне изменит.

– Он далек от идеала, но он мне не врет, – говорю я и думаю, что его недостатки тоже можно описать со словом «не». Он меня не слушает. Не помогает с Харпер. Не кладет свою одежду в корзину для белья.

– И все-таки постарайся, – надавливает она, – представь, как Нолан… проводит время со своими подругами, которые красивее тебя. Поначалу невинно. Просто между ними царит взаимопонимание. Искренняя, платоническая дружба.

– У него нет друзей-женщин, – настаиваю я.

Она скептически смотрит на меня.

– Что? Правда нет.

– Ладно. Тогда пусть коллега. Которую он уважает, и которая ему нравится.

– Честно говоря, не могу представить такого человека, – говорю я и тут вспоминаю Дайану Вест, нашу новую соседку, мать сына-подростка, которая недавно развелась.

Дайана старше меня лет на десять, ей уже за сорок, но у нее фантастическая фигура, она элегантная, стильная, как бывают стильными только люди, выросшие в аристократических семьях. К тому же она сделала впечатляющую карьеру – она ветеринар, специализирующийся на лошадях.

– Хорошо, придумала, – я пытаюсь поиграть в игру, предложенную Эми. – Наша соседка Дайана.

– Отлично, – Эми кивает, – расскажи о ней.

– Она лечит лошадей. И ездит на них. Красивая, уверенная в себе.

– Уютно чувствует себя в собственной шкуре? – спрашивает Эми.

Она часто использует это выражение в качестве своеобразной лакмусовой бумажки, измеряющей уровень счастья.

– Да. Хорошее описание, – я вспоминаю, что Дайана всегда выглядит так, как будто в тесных бриджах ей тоже уютно.

– Прекрасно, – Эми кивает так, точно мы наконец что-то выяснили. Ее гладкие черные волосы качаются вперед, а потом возвращаются на место. – Итак, однажды вечером Диана…

– Дайана, – поправляю я. Мне кажется, что это важно.

– Хорошо. Дайана заходит попросить немного сахара.

Я смеюсь.

– А так еще кто-то делает? Пятидесятые давно кончились.

– Прости за гендерные стереотипы. Особенно учитывая карьеру Дайаны. Ты знаешь, что стать ветеринаром сложнее, чем врачом?

Я закатываю глаза при этой очевидной попытке заставить меня ревновать.

– Ну да, что-то слышала. Продолжай.

– Хорошо. Дайана заходит попросить ненадолго… шуруповерт. У нее сломалась стиральная машина.

– Какой ужас.

– Да. Нолан ищет шуруповерт в гараже и предлагает посмотреть, что происходит.

Я подавляю желание сказать, что у Нолана руки растут отнюдь не из плеч, но Эми продолжает.