Мистер - Эрика Леонард Джеймс

Максим лежит на ней и учащенно дышит. Алессии тяжело, ее переполняют впечатления и глубочайшая усталость, но более всего она ошеломлена его… вторжением. Она чувствует себя поглощенной.

Тряхнув головой, Максим приподнимается на локтях и заботливо смотрит ей в глаза.

– Ты как?

Алессия прислушивается к ощущениям. Ей немного больно. Она и знать не знала, что любовный акт настолько… плотский. Мама предупреждала, что в первый раз будет больно. Так и оказалось. Но когда тело привыкло к его присутствию, Алессия получила наслаждение. Более того, в конце она будто разлетелась на крошечные кусочки, взорвалась изнутри. Невероятно!

Максим выходит из нее, и Алессия вздрагивает от незнакомых ощущений. Укрыв их обоих одеялом, он обеспокоенно на нее смотрит.

– Ты не ответила. Ты хорошо себя чувствуешь?

Алессия кивает, но по сузившимся глазам Максима понимает, что этого мало.

– Тебе больно?

Алессия прикусывает губу, не зная, что ответить, и Максим откидывается на спину и закрывает глаза.

«Черт, я все-таки причинил ей боль!»

Из глубин отчаяния меня вознесли на вершину блаженства, однако сейчас ярчайшее ощущение от самого потрясающего секса в моей жизни исчезает, словно кролик в руках фокусника. Я снимаю презерватив, испытывая отвращение к самому себе, бросаю его на пол и замечаю кровь на руке.

«Ее кровь. О боже».

Отерев ладонь о бедро, я поворачиваюсь к Алессии. Я готов увидеть упрек на ее прекрасном лице, но она смотрит на меня с тревогой.

– Прости, что причинил тебе боль. – Я целую ее в лоб.

– Мама предупреждала меня, что будет больно. Только в первый раз. – Она натягивает одеяло до самого подбородка.

– Только в первый раз?

Алессия кивает, и в моей груди загорается огонек надежды.

– Значит, ты не прочь попробовать еще раз? – Я ласково глажу ее по щеке.

– Да.

От ее застенчивой улыбки мой член вновь твердеет.

«Снова? Уже?»

– Конечно… конечно, если ты тоже этого хочешь, – добавляет она.

– Если я хочу? – недоверчиво переспрашиваю я и, засмеявшись, крепко целую Алессию. – Ты такая милая.

Она улыбается, заставляя мое сердце биться сильней. Я должен выяснить…

– Тебе было хорошо?

– Да, особенно в конце, когда я… – Густо покраснев, она осекается.

«Когда ты кончила!» – мысленно договариваю я за нее и усмехаюсь. Меня распирает от радости.

Алессия опускает взгляд на вцепившиеся в одеяло руки и хмурится.

– Что такое? – встревоженно спрашиваю я.

– А тебе было хорошо? – шепчет она.

– Хорошо?! – Я смеюсь, ощущая полузабытое чувство безумной радости. – Алессия, это был лучший трах… то есть секс в моей жизни!

Ее глаза расширяются, она удивленно открывает рот. Что не так?

– Это плохое слово, мистер Максим! – с наигранным неодобрением заявляет девушка.

Однако ее глаза сияют от радости. Я с улыбкой провожу пальцем по ее нижней губе.

– Скажи «Максим». – Мне хочется вновь услышать свое имя, произнесенное ею с соблазнительным акцентом.

Алессия краснеет.

– Произнеси мое имя.

– Максим, – шепчет она.

– Еще раз.

– Максим.

– Так-то лучше. Вот что, красавица моя, нужно тебя помыть. Я наполню ванну.

Встав с кровати, я поднимаю презерватив и иду в ванную.

«Черт, у меня… голова кружится».

У меня, взрослого мужчины! Секс с Алессией лучше, чем секс с наркотой с кем угодно!

Выбросив презерватив, я включаю воду, добавляю пену – вода покрывается белой душистой шапкой – и кладу на край ванны губку.

Ванна наполняется, а я ликую. Наконец-то я переспал со своей горничной! Обычно после секса мне хочется остаться в одиночестве, но сегодня все не так. С Алессией вообще все по-другому. Ее очарование до сих пор не утратило своей силы. Более того, я хочу провести с ней эту неделю, а может быть, и следующую… Восхитительная перспектива! Мой член шевелится в знак согласия.

Я смотрю в зеркало на свое довольное, улыбающееся лицо и не узнаю себя.

«Что со мной происходит?»

Причесывая волосы пальцами, я вспоминаю кровь Алессии на ладони.

Девственница. Теперь мне придется жениться на ней… Фыркнув от этой забавной мысли, я мою руки. Интересно, оказывался ли кто-нибудь из моих предков в подобной ситуации? Двое из прародителей вроде бы имели скандальные отношения; впрочем, историю своего рода я знаю крайне поверхностно. Кит тщательно изучал нашу генеалогию, ему было не все равно – об этом позаботились и отец и мать. Кит знал, что графство для нашей семьи – все.

«Кита больше нет».

Черт. И почему я не изучал родословную?

Ванна полна воды, и я в подавленном состоянии иду в комнату. Однако при виде Алессии, с непроницаемым выражением лица глядящей в потолок, мое настроение улучшается.