Рассеянный ум. Как нашему древнему мозгу выжить в мире новейших цифровых технологий - Адам Газзали

МЫ ОПИСАЛИ ТРИ «ФАКТОРА ПЕРЕМЕН» в быстро меняющемся мире высоких технологий: Интернет, смартфоны и социальные сети. В основе каждого из этих факторов лежит нечто ценное для нас: информация. Эти технологии обладают замечательной способностью захватывать наше внимание в любой момент своими тревожными сигналами, уведомлениями, извещениями, звонками и вибрациями или даже просто мыслями о том, что пора проверить, не упустили ли мы что-то важное за последние несколько минут. То, что всего лишь десять лет назад представлялось драгоценным даром – возможность доступа к бесценным хранилищам информации и связи с другими людьми – теперь начинает казаться тяжким бременем. Впрочем, это давно уже не новость. Фактически еще в статье 2009 года в New York Magazine Сэм Андерсон предупреждал нас, что «виртуальная лошадь уже покинула цифровую конюшню. Слишком поздно возвращаться в более спокойные времена. Наша работа зависит от связей. Наши циклы удовольствия, а это серьезное дело, все больше связаны с сетевым общением. Информационные потоки с каждым днем становятся все более мощными и стремительными, и на то есть серьезные причины. Вопрос в том, насколько успешно мы сможем приспособиться к этому»^[337]. И мы должны приспосабливаться. В отличие от белки, которая инстинктивно знает, когда можно оставаться на месте и поедать доступные желуди, а когда настает пора переходить на новое место, мы должны учиться принимать осознанное решение о том, когда разумнее уделять внимание нашим текущим занятиям и избегать мультисенсорных посягательств на наше внимание.

Для достижения нашей главной цели – прочного когнитивного контроля – сначала нужно понять, почему мы предпочитаем осваивать новые технологии в таком экстремальном, многозадачном стиле, который испытывает на прочность наши когнитивные способности и приводит к множеству печальных последствий. Это поведение стало таким значимым аспектом современной жизни, что стало рассматриваться как образец рассеянного ума. В главе 1 мы выдвинули гипотезу, что мы так часто увлекаемся занятиями с высокой целевой интерференцией, например, многозадачной работой с мобильными устройствами в шумных местах, потому что с эволюционной точки зрения мы просто действуем в оптимальной манере ради удовлетворения нашего врожденного стремления к поиску информации. Как уже говорилось, мы прирожденные охотники за информацией, которые добывают информационные ресурсы примерно так же, как наши древние предки занимались добычей пропитания. В этой главе мы рассмотрим, каким образом некоторые аспекты современных технологий усиливают это внутреннее стремление, и обсудим вероятность того, что в текущих условиях наше поведение перестало быть оптимальным даже с точки зрения сбора информации.

В главе 1 мы представили теорему критической пользы (MVT), которая десятилетиями использовалась для объяснения того, как, почему и когда животные тратят время и энергию для перехода к новым местам пропитания, а не продолжают собирать оскудевшие запасы на привычном месте. В простейшей форме, MVT объясняет соотношение затрат и преимуществ при сохранении прежнего места пропитания либо при переходе на новое место, если рассматривать инстинктивное стремление к выживанию как движущую силу для сбора пищевых ресурсов. Способность животного находить пищу, проводя «оптимальное время» в одном источнике перед переходом к другому источнику является определяющим фактором его выживания. На рис. 9.1 правая сторона MVT-модели обозначает преимущества продолжения сбора ресурсов в прежнем источнике. Для животных, добывающих пищу, кривая потребления ресурсов, определяющая совокупное потребление ресурсов за период времени, обусловлена в основном внешними факторами, которые указывают на сокращение пищевых ресурсов: например, количество орехов, оставшихся на дереве. Точнее говоря, сколько времени пройдет до того, как белка найдет последний орех? По мере продолжения потребления и уменьшения ресурсов преимущества задержки на прежнем участке уменьшаются, и кривая выходит на плато. Это событие на правой стороне модели взаимодействует с факторами на левой стороне, которые отражают затраты, или время перехода к новому источнику пищи (сколько времени займет переход к новому дереву, полному орехов?). Пересечение этих двух факторов (обозначенное касательной линией к кривой потребления ресурсов) ассоциируется с интуитивным сигналом в мозге животного, который сообщает о том, что оптимальное время пребывания в источнике подошло к концу. У животных, добывающих пищу, таким поведением движет сила инстинкта.

Вполне очевидно, чем питается информация: она поглощает внимание своих потребителей.

Рис. 9.1. Графическая репрезентация теоремы критической пользы.