Завидные женихи - Нонна Кухина

– Ликуся, что случилось? Как ты? Где дети? Ты почему не предупредила? Ты где пропадала? – На девушку сыпались вопросы.

Лика медленно поставила сумку с Графиней на пол и бросилась на шею Марье Владимировне со смехом и слезами. За хозяйкой полетела собачка, оглушая пространство своим заливистым лаем.

«Наконец-то я дома, – подумала Лика, обнимая милую старушку, оберегавшую ее покой так много лет, – теперь все будет хорошо».

Прошел месяц. Лика под чутким присмотром домработницы постепенно приходила в себя, она крепла не только физически, что, несомненно, было для нее важно после такой тяжелой болезни, но и душевно – уже исчезло чувство безысходности из взгляда, перестали по ночам сниться кошмары, связанные с детьми, уже не бродила она тенью по дому. Природа брала свое – Лика становилась все больше и больше похожа на ту солнечную девочку, которой была когда-то.

Пора было возвращаться к жизни.

– Жаль, не успела я восстановиться в институте, – делилась своими планами на жизнь Лика, завтракая с Марьей Владимировной. – Могла бы начать учебный год вместе со всеми. А вот теперь что делать?

– Вот неуемная, – смеялась домработница, подкладывая оладушков в тарелку девушке. – Посиди дома, погуляй, займись собой…

– Нет, – перебила Лика, – не могу пойти учиться – значит, надо начать работать. Хм… К ребятам не пойду: они либо без меня выплыли – тогда просто нечестно сейчас будет возвращаться, либо потонули без заказов, которые нам давал Александр, – тогда нет смысла возвращаться… Значит, остается язык!

Сразу же после завтрака девушка обновила когда-то поданное объявление о том, что она предоставляет свои услуги в качестве переводчика и репетитора, посмотрела вакансии, отмечая для себя наиболее интересные, чтобы подумать о них позднее, и так увлеклась этим, что не слышала, как пришли гости.

А гости в этом доме с момента возвращения девушки были почти ежедневно: то одна Надежда Дмитриевна приедет, чтобы поболтать с девушкой или поехать с ней по магазинам, в салоны, в фитнес-клуб, то вместе с Михаилом Александровичем прибудут – в этом случае будет обязательный медицинский осмотр и сытный ужин в гостиной. Сегодня появился Семен. Он тоже часто, насколько это позволяла работа, навещал Лику – то цветы ей привезет, то в театр пригласит, то для Графини ошейник подарит…

– Лика, как ты себя чувствуешь? – галантно спросил доктор у своей бывшей пациентки.

– Интересно, долго я буду слышать этот вопрос вместо приветствия? – смеясь, сказала девушка. – Хорошо я себя чувствую.

Рассмеялся и Семен:

– Долго, раз нашла себе друзей в больнице: это же профессиональная особенность – спрашивать людей о состоянии здоровья вместо приветствия.

– Ладно вы с Михаилом Александровичем, но ведь Надежда Дмитриевна туда же, – со смехом продолжала жаловаться Лика.

– Ну так ей теперь это по рангу положено, – в тон ответил Семен. – Честь быть дамой сердца великого профессора Смирнова имеет побочные эффекты.

– Почему?

– Да потому что эта милая женщина проводит в больнице почти столько же времени, сколько и профессор Смирнов. И смею тебя уверить, уже не просто в ординаторской, ожидая, когда тот освободится, но и реально помогает.

– Вот молодец. Пора и мне заняться делом, – уже серьезнее произнесла Лика. – Я как раз сегодня разместила объявление.

– Какое объявление? – заинтересовался Семен.

– Написала, что хорошо знаю английский язык, обучалась в Лондоне. Могу работать переводчиком или преподавать.

Семен на секунду задумался, а потом рассмеялся:

– К тебе только что пришла твоя новая работа.

– О чем ты?

– Я еду на симпозиум по хирургии на Кипр. И мне нужен переводчик.

– Ты шутишь! – не веря своим ушам, произнесла Лика.

– Нет, я абсолютно серьезно. Можешь спросить у профессора, когда он снова заявится к тебе в гости.

– Нет, я тебе верю. И я согласна.

– Тогда пойдем обсудим условия этой сделки, – уверенно произнес мужчина и увлек за собой Лику. За ними бросилась Графиня.

Вечером накануне отъезда Семен приехал к Лике. Девушка грустно собирала вещи.

– Ты что, не хочешь ехать? – тревожно спросил доктор.

– Не в этом дело, просто вспомнила, как когда-то собирала вещи и мы с детьми отправлялись в новую жизнь, в Америку. А теперь вот детей нет.

– С детьми? – не понял Семен. Он думал, что Лика тоскует о неродившихся детях, но сейчас девушка явно говорила про других детей.

Лика подняла глаза на мужчину – в них блестели слезы. Сделав глубокий вздох, она неожиданно для себя стала все рассказывать Семену: про убитую сестренку, про Леню, про Рину…

– Я не знал, прости меня. – Мужчина был потрясен.

– Ты и не мог знать, ты не виноват, – тихо ответила молодая женщина.

– Когда ты была без сознания, я тебе рассказывал о своем сыне, – почему-то сказал Семен. – Ты помнишь?

– Нет, я ничего не помню, – неуверенно ответила Лика.

И тогда Семен снова рассказал ей всю историю: «…Как будто и не мой ребенок. Вот сейчас Софья уезжает с ним в Израиль (мы с Мариной дали разрешение на выезд), а я даже не очень переживаю по этому поводу».

Лика помолчала, а потом сказала:

– Наверное, когда он родился, ты был еще не готов к отцовству. А потом, когда твоя сестра занялась им, ты с радостью забыл про него. Но все-таки найди возможность пообщаться с сыном. Мне кажется, это пойдет на пользу и тебе, и ему.

– Спасибо тебе за поддержку, Лика. И за то, что не осудила. Думаю, в век новых технологий мы с сыном найдем возможность общаться.

– Вот и хорошо, – улыбнулась девушка и продолжила собирать вещи.