Пепел над океаном - Сабина Рейн

Когда Трэвис останавливается над резинкой моих трусов, я перестаю сжимать подушку над головой. Я должна дать ему знак, что согласна. Я киваю.

Он медленно снимает мои трусы, одновременно целуя разгоряченную кожу, тем самым доводя до полнейшего исступления.

* * *

Я просыпаюсь в объятиях Трэвиса. Наше с ним веселье слегка затянулось, и в итоге мы закрылись в комнате до утра. Я не планировала просыпаться в объятиях случайного парня, поддавшись мимолетному желанию, но ничего уже не открутить назад.

– Черт, – ругается Трэвис, сжимая виски.

– Переборщил с алкоголем? – мямлю я, все еще не готовая оторвать голову от подушки.

Кажется, Трэвис замечает меня только сейчас. Вздрогнув, он резко поворачивается в мою сторону и снова стонет от пульсирующей боли. Я выпила не так много, но его состояние понимаю очень хорошо. Мне известно, каково это – подниматься утром с похмелья.

– Кто ты такая? – хрипло произносит он. Разумный вопрос, ведь я так и не назвала своего имени. Мне хочется продолжить эту игру…

– Для тебя – Девушка-На-Одну-Ночь.

– Ты хочешь сказать, что у нас был секс?

Мне обидно из-за того, что он ничего не помнит, но я стараюсь не показать своих истинных чувств. Было круто, и это главное. Но за всю мою жизнь у меня не было ни одной случайной связи и, могу поклясться, больше не будет. Трэвис станет единственным таким парнем.

Я откидываю одеяло и скидываю ноги с кровати. Мне не стыдно ходить перед Трэвисом голой. Смысл стесняться, если он уже все видел? Даже если не помнит этого.

Я не слышу больше вопросов с его стороны и, застегнув последнюю пуговицу на блузке мятного цвета, желаю ему всех благ и смываюсь.

Он больше никогда не узнает имя девушки, которой подарил незабываемую ночь.

* * *

Чтобы найти Нелли и Эйбл, много ума не надо. Девочки сидят на диване в гостиной, постанывая в унисон от синхронной боли в голове.

Я плюхаюсь рядом с девчонками в хорошем настроении, они хмурятся, что веселит меня еще больше.

– Чего это ты на позитиве? – спрашивает Нелли, тщетно пытаясь заглушить боль руками.

– А почему я должна быть в дурном настроении?

– Сколько ты выпила? – спрашивает Эйбл.

– Уж точно не столько, чтобы стонать наутро от боли. Принести вам таблетки? – предлагаю я из любезности, ведь мне неизвестно, где аптечка.

– Бак уже пошел за ними.

– Бак?

– Чувак, с которым я вчера разговаривала по телефону, – поясняет Эйбл. – Хозяин вечеринки.

Внезапно мобильник вибрирует в кармане джинсов. Я открываю входящие сообщения.

Надеюсь, ты достаточно клево провела День благодарения. Жду не дождусь, когда ты вернешься в университет. Я придумал для нас новую игрушку.

Ник. Ник. Ник.

Как он нашел мой номер? Игрушку? О, боже, неужели он что-то задумал…

Я думала, что Нику надоест за мной гоняться и он быстро забудет о моем существовании. Неужели я и правда настолько наивная? Мне стоило в миллионный раз догадаться, что Ник не отвалит, пока не добьется своего.

– Привет, – мои мысли нарушает приятный голос.

Красивый парень протягивает воду и таблетки Нелли и Эйбл, при этом в упор смотрит на меня.

Бак. Это точно Бак.

– Привет, – отвечаю я. Не могу ни о чем думать, кроме как о Нике и его эсэмэске. С этим надо что-то решать. Я знаю выход, но для этого нужно забыть нашу с ним «случайную» встречу.

– Ты, наверное, Амелия?

– Да, это она, – отвечает за меня Эйбл, запивая таблетку.

– Бак, – протягивает мне руку он, и я с удовольствием ее жму. – Надеюсь, ты круто повеселилась?

– Не то слово, – замечаю я, и это чистая правда.

В ту минуту, когда я позволяю себе вспомнить о Трэвисе и нашей горячей ночи, он, словно по щелчку, заваливается в гостиную. Он окончательно проснулся, выглядит полностью собранным, бодрым.

Взгляд Трэвиса скользит по присутствующим и останавливается на мне. Брови на секунду поднимаются вверх, а затем его лицо вновь принимает обычный вид. Он проходит вперед, отбирает у Эйбл бутылку, плюхается на кресло и, кинув красную таблетку в рот, запивает ее.

– Я вспомнил, как ты выдохнула мое имя, – произносит он, криво улыбаясь.

О, боже! Я так надеялась, что свалю прежде, чем проснется дом.

– Так как тебя зовут? – снова спрашивает Трэвис.

Бак хочет ему что-то ответить, но я торможу его движением руки.

– Девушка-На-Одну-Ночь. – Я усмехаюсь, не стыдясь присутствующих. Мне хочется, чтобы хоть что-то осталось тайной в его жизни.

– Хорошо. При нашей следующей встрече обязательно так тебя и назову.

– Когда домой? – интересуюсь я у Эйбл, чтобы сменить тему.

– Сейчас голова немного пройдет – и поедем. Не всех радует почти зимнее солнышко, Девушка-На-Одну-Ночь.

* * *

Но домой мы прибываем только к вечеру. Так как мы «пропили День благодарения», Нелли предложила собраться впятером у Эйбл и приготовить самую вкусную индейку в мире. И, когда мы с девочками суетимся на кухне, ожидая парней, я беру с них слово, что они не произнесут ни моего настоящего имени, ни даже какого-нибудь фальшивого. Помимо всего прочего, я взяла слово и с Бака, который, по словам Эйбл, умеет держать рот на замке и хранить секреты даже перед лучшими друзьями. Обмануть ночного Кена становится моей целью. Благодаря этому я могу хоть на некоторое время забыть о Нике.

Но ближе к вечеру мне приходится собрать все силы в кулак и написать ему: «Откуда у тебя мой номер?»

Ответ приходит только через десять с лишним минут: «Есть на свете парочка добрых людей».

Я же пишу: «Я не избегала тебя, у меня просто были насыщенные дни!»

Ник догадался, что я лгу. Может, стоит сказать, что я согласна стать его другом? Прежде чем я успеваю все хорошенько обдумать, сообщение с этими словами уже отправлено:

«Слишком поздно, крошка. Ты опоздала. Я передумал. У меня подготовлено для тебя кое-что поинтереснее. Увидимся после выходных. Приятного отдыха!»

И больше сообщений от него не поступает. Все, что мне остается, – это теряться в догадках и ждать конца выходных.