День, когда я начала жить - Виржини Гримальди

– Можно узнать, почему вы отправились в кругосветку в одиночестве? – спросила Сабрина, массируя ей голову.

– Мне нужно вновь обрести себя.

– Вас бросили?

– Нет, это я ушла от мужа, – ответила Мари, надеясь, что парикмахерша замолчит и даст ей наконец возможность оценить качество массажа.

– Вы все правильно сделали! Я всегда говорю, что лучший способ помешать бросить тебя – уйти первой. А что же он натворил? Наставил вам рога?

– Да ничего он не натворил! Он просто такой, какой есть.

– Он что, гомик?

Мари рассмеялась.

– Да нет же! Говорю вам, он просто такой, какой есть. Но таким он меня больше не устраивает.

– А, поняла! – ответила Сабрина, положив руку на грудь. – У меня была подруга, ее звали Кароль. Мы вместе учились в колледже. Мне она очень нравилась, всегда такая веселая, и всегда нее были великолепные серьги в ушах. Короче говоря, она поступила точно так же, как и вы: она ушла от мужа. И все кончилось тем, что он убил ее. Не более и не менее. Взял и выстрелил ей в голову. До сих пор, наверное, мозги от стен не отскребли. Так что будьте поосторожнее. Но я вам ничего не говорила.

Анна и Камилла, должно быть, думают, куда же она запропастилась. Мари представляла их лица, когда они увидят ее. Она не посвятила подруг в свои планы, решив сделать им сюрприз. Этой ночью они все войдут в новый год, и та, прежняя, Мари останется в прошлом.

Белую плитку пола покрыли длинные каштановые пряди. На глаза наворачивались слезы, хотя Мари совсем не хотела плакать, она и так слишком много времени провела за этим занятием. Сколько бумажных платков извела, пока ее муж был на так называемых собраниях! Что только она ни делала все эти годы, чтобы убедить себя, что у них семья. Все эти эсэмэски, которые он получал, все эти звонки, которые разрывали ей душу, все эти обещания, которые он никогда не сдерживал. У слез был свой закуток в ежедневном расписании. Но нет, она больше никогда не будет плакать, во всяком случае, из-за каштановых прядей.

– Ве-ли-ко-лепно! Вы восхитительны!

Сабрина рассматривала клиентку, аплодируя самой себе. Мари почувствовала, как страх постепенно закрадывается в ее душу. Есть люди, которые не любят, когда им делают комплименты, и она, пожалуй, относилась к ним.

И вот полотенце упало с зеркала.

Вау, неужели это она?.. Да, это она. Когда она в юности мечтала о том, какой будет ее жизнь, именно такой она себя и представляла. Мари приблизилась к зеркалу, повернула голову, коснулась волос. Ей все нравилось: длинное, слегка волнистое каре на волосах цвета меди; челка, из-под которой блестят ореховые глаза, прикрывает лоб именно настолько, насколько нужно. Еще чуть-чуть, и она бы поцеловала собственное отражение. Она была довольна работой Сабрины, которая не переставала восхищаться.

Анна и Камилла сидели в шезлонгах на верхней палубе, грея руки о чашки с чаем, и о чем-то оживленно беседовали. Мари встала перед ними, высоко подняв голову и уперев руки в бока.

– Вас не затруднило бы отойти и не загораживать нам солнце? – с вызовом сказала Камилла.

– Мари? – воскликнула Анна. – Мари, неужели это ты? Поверить не могу, как ты похорошела!

Анна встала, не сводя с нее восторженных глаз.

– Ты восхитительна, мне тоже захотелось что-нибудь сделать с собой. Маленькая скрытница!

Мари покрутилась перед ними.

– Я хотела сделать вам сюрприз. Заодно я подправила брови и нанесла легкий макияж. Мне еще нужно немного времени, чтобы одеться, но, думаю, и так сойдет.

– И так сойдет? – вскричала Камилла. – Ты шутишь! Джулия Робертс тебе в подметки не годится! Если к концу путешествия ты не подцепишь одного или двух парней, я в монашки постригусь.

– В таком случае приготовь мне пояс верности. Я скорее отдамся на съедение акулам, чем влюблюсь.

Стоя с сигаретой в руке с другой стороны спасательных шлюпок, за ними наблюдал седовласый мужчина.