Пепел над океаном - Сабина Рейн

Мой друг, владелец этого зала, разрешает мне заниматься в одиночестве. За окном уже стемнело, я провела здесь более трех часов, но уходить не спешу. Меня расслабляет эта обстановка, и мне нравится спускать пар.

Когда я кладу ладони на грушу и утыкаюсь в нее лбом, чтобы отдышаться, слышу позади себя аплодисменты. Убрав одну руку, оборачиваюсь: Ник стоит привалившись плечом к дверному косяку и, сложив руки на груди, весело смотрит на меня.

– Снова Дори? – спрашивает он, имея в виду исполнительницу, чья песня стоит на повторе. – Похвально.

– Как ты нашел меня? – бросаю я, не пытаясь скрыть раздражения.

– Скажем так, на тебе есть одна волшебная вещь, – шепчет Ник.

Я смотрю на себя, но ничего необычного не нахожу: простые спортивные штаны, черный топ, перчатки без пальцев, кроссовки и кулон.

– Хорошо, что тебе нужно? – Подойдя к скамейке, я нагибаюсь и беру бутылку воды. Пока пью, не могу не заметить, как Ник следит за мной.

– Ты так вспотела… – низким голосом проговаривает он, и я неожиданно давлюсь. Откашлявшись, смотрю на него.

Ник отталкивается от стены и идет в мою сторону. Я сглатываю и, почувствовав знакомый жар внизу живота, сжимаю ноги. Мне хочется сделать несколько шагов назад, а затем и вовсе побежать, но я сдерживаю себя. Интересно посмотреть на то, что он со мной сделает, когда приблизится. Я жажду продолжения.

Он скидывает кожаную куртку и начинает стягивать футболку. Я наблюдаю за процессом, закусив губу. Ник знает, как заставить дрожать все мое тело. Когда Ник останавливается чуть ли не вплотную ко мне, я во второй раз нервно сглатываю. Мой рот слегка приоткрывается, в мире не остается ничего, кроме него, стоящего передо мной.

Вдруг я чувствую прикосновение к моей руке. Опустив голову, вижу, как Ник забирает бутылку, а затем делает глоток.

Между нами опять пробегает электрический разряд, подушечки пальцев покалывает от желания ощутить тепло его тела. Сначала я хочу провести ладонями по крепким мышцам на груди, после перейти к кубикам на животе, опускаясь все ниже, и ниже, и ниже, пока не доберусь до главного.

Мой взгляд блуждает по обнаженному телу до тех пор, пока Ник не берет мой подбородок. Заглянув в его карие глаза, я полностью лишаюсь воздуха. Ник приближается к моим губам и, остановившись буквально в нескольких миллиметрах от них, шепчет:

– Давай, Амали, успокаивайся.

По всему телу проходит легкий разряд тока. Эти слова… он говорил их мне, когда я… Боже ты мой!

Тем временем, пока я пытаюсь прийти в себя, Ник отходит от меня на безопасное расстояние и открывает шкафчик, в котором хранятся перчатки. Я до боли сжимаю кулаки, чуть ли не протыкая плотную ткань ногтями. Нику вновь удается сбить меня с ног.

Закрыв глаза, я делаю глубокий вдох и, расслабившись, подхожу к штанге, ложусь на горизонтальную опору и берусь за гриф двумя руками.

– Не убьешь себя этой штукой? – ухмыляется Ник, надевая митенки.

– Сомневаешься во мне?

– Никогда, – поправив перчатку, он встает за моей головой. Посмотрев на него, я выгибаю бровь. – Но защита не помешает.

Он помогает мне, а мои мысли поворачивают совершенно в другое русло. Я хочу и сбежать, и остаться одновременно. Ник притягивает меня, и не только в физическом плане. Я поднимаю и опускаю штангу, стараясь не думать, что он возвышается надо мной. Если потеряю контроль, могу пораниться. Мысли должны быть о железе в руках, а не о голом прессе Доминика Даниэля Крамберга, который мне неожиданно захотелось попробовать на вкус.

– Ты отвлекаешься, – голос Ника стал хриплым. Забрав у меня штангу, он, как пушинку, поднимает и вешает ее на место, после чего облокачивается на тренажер и чуть наклоняется ко мне. – Думаешь не о том, о чем стоило бы.

– И о чем же, Доминик? – не сдерживая язвительности, спрашиваю я.

– Обо мне, Амали. Уверен, детка, что тебе хочется заняться чем-то более интересным на этом самом лежаке.

– Может быть, – киваю я сама себе и снова смотрю на Ника. – Поможешь? – Я стараюсь превратить все в шутку, но каждый знает, что в ней есть доля правды.

Когда Ник встает за моей головой на колени, я вздыхаю. Он склоняет свое лицо над моим и, положив ладонь на мою шею, слегка сжимает ее. Я не чувствую боли, только кое-что намного более приятное.

Кажется, что он сейчас поцелует меня, но вдруг Ник поднимается и одним движением нависает надо мной. Я интуитивно обхватываю его бедра ногами.

– Этого ты ждала, Амали? – шепчет он мне на ухо, после чего больно кусает за шею. Я шиплю, а затем начинаю чуть ли не мурлыкать, когда Ник облизывает укушенное место.

Он не пытается добраться до моих губ, вместо этого целует каждый сантиметр кожи на шее, после опускается к животу, который все еще поблескивает от влаги. Губы Ника дарят невероятные ощущения, и я невольно крепко сжимаю рукой поручень лежака.

– Даже вспотевшая, ты не перестаешь быть сладкой, – говорит он, продолжая целовать мой живот. Оттянув резинку штанов вместе с трусиками, он касается моей татуировки и опять возвращается к пупку.

– Черт, Ник, – беззащитно протягиваю я и откидываю голову.

– Что-то не так, крошка? – спрашивает он, поднявшись к моему лицу.

– Просто продолжай, – шепчу я.

Но вдруг Ник вскакивает на ноги, заставляя меня всхлипнуть. Оперевшись на локти, я непонимающе смотрю на него. Он криво улыбается и говорит:

– Прости, детка, но я пришел сюда позаниматься.