Токсичный роман - Хезер Димитриос

Я один,

Ты извиваешься вокруг кровавых

Роз.

Евгеника.

Эйфория.

Евхаристия.

Что такое евгеника? И кровавая роза – значит ли это, что я вроде как нападаю на тебя с шипами? Что я сделала не так? Или это про Саммер?

Вот это я: не самая яркая лампочка. Не самый острый нож.

Ты берешь меня за руки и смотришь мне в глаза. Я изо всех сил стараюсь не плакать, потому что знаю, что парни не любят, когда девушки плачут, но слезы все равно проливаются.

– Черт, – говоришь ты. – Милая, прости… Я не имел в виду… Слушай, ты неправильно поняла…

Ты обнимаешь меня и прижимаешь к себе:

– Я просто хотел сказать, что мы разные, и мне это нравится, – шепчешь ты. – Не могу передать, как ты хороша для меня.

– Как могу я быть хороша, если не понимаю твои песни? – бормочу я. Я плачу в твою рубашку с надписью «Рок-звезда», которую купила тебе, и она немного пахнет детской присыпкой. Я закрываю глаза.

– Что мне в действительности нужно, так это кто-то, кто будет рядом несмотря ни на что, – говоришь ты. – Мне нужен кто-то, на кого можно положиться.

От этого мне не становится лучше. Это словно сказать, что я Volvo или типа того. Я не хочу быть надежной. Я хочу быть Ferrari – гладкой и быстрой, чертовски сексуальной. Ты откидываешься назад и нежно проводишь руками по моим волосам. Я хотела сделать стрижку, как у Лис, но ты сказал, что тебе нравится так, как есть. Мне нужно было отрезать их, Гэв. Нужно было сделать то, что я, блин, хотела. Но я этого не сделала, не так ли?

– Мы подходим друг другу. Как… пазл. Понимаешь? – говоришь ты.

Я думала, что никому не подхожу, но с тобой это может измениться. Может.

– Но… – Я беспомощно смотрю на тебя. – Противоположное глубокому – поверхностный. Ты думаешь, что я какая-то легкомысленная, с куриными мозгами…

– Я не имел в виду «глубокий», как в… Вот так. Я имел в виду… – Ты хмуришься и на мгновение отворачиваешься. Снимаешь свою шляпу и проводишь рукой по волосам. – Ты идеальна, Грейс. Вот что моя тупая башка пыталась сказать. Я имею в виду,

ты не измученный человек. Ты хорошая и милая, и это чертово дерьмо тебе непонятно, потому что это полная хрень. – Твои глаза затуманиваются. – Я полная хрень.

– Гэвин…

– Нет, это так. Какой парень говорит любимой девушке что-то вроде этого? Я тебя не заслуживаю.

Ты заслуживаешь кого-то получше. Вот в чем проблема. Не могу представить, как я когда-либо заслужу место рядом с тобой.

Ты встаешь и протягиваешь мне руку.

Я молча беру ее и следую за тобой в угол дворика, который не виден твоим родителям через раздвижную стеклянную дверь. Ты садишься на траву и тянешь меня сесть сверху, мои ноги по обеим сторонам твоих бедер. Когда все заканчивается, я уже не знаю, где верх, где низ, и только хочу больше, больше, больше. Я забываю, что ты думаешь, что я не глубокая, и забываю боль внутри. Ты стираешь ее поцелуями.