Брачный экстрим. Школа "Челси" - Татьяна Огородникова

– Мне это не нужно. Мысленно я и так всегда с вами, – ответил Вадим. Он был одет в светлые широкие штаны и просторную цветастую рубашку, которая скрывала его живот.

– Ведь разговаривать мы имеем право, несмотря на то что ваше сердце несвободно? – продолжил отец счастливого семейства.

– О чем вы хотите поговорить? – с легким любопытством обронила Луиза.

– Расскажите мне о себе. О маме, папе, о вашем детстве. Чем вы занимаетесь, откуда у вас такая независимая позиция?

Они уже шли рядом, запросто болтая, как давние знакомые. Луизу не смутил вопрос о прошлом.

– Хотите знать? – Луиза помолчала немного. В голове иронично пронеслось: «Я – опасная блядь, детство мое прошло в нищете и отработке папиных долгов, в настоящий момент я являюсь ученицей клуба мадам Лосер под названием «Челси». Он специализируется на том, чтобы хлопать богатых лохов и разводить их на женитьбу или хотя бы на параллельную семью». Вслух она сказала: – Моя мама – учительница, она обожала папу. Папа, между прочим, был потомственным грузинским князем. От предков он унаследовал безудержную страсть к азартным играм, был вспыльчив и от этого страдал сердечным недугом. Но человеком он был неплохим, поэтому, наверное, Господь подарил ему мгновенную и легкую смерть. – Глаза девушки увлажнились, она немного помолчала, как учили в «Челси». – Он умер от сердечного приступа. Папины друзья очень любили его, поэтому помогли мне переехать в Москву. Скоро я перевезу и маму. Я работаю в консалтинговой группе, папины друзья по-прежнему мне помогают.

– Вы рано лишились отца? – Бедняжка, кажется, готов был заменить его.

– Да, но мне не хотелось бы вспоминать об этом. Мне все еще тяжело.

Они помолчали, как принято в таких ситуациях.

– А вы, Вадим, расскажите о себе. У вас такая насыщенная жизнь.

– Да, собственно, такая же насыщенная, веселая и офигенно занятая, как у всех. – В его голосе прозвучала горькая ирония. Вадику почему-то не хотелось лгать девушке. Тем более что они уже возвращались в гостиницу.

– Это правда? – Луизе была понятна откровенность магната.

– В смысле? – Вадик смутился от собственной честности.

– В смысле занятости, веселья и насыщенности… – уточнила девушка.

Вадик подумал немного:

– Вы знаете, Луиза, в ваших глазах мне меньше всего хочется выглядеть лгуном. Поэтому скажу честно: я бы много отдал, чтобы, например, проводить больше времени с детьми, с родителями…

Луиза подумала про себя: «Это как раз то время, которое ты сейчас проводишь со мной, дебил!» Но на ее лице ничего не отразилось. Вадик продолжал:

– Я иногда так скучаю по домашнему теплу, по детским ручкам, по голосам…

«Понятно, что домашнее тепло можно заменить теплом холостяцкой постели в засекреченной квартире, детское тепло вполне уравновесит подростковое, а ручки – какая разница, какие ручки будут ощупывать твое обрюзгшее тело, ведь все зависит от размера почасовой оплаты…» Девушке из «Челси» было не занимать цинизма, а Вадим почти плакал от безнадежности своего бытия.

Луизе хотелось вспомнить привычки своих предыдущих опекунов и, запросто ударив Вадика про плечу, сказать: «Кончай пиздеть, старик. Давай по делу!»

Но нет, это был не тот случай. Поэтому взгляд Луизы – томный, манящий и сочувственный – продолжал терзать душу газового богатея и выпытывать у него новые подробности одинокой несчастливой жизни. Магнат не заставил себя упрашивать.

– Вы думаете, нам, олигархам, легко? – Парень вошел в образ.

Луиза с трудом сдерживала смех.

– Вряд ли. Легко бывает только тому, кому всего достаточно.

– Чего достаточно? – Недоуменное выражение лица Вадима К. еще больше рассмешило Луизу, но она серьезно ответила:

– Того, что им дано.

Мучительные раздумья ясно отразились на лице влюбленного олигарха. Он побоялся показать, что не понял слов образованной, интеллигентной собеседницы. Благо они приближались ко входу в отель.

– Может быть, посидим немного в холле? – предложил Вадик.

– Спасибо. Мне нужно немного поработать. Я должна составить отчет.

– Тогда до завтра? – Он во все глаза смотрел на нее.

– Увидимся. До свидания.

На следующий день Луиза улетела. Это входило в тщательно продуманное расписание, которое она по часам сверяла с мадам Лосер. У Вадима гостиница была оплачена еще на пять ночей. Две из них он провел, ожидая встречи с Луизой у бассейна. Потом не выдержал и спустился в ресепшн. За двадцать евро портье сказал ему, что гостья из номера 617 по имени Люиза Романидзе уехала два дня назад.

Вадику стало тоскливо. Давно забытые ощущения полета души и стремительного падения вниз вернулись. Он вспомнил, что такое любовь.

Еще он вспомнил, что дома его ждут обиженная Маринка и дети, с которыми он не умеет разговаривать, бесконечные встречи с товарищами по работе и по бизнесу…