Про зло и бабло - Макс Нарышкин

Дотянувшись до мультифоры, я вынул лист и пробежал глазами текст. Я клялся не разглашать коммерческой тайны СОС, пока в ней работаю, и еще пять лет после увольнения, если таковое случится. Я обещал не совать нос в двери, на которых написано «Вход запрещен», не стучать в двери, помеченные голубым треугольником, не подходить к дверям с желтым и даже не смотреть в сторону тех дверей, на которых был изображен треугольник красный. Моя подпись внизу свидетельствовала, что прочитанное я понял буквально и смысл до меня дошел.

— Вы же понимаете, что это все говно на палке? — спросил я, вынимая из кармана «паркер». Обычно бумаги такого содержания я подписываю без ремарок, поскольку все написанное в них — незаконно. А никто не может заставить меня нарушать закон, который я, кстати, хорошо знаю.

— А ты подпиши и нарушь хотя бы один пункт, — зловеще напутствовал меня Молчанов. — И сразу поймешь, что делать этого не стоило.

Подмахнув, я поставил дату.

Меня всегда умиляло стремление всех без исключения руководителей компаний придумывать свой флаг, герб и законы. Позабыв о том, а, точнее сказать, сознательно позабыв о том, что за сожжение этого флага и герба никто никакой ответственности не понесет, они, как в старые добрые времена, ограждают свою территорию частоколом и придумывают свои конституцию и федеральные законы. Тупоголовое стадо, не знающее законов родной страны, уверено, что их законы и есть те единственные, которые следует соблюдать. Иногда старание корпораций заставить стадо щипать траву просто умиляет. Сначала отдельно взятого барана вводят в корпоративный «приход» текстом, который не вызывает кривотолков даже у специалистов-псхологов. Выглядит это примерно так. На всех видимых пространствах корпорации вывешиваются лозунги и тексты по примеру того, как в милиции вывешиваются на стены выдержки из «Закона о Российской милиции». Везде, где ходит, справляет нужду, обедает и общается с коллегами корпоративный работник, со стен в его натруженный бесполезной работой мозг проникает:

Мы считаем, что работа должна быть чем-то большим, чем просто зарабатыванием денег. Работа должна не только нравиться, не только приносить удовлетворение, но и приближать человека к пониманию смысла жизни и своего места в ней…

Наши ценности — это то, к чему мы стремимся, то, чего мы хотим.

Мы разделяем следующие ценности (то, что для нас хорошо) на:

экономические — получение прибыли, рост объемов продаж, рост доходов, рост компании, повышение уровня вознаграждения;

социальные — уважение личности, справедливость, взаимопонимание, поддержка;

нравственные — ответственность, обязательность, добросовестность, честность;

эстетические — хорошо отлаженные системы, качественное обслуживание, хорошо сделанная работа…

Мы не понимаем тех, кто недоволен компанией, но не хочет изменений и продолжает у нас работать. Мы не понимаем тех, кто ради единодушия и спокойствия сглаживает накопившиеся конфликты и противоречия…

Смыслу этих лозунгов противостоять невозможно, ибо сие есть идеальное описание трудовой деятельности любой корпорации. Открытостью форм компания убеждает в своей чистоплотности и прозрачности, и приходящий работник уже понимает, что всю жизнь куда-то шел, петлял, и вот, наконец, нашел то, что нужно. И лозунги так крепко западают в голову человека, уже готового стать частью стада, что когда ему предлагают расписываться в других документах и когда его начинают знакомить с настоящими внутренними требованиями, он все равно будет рассматривать их в свете втиснутой в его мозг убежденности в том, что это и есть уважение личности, честность и справедливость.

Я только что подписал документ, запрещающий мне входить в двери с голубыми, желтыми и красными треугольниками. Требовать от меня подобного может только идиот, поскольку если я вечерком пройдусь по зданию компании с ведром краски, то поутру вся деятельность компании будет парализована. Дураков, желающих быть уволенными, нет, а потому все будут стоять, как бараны, и смотреть на новые ворота. Дурацкие корпоративные правила — неотъемлемая часть их бытия. Из-за непреодолимого желания подчинить коллектив и выжать из него максимальную прибыль корпоративные идиоты своими внутренними инструкциями и порядком управления деморализуют и без того обалдевших сотрудников.

Я знаю фармацевтическую компанию, принадлежащую янки, в которую меня сватали поначалу. Тамошний президент распорядился устраивать через каждые 3 часа работы оперные распевки с педагогом по вокалу. По его мнению, это должно повышать тонус и настраивать на серьезную работу.

Мне рассказывал мой приятель, что в сингапурской компании, занимающейся продажей оргтехники, президент придумал общие кофейные перерывы. Все сотрудники по сигналу бросают дела и начинают пить кофе и оживленно болтать. Перерыв длится ровно шесть минут и заканчивается тоже по сигналу. Можно себе представить: вот ты наконец-то после пяти месяцев ожесточенного сопротивления склоняешь все-таки сотрудницу компании к сексу, и уже почти стянул с нее на столе трусы, как вдруг над ухом раздается гонг и бодрый голос кричит в динамик: «Кофе! Кофе!»…