Все детективные расследования Фу-Фу и Кис-Киса - Екатерина Оковитая

Он такой непредсказуемый,

Этот самый пароход!

То плывет куда задумает,

То потонет, то всплывет.

Солнце уже почти опустилось к горизонту, когда звери высыпали к реке. Весь лёд унесло течением. И река преобразилась. Огромные волны, оранжевые от заката, кидались на берег, окатывая лес ледяными брызгами. Пароход исчез.

– Куда же он делся? – воскликнул Кис – Кис.

– О, ужас! – Сян метнулся к реке, и его окатило волной. – Вся моя жизнь в этом пароходе! И вот он исчез!

– Ты что, купаться вздумал? – удивился Кролик, подскочив к Сяну. – Хорошая водичка, надо искупаться. Кого обрызгать?

Звери отпрянули, и лось чуть не наступил на павлина. Кролик тем временем погрузил лапы в ластах в воду и радостно заявил:

– Отлично. Идём плавать, мой друг!

Фу-Фу в последний момент успел схватить Кролика за фрак.

– Купаться весной нельзя! Вода ледяная и течение сильное. Это опасно. Ты можешь исчезнуть так же, как пароход!

– Вот кошмар-то, а я и не подумал! – Кролик взмахнул доской, которую выловил из воды, и чуть не попал псу по ушам.

– Эй, поосторожнее, хотя подожди-ка… Это ещё что у тебя? – Фу-Фу уставился на доску. – Друзья, это вам ничего не напоминает?

Звери, словно сговорившись, закачали головами. Лишь только крот согласно закивал, подумав о чём-то своем.

– Да-да. Я собираюсь закопать реку, – сказал он.

– Это непозволительно! – Лось Можжевельник возмущённо топнул копытом. – Если закопаешь реку, нарушится экология! Пить будет нечего, растения высохнут… Хватит того, что Ворон постоянно выливает в реку испорченный суп!

– Один раз всего и вылил, – проворчал Ворон, – а ты теперь каждый день ко мне ходишь и всё проверяешь.

– Я забочусь о природе.

– Вон, Хрюня, та вообще бельё в реке стирает, копыта моет, пятачок полоскает – и ничего.

Лось прищурился. Видно было, что он взял Хрюню на заметку и тоже пожалует к ней с проверкой.

– Я спрашиваю, доска ничего вам не напоминает? – громко рявкнул пёс.

Кролик перепугался, всучил доску Фу-Фу и спрятался за Можжевельника. Пингвин вздрогнул, схватившись крыльями за голову:

– Ах, не может быть! Мне трудно в это поверить! Как же больно!

Он бы так ещё долго причитал, если бы Фу-Фу не сунул доску ему под клюв:

– Посмотри внимательно, этот обломок от твоего парохода?

Сян умолк и долго смотрел в одну точку.

– Я не знаю, – наконец произнес он. – Эта доска как будто из правого борта, а может, и из левого. О, ужас! Меня озарила догадка, в душе лихорадка! Крот бросил в пароход камнем, и он взорвался! И это обломки!

– Ужас, ужас! – загалдели все. – Кошмар!

– Ох, еле догнал вас, – в толпе появился запыхавшийся бобёр.

В лапах он держал бутылку с каким-то бурым раствором и ложку. Он подскочил к Кролику: – Вот что мне дала Утя, сейчас будем тебя лечить артишоковым настоем.

– От чего это ты его лечишь? – Кис-Кис следил, как бобёр отсчитывает нужное количество капель.

– Двадцать два, двадцать три… Странно ведёт себя Кролик… Двадцать четыре…

– Он всегда так себя ведёт.

– Двадцать шесть… Нет, это другое, он слышит голоса. Ему нужно уши лечить. Сколько капель я сказал? Сорок две?

– Двадцать шесть.

– Запутался я, – покачал головой бобёр и вручил крышку Кролику: – Выпей это, и тебе сразу станет лучше.

Кролик послушно выпил горький настой и даже не поморщился. Бобрович внимательно следил за его реакцией.

– Ну как? – наконец спросил он. – Мне кажется, я всё накапал правильно…

– О, очень вкусно! Мне уже намного лучше. Я бы ещё съел.

– Больше нельзя, лекарства нужно принимать строго по рецепту. М-даа, – протянул бобёр. – Ой, а это что у тебя?

Бобрович выхватил у Фу-Фу доску.

– Это ужасно, – тихо сказал Кис-Кис. – Пароход взорвался! А это обломок…

– Да какие обломки, – возмутился бобёр, – это мои доски! Я как раз их у леса сложил, хотел к себе потом перетащить, чтобы строить большой магазин. И видимо, когда лёд пошёл, вода поднялась, и всё смыло в реку.

– Спасибо тебе, Бобрович, – сказал пёс, – теперь мы совсем запутались! Если пароход не взорвался, то куда он тогда делся?

– Его украли! – заявил пингвин громко. – Ну ничего себе бандиты распоясались! Украсть такой большой пароход среди белого дня, то есть посреди синего вечера! Всё против меня! Концерт сорвали! Украли пароход полный денег за билеты! И кое-кому я не смогу кое-что вернуть! – мрачно подвёл он итог.

– Невозможно, – павлин Прилипп поднял крылья к небу, – Мои фотографии развешаны по всему лесу. Съедутся все богатые и именитые звери. И что – пшик! Концерта нет! Ничего нет! Я опозорен, моя репутация подмочена!

– Мой дом тоже подмочен, – заметил Шиша.

Павлин удивлённо уставился на крота и замолчал. Зато суррикатица Зазуля громко заскулила:

– А мне что делать! Богатые звери не приедут, раз нет концерта. Целая телега конфет, кому я их продааааам?!

– Эй, перестань плакать сейчас же! – замахал лапами крот. – И так воды много, а тут ты ещё со своими слезами.